Игла снова уколола, на этот раз ладонь. Арья тихонько всхлипнула и вытерла капельку крови платком. Тем же, на котором вышивала. Септа говорила, что ей еще рано шить, ведь Арья даже не встретила четвертые именины, но мама шила отцу платок наверное, на войне он нужен а Джону платок вышить было некому.
Арья всхлипнула еще раз. Она не хотела, чтобы Джон уезжал. Ведь Робб остается, а он даже больше Джона!
"Но Джон сильный, подумала Арья, он может держать меня на руках, рассказывая сказку".
Она заплакала. Не как Санса, рыдая на весь
замок, а как мама тихо, если на неё не смотреть, то и не поймешь, плачет ли кто-то. Платок получился уродливый. В двух местах нитка его перехватила, и платок сложился, он был испачкан кровью, а теперь и слезами, а посередине была вышита снежинка еще более уродливая, чем сам платок. Если на войне кто-нибудь увидит Джона с таким платком немедленно выгонит. И где его потом искать? А все потому, что его глупая сестра не умеет шить!
Арья! позвали её из-за двери. Это была Санса, её старшая сестра. Она-то умела шить. Арья, нам надо идти. Отец уезжает! И Джон Сноу!
Арья соскочила с кровати, вытерла рукавом слезы и выбежала из комнаты. Санса была похожа на маму. Её рыжие волосы были заплетены в косу, щеки нарумянены, а платье надушено. Платье Арьи было местами заляпано кровью, но это мало её волновало.
Санса, у меня не получается сшить платок!
Не сшить, а вышить, поправила её сестра, зачем тебе платок?
Для Джона! выкрикнула Арья, заставив служанок вздрогнуть.
Возьми, Санса тут же протянула ей свой. Он был красным, и на нем белыми нитками был вышит какой-то зверь.
Спасибо! Арья обняла сестру так сильно, что та вскрикнула.
Во дворе было очень много людей. Почти все мужчины были одеты для дороги. Джон стоял в стороне от отца тот прощался с мамой, а маму Джон почему-то боялся. Арья бросилась к нему, едва увидела. После крепких и долгих объятий она протянула ему платок Сансы.
Вот! Тебе на войну! прозвучало так, будто она обижалась.
Ты сама сделала? удивленно и как-то хрипло спросил Джон.
Нет, Санса. Мой вот, Арья показала брату уродливое бело-черное творение. Тот взял платок, как будто он был из золота, и положил оба платка за пазуху.
Я их сохраню, маленькая сестрица, его голос звучал так, будто Джон плакал, но слез не было, и привезу тебе подарок
Договорить Джон не смог он сгреб сестру в объятья и уткнулся носом ей в шею.
Было щекотно. Арья плакала.
Пайк I
Единственным утешением было выражение лица новой королевы, когда она узнала, что Ланниспорт был сожжен, в то время как Гибельная крепость, Сигард и даже Кремневый Палец уцелели. Лицо Тайвина Ланнистера, увы, оставалось неизменным иногда казалось, что этот человека высечен из камня. Жаль, что замок Клиганов находился слишком далеко от побережья, чтобы подвергнуться нападению.
Разумеется, турнир прервался, едва король узнал о восстании. Этот турнир был результатом доброй сотни интриг, половину из которых посеял его старший брат. Здесь собрались почти все люди, которые были им нужны: великий Тайвин Ланнистер, его сын Джейме, гигант Грегор Клиган, горделивый Лин Корбрей, благородный Джон Аррен не было лишь жирной свиньи Амори Лорха, но этот червь мог умереть и позже.
Сначала он столкнулся с Клиганом тот оказался куда выше, чем при последней встрече, и намного свирепее. О, он многое узнал про этого рыцаря, а его старший брат даже помог выжить маленькому Сандору, когда тот бежал из замка кто знает, быть может именно этот изуродованный мальчик когда-нибудь убьет брата.
Копье всегда было его излюбленным оружием. Маленькая, тонкая, едва заметная игла вошла в сочленение доспеха и пробила кожу гиганта. Но вместо того, чтобы умереть, Грегор еще дважды столкнулся с ним, едва не сломав ключицу, после чего все-таки упал с лошади.
Следующим должен был стать Цареубийца чтобы могучий Тайвин познал то незабываемое чувство, когда твой сын умирает ужасной смертью у тебя на глазах, но сперва с ним сошелся Бейлор Хайтауэр.
Белозубый, крепкий, с благородным лицом он, казалось, совсем на постарел за четверть века, что прошла с их последней встречи. Бейлор выбил бы его из седла, но Хайтауэра подвел доспех от удара копьем завязки порвались, и к концу ристалища рыцарь приехал наполовину обнаженным, на радость придворным дамам. Боги, наследник Староместа был прекрасен! На полностью лишенном волос теле было лишь три шрама, и все они были боевыми от копья, меча и топора; длинные русые волосы рассыпались по плечам, когда шлем слетел. Когда рыцарь обернулся к сопернику, синие глаза смеялись будто Хайтауэр
и не помнил, кто наградил его единственным оскорбительным прозвищем. Быть может, так оно и было.
Последним препятствием на пути к Ланнистеру был какой-то малыш-оруженосец. Мальчишка до невозможности задирал локоть и постоянно тряс головой. Кто вообще пустил на турнир бойца, которому мешает шлем? Лишь за секунду до столкновения тот собрался и ударил точно туда же, куда бил Клиган. В следующем столкновении мальчишка упал, и лошадь протащила его по всему ристалищу. Кажется, он останется калекой.