Алексей вернулся на улицу и проходил возле подъезда добрых два часа. Надя не появлялась. Зато все подозрительнее к нему приглядывался вооруженный малокалиберкой ночной сторож он охранял промтоварный магазин, помещавшийся в этом доме. В конце концов сторож подошел к Алексею и сказал недружелюбно:
Трогай-ка отседова, любезный. Здесь тебе не место для гулянки, а государственное имущество. Ну!
Что оставалось делать Алексею? К тому же он несколько поостыл, успокоился. Что он так раскипятился? Скорее всего, Надя действительно пошла на работу. Мало ли что могло там случиться.
Надо будет завтра с утра ей позвонить. Нет, звонить нельзя есть же у него самолюбие! Пусть она позвонит сама. Да-да, сама!
Пройдя через ярко освещенный главный проспект, Алексей свернул на свою темную улицу. Еще несколько десятков шагов и дома.
И тут он услышал тихие стоны. Алексей остановился, прислушался. Стоны доносились справа, оттуда, где стоял огромный тополь, в тени которого днем спасались от жары мальчишки со всего квартала. Сейчас здесь было совсем темно: слабый лунный свет не мог пробиться сквозь могучую листву
старого дерева.
Алексей шагнул в темноту. Стон послышался вновь.
Кто там? спросил Алексей.
Помогите! раздалось едва слышно.
Лишь подойдя к самому стволу дерева, Алексей увидел лежавшего на земле человека. Лица его он как следует разглядеть не смог: оно было повернуто в сторону. Заметил лишь вздернутый нос, широкие скулы, короткий подбородок.
Что с вами? встревоженно спросил Алексей, склоняясь над стонущим человеком.
Вдруг сильная рука схватила его за шиворот и рванула вниз. Алексей упал, стукнувшись затылком о ствол дерева. От сильного удара он на какую-то долю секунды потерял сознание, но тут же пришел в себя. На него наваливалось тяжелое тело. Шершавые мозолистые пальцы схватили его за горло. Вблизи раздался свистящий шепот:
Тряпку, тряпку клади на морду!
"Их двое!" мелькнуло в голове Алексея. Изловчившись, он впился зубами в волосатую руку, державшую его за шею.
Раздался хриплый крик боли. В следующее мгновение Алексей, изогнувшись, как угорь, выскользнул из-под тяжести, придавившей его к земле. Вскочив на ноги, он занял оборонительную позицию по всем правилам самбо, которой обучился в университете.
Наскочившего на него человека Алексей встретил сильнейшим ударом в подбородок. Человек пошатнулся. Алексей хотел повторить удар, но тут над ним сверкнула металлическая молния. Нож!
Алексей отскочил в сторону и побежал к дому. Там он остановился и, тяжело дыша, оглянулся. Позади никого не было. У бандитов, видимо, не хватило духу преследовать его.
Алексей постучал в окно своей комнаты. Оно открылось и показалась взлохмаченная голова Феди Жаркина. Он сонно всматривался в темноту.
Ты?.. Так рано?
Узнав о происшедшем, Федя взволновался:
Неслыханно! Эти раздевальщики совершенно обнаглели. Ты должен немедленно заявить в милицию!
Куда я пойду ночью? И потом, что милиция теперь сделает? Думаешь, эти типы стоят там и дожидаются, пока их арестуют?
Значит, по-твоему, молчать?!
Федя вышел на улицу, походил возле дома. Потом подошел к окну.
Послушай, там патруль идет. Пойдем, спросим, не видели ли они кого Ах, ты уже разделся? Ладно, я сам
На другой день в редакции только и было разговору, что о бандитском нападении на Алексея. Федя раззвонил об этом всем сотрудникам. Все охали, вздыхали, смотрели на Алексея с сочувствием и любопытством. Один лишь Олег Викторович, выслушав взволнованный рассказ Жаркина, приукрашенный яркими подробностями, спросил:
А вы, случаем, не пьяным были, Воронцов?
Алексей ничего не ответил и демонстративно отвернулся. А миловидная секретарша Вера воскликнула возмущенно:
Какой вы все же черствый человек, Олег Викторович! Ведь его, можно сказать, чуть не убили!
И потом переживала целых полдня. Ей все казалось, что эти страшные бандиты сегодня обязательно нападут на нее, когда она будет возвращаться вечером с танцев домой. А отказываться от танцев тоже никак не хотелось.
Алексей дежурил по номеру. Это была нелегкая работа. Требовалось читать газетные полосы, следить за их правкой, без конца носиться по лестнице в линотипный цех и обратно, проверять клише. Однако Алексей не забывал каждые полчаса справляться у Веры:
Мне не звонили?
На что получал все время один и тот же ответ:
Пока еще нет, Алексей Петрович.
Вера позвала его к телефону лишь под вечер. Он схватил трубку:
Вы, Надя?
В ответ раздался смех:
Да какая я тебе Надя!
Это был Федя Жаркин. Он позвонил, чтобы узнать, когда Алексей кончит дежурство.
Часов в одиннадцать, не раньше. А что?
Да вот все думаю, то ли идти на вечеринку к Бобу, то ли за тобой. Не дай бог, еще снова на тебя нападут.
В голосе Феди Алексей уловил ироническую нотку.
Да брось ты, Тедди! в свою очередь, уколол он его. Сам приду, не маленький.
Нет, я серьезно.
Иди, иди к своей заграничной Зизи. Тоже мне телохранитель выискался
Алексей освободился в двенадцатом часу. Как он ни храбрился, а возвращаться домой одному было все-таки страшновато. Он зашел в редакцию и взял со стола секретаря большие никелированные ножницы хоть какое да оружие!