Особенно ясно выразил это знаменитый средневековый богослов Петр Ломбардский, писавший: «Подобно тому, как человек создан ради бога, для того чтобы служить ему, так и Вселенная сотворена ради человека, чтобы служить ему; поэтому человек помещен в центре Вселенной, чтобы он мог сам служить и чтобы ему могли служить». Недаром христианство, подобно иудаизму, исламу и другим религиям, учит, что даже грозные явления природы (землетрясения, вулканические извержения, наводнения и т. д.) созданы для человека и его блага: они нужны для его предупреждения, устрашения, наконец, для наказания.
Формулируя отношение религиозно-библейского мировоззрения к антропогеоцентризму, патер Феликс говорил: «Рассказ Моисея делает из Земли центр всего мироздания; и всемирное христианское учение смотрит на ту же Землю, как на арену проявления великих предначертаний божьих. Здесь воплотился сам бог: лишь этот один прах земной удостоился прикасаться к стопам божьим: лишь он орошен был искупительной кровью. По учению вселенского христианства, одна лишь Земля представляет вместилище мысли и жизни; лишь сюда бог бросил зародыши разумных и свободных существ, способных воссылать к нему божественный гимн, прославляющий дела его».
Геоцентрическое представление о мире по существу является астрономической формой антропоцентризма. Оно нашло свое завершение в астрономической системе Клавдия Птолемея, детально разработанной около середины второго века нашей эры на основе аристотелевых принципов механики и физики. По этой системе в центре Вселенной неподвижно стоит Земля, а вокруг нее движутся все небесные светила. Ближе всех к Земле расположена Луна, а затем идут: Меркурий, Венера, Солнце, Марс, Юпитер, Сатурн и, наконец, неподвижные звезды. Движение небесных тел в отличие от движения земных тел вечны и неизменны и совершаются всегда кругообразно с равномерной скоростью вокруг мирового центра. Луна совершает свой оборот в течение месяца, а Солнце в течение года, планеты же имеют каждая свой период обращения (от 88 дней до 29 с половиной лет). Всеохватывающая же «небесная сфера» («небо неподвижных звезд») обращается всего лишь в течение суток, вызывая восход и заход всех небесных светил.
В птолемеевой системе мира все было далеко не просто и понятно, так как она представляла собою сложную комбинацию кругов деферентов и эпициклов. Несмотря на это, христианская церковь при помощи схоластов целиком восприняла эту систему главным образом потому, что она всецело стоит на почве геоцентризма. Все дело в том, что основной догмат христианского вероучения, именно догмат искупления (т. е. учение о «жертве, принесенной на Голгофе») неразрывно связан с представлением, что Земля есть средоточие мира, вокруг которого все обращается и для которого все происходит.
Ведь христианская теология не могла допустить, чтобы творец всей Вселенной воплотился в образе человека лишь на второстепенном, незаметном небесном теле, на какой-то планете, обращающейся вокруг Солнца. Поэтому христианская церковь была вполне довольна геоцентрической системой Птолемея и лишь внесла в нее небольшое добавление: она заявила, что за неподвижными звездами находится эмпирей, или «жилище блаженных», т. е. местопребывание бога с его «чинами ангельскими и архангельскими».
Касаясь этого круга воззрений, современный чехословацкий философ А. Ригер отмечает: «В античной философии антропоцентризм проявляется на телеологической основе, а перенесенный в область космологии, он превращается в геоцентризм, теологически обоснованный в средние века идеей спасения человечества на Земле как самого важного события в истории космоса». Христианское учение, находившееся под влиянием библии, утверждало: «Весь мир создан для человека и человечество является предметом особой заботы бога, поэтому Земля, согласно христианской космологии, занимает центральное положение. Земля не движется, движется Солнце, потому что в Ветхом завете сказано, что Иисус Навин приказал Солнцу остановиться. На Земле происходит драма падения человека и искупления грехопадения ниспосланием сына божия. Вся драма истории человечества является лишь путем к Страшному суду в конце мира и путем к вечности: блаженных на небе и отверженных в аду». В связи с этим Ригер справедливо указывает: «Вызывает удивление, что церковь не понимала, что таким мрачным восприятием истории она фактически признает полную неудачу самого сотворения, несовершенность всего созданного, которое должно погибнуть вместе с миром; камнем преткновения всякой теодицеи (оправдания бога) является объяснение появления греха и зла, которого не было до сотворения мира, т. е. в боге».
Наконец, церковно-схоластическое учение о мире заключало в себе мысль о конечности, ограниченности мироздания. Церковные «ученые» считали, что Вселенная ограничена в пространстве, замкнута со всех сторон, так как только такое представление гармонирует с идеей сотворения мира, т. е. ограниченности мира во времени. Всякая религия отвергает идею вечности мира, т. е. бесконечности мира во времени. В поддержанной церковью системе Птолемея Вселенная мыслилась пространственно ограниченной, подобно огромной сфере.