Ещё вариант уйти на форсаже. Как ты древний американский зонд не модернизируй и скорость, и разгон у него всё равно будут ниже, чем у современного корабля российского Космофлота. Только есть одна загвоздка перегрузка отправит нас в предкоматозное состояние. Всё это время вести корабль придётся Брине, а мне не хотелось терять управление.
Никакие дельные мысли в голову не приходили. В очередной раз на главном экране мелькнула плотная атмосфера суперземли. И тут меня осенило. Безумная, опасная идея. Выдержит ли корабль?
Брина, на какую глубину ты сможешь погрузиться в атмосферу этой планеты?
Не совсем поняла вопрос. Но я могу совершить посадку на поверхность планеты, корпус выдержит давление атмосферы.
Вот и прекрасно. Брина, беру управление на себя.
Глеб, что ты задумал?
Мне показалось или в голосе Киры появились нотки испуга?
Сейчас всё увидите.
Больше всего боюсь, когда он так отвечает, вставил свои пять копеек Шнайдер.
Кира, помнишь тот циклон в атмосфере планеты? спросил я.
Да, ответила девушка.
Нырнём в него. У зонда мягкий корпус, он не рассчитан на полёты в плотной атмосфере. Поэтому ураган разорвёт его на части.
О, боги. Глеб, ты псих. Уверен, что этот циклон не убьёт нас?
Ты же слышала, что сказала Брина. Корабль может приземлиться на эту планету.
Уточнение, тут же вмешалась в наш разговор ИИ, в случае, если мы угодим в циклон вероятность получения фатальных повреждений двадцать три процента.
То есть с вероятностью один к четырём мы сдохнем? спросил Шнайдер.
Если под словом «сдохнем» вы подразумеваете «расстанемся с жизнью», то да.
Милая девочка.
Спускаться на большой скорости
к поверхности планеты, даже если у неё разряженная атмосфера, решение не из лучших. А если перед вами суперземля с плотной воздушной оболочкой, то такой поступок это верх безумия. Любой, даже самый прочный корабль в доли секунды может разнести в клочья.
Скорость мы скинули, но она всё равно превышала допустимые значения. О чём, естественно, не преминула предупредить Брина. Зонд же скорость снижать не стал. У него не было необходимости спасать людей у себя на борту. Расстояние между нами неумолимо начало сокращаться.
Входим в атмосферу, сообщила Брина.
Корабль начало потряхивать. Циклон, выглядевший огромным даже с высоты нескольких тысяч километров, сейчас занял всю поверхность под нами. От горизонта до горизонта плыли вздыбившиеся горы белых облаков с затаившейся под ними тьмой.
Вибрация корпуса «Ноября» увеличивалась с каждой секундой. Воздушные потоки пытались схватить наш кораблик и швырнул в адскую пасть циклона. Температура корпуса росла, грозя превысить допустимые значения. А потом мы нырнули в облака и мир вокруг превратился в макабрическое царство, озаряемое всполохами исполинских молний.
У меня одного такое чувство, что мы отправляемся куда-то в ад? спросил Дим.
Если тебе будет легче, то нет, ответила Кира.
Да расслабьтесь вы, усмехнулся я. Зонд долго не выдержит. Его корпус не рассчитан на высокие перегрузки. Спустимся чуть ниже и его раздавит атмосферным давлением.
А ты не думал, что он может свернуть на орбиту? спросил Шнайдер. Будет висеть там и дожидаться нас?
Сомневаюсь, мотнул я головой. «Кондор-17» древнее мамонтов. Эту рухлядь кто-то переделал под боевой зонд. Только я не думаю, что туда засунули нормальные мозги и полноценный искусственный интеллект. У него одна задача догнать и уничтожить цель. А инстинкта выживания там нет.
«Кондор-17» продолжает следовать за нами, словно подтверждая мои слова сообщила Брина.
А дальше произошло то, на что я так надеялся. Корпус зонда начал деформироваться в плотной атмосфере планеты. Потом потерял управление и начал падать к поверхности. Но добраться до неё не успел. Сработала автоматика, и в сотне километров за нами вспыхнуло яркое термоядерное «солнышко».
Тут же я направил «Ноябрь» вверх, уводя его на орбиту.
Вы знаете откуда он здесь взялся? спросил я адмирала.
На следующий день мы стояли на капитанском мостике «Дмитрия Донского». Помещение превосходило размерами всё, что я видел до этого. Круглый зал диаметром метров в тридцать находился на уровень выше кабинета адмирала. Вокруг центральной оси тремя кругами столы с пультами управления. Одновременно на мостике находилось человек пятнадцать, хотя вместить он мог намного больше.
Рядом, за прозрачными дверями, расположился небольшой кабинет для совещаний. В нём то мы с адмиралом и разместились за небольшим овальным столом. Диков только что отсмотрел запись нашей схватки с «Кондором-17». После чего руководитель корпуса Космической разведки стал выглядеть несколько озадачено.
Не имею малейшего понятия, ответил адмирал. А вы сами, что думаете?
Не знаю, пожал я плечами. А вот мои ребята считают, что это вы нас решили проверить.
Интересная у вас команда, усмехнулся адмирал. Могу вас заверить, это не я. Доказательств у меня конечно нет, поэтому хотите верьте, хотите нет.
Верю. Только это не отменяет вопроса: кто и для чего переделал зонд, сделав его охотником на корабли? Ведь явно это сделали совсем недавно. Возможно, отрешённые постарались. Только зачем? От таких охотников толку мало.