Ввод коллайдера в эксплуатацию ознаменовался эпичной драмой. Сначала все было хорошо в сентябре 2008 года пучки протонов покатались по кольцам. Но 19 сентября случилось то, что никогда не было, и вот опять. Халтурная пайка медной оболочки в магните, плохой контакт, искра в контейнере с жидким гелием, мгновенно превратившийся в пар, взрыв, сдвиг оборудования, потеря вакуума, сажа в трубках, повреждение приборов.
Ремонт занял год времени. Ох уж эти ученые не опустили руки, хотя уверены, что с горя было выпито немало алкоголя.
В ноябре 2009 года протоны снова полетели по кольцам. Теперь успешно. 23 ноября совершилось первое столкновение частиц на Большом Адронном Коллайдере.
А через два с половиной года, в июле 2012 года все страдания и затраты человечества по постройке коллайдера окупились: ученые объявили, что они, кажется, нашли бозон Хиггса. Конечно, человечество, занятое своими дрязгами и взаимными претензиями, почти не заметило событие, и большинство прочитавших новость в очередной раз презрительно высказалось о попиленных грантах и шарлатанах из ЦЕРНа. Но по факту мы шагнули на еще одну ступеньку на пути к пониманию мироздания.
Как же здорово это было!
Что ж, в заключении осталось объяснить впечатлительным читателям, почему коллайдер это друг, а не враг. Многие алармисты, включая и наших соотечественников, с момента запуска коллайдера уверены, что на БАКе в результате экспериментов обязательно появится черная дыра и затянет в себя нашу планету, солнечную систему и галактику. Эти интересные люди не только снимали фильмы и публиковали панические статьи, но даже подавали в суд на ЦЕРН.
Что ж, спустя более чем десять лет, мы так и не дождались пожирающей всех черной дыры это ли не лучший аргумент против паникеров?
Тем не менее, строго говоря, вероятность получения малюсенькой черной дыры в результате столкновения частиц вполне существует. Правда, для этого нужно, чтобы некоторые допущения в физике оказались реальностью, а не гипотезами. К тому же такие дыры если и появятся, то так же быстро исчезнут, испарятся, аннигилируют или как там это у ученых называется. Но самым убедительным доводом против конца света является замечание усталых исследователей о том, что вообще-то то, что мы делаем в коллайдерах, постоянно происходит в верхних слоях атмосферы Земли, где жесткое космическое излучение врезается в вещество. Энергии там сопоставимые с безобразиями на коллайдерах. И ничего. Никаких дыр, только помехи для связистов и головная боль у метеозависимых. А что говорить о подобных процессах в атмосфере гигантских звезд? И к слову, какие бы аргументы мы не приводили за и против черных дыр, но за все время экспериментов исследователи так и не получили ни одного хоть немного подозрительного свидетельства черной дыры. Фейл, короче.
Так что, спим спокойно. Пока. Ученые тем временем мечтают о еще более крутом ускорителе. Сроки уже озвучены: к 2040-ым годам, и даже имеется рабочее название: Будущий циклический коллайдер (Future Circular Collider). Мы уверены, что они получат свою игрушку. Запасаемся попкорном!
Глава 10 Корпускулярно-волновой дуализм
Начнем мы срыв покрывал издалека. Вернемся, так сказать, к свету. В предыдущих лекциях мы выяснили, что свет это электромагнитное поле, квант которого называют фотоном. Вспомним, как человечество докатилось до такого заумного понимания этого очевидного явления. Как свет нашего Отца-Солнца («Мать-Род-Макошь») вдруг стал набором интегралов с названиями чужеземных ученых?
Все началось как всегда с Ньютона. Тот, как известно, не только ловил головой падающие яблоки, но и любил проводить опыты со светом. Солнечным, разумеется, а не электрическим. Он раздобыл кучу всяких призм, линз, стеклышек и пропускал через них лучи, приходя к интересным результатам. Ньютон обнаружил, что белый свет состоит из семи цветов, что разные цвета преломляются по-разному, и даже догадался, что луч сам по себе не окрашен, а это наши глаза воспринимают цвета по каким-то неизвестным причинам. Умный дядька, что тут скажешь, хотя искал в Библии секретный код алхимии.
Но, самое главное для нашего рассказа, дядюшка Исаак, сделал вывод о том, что свет это летящие через пространство частицы. Сразу стало понятно, почему лучи прямые, почему они отражаются от зеркал, почему появляется тень и так далее.
Тогда же, в середине 17 века жил еще один мечтатель по имени Гюйгенс. Он решил покритиковать идеи Ньютона и заявил, что есть основания полагать, что свет на самом деле волна. Ну как бы, если свет представляет собой поток частиц, то тогда с какого перепугу, лучи разных цветов преломляются в призмах под разными углами? А что если тут торчат уши волновых эффектов? Ну и так далее. Увы, Ньютон был авторитетнее. К тому же Гюйгенс рассказывал всем, что на других планетах может быть жизнь. Над ним посмеивались и крутили пальцем у виска. Вопрос о волновой природе света завис, а свет двести лет считали потоком каких-то неведомых частиц, природу которых однажды надеялись открыть.