Барышня, убежденно сказала старуха, такая из себя глазами голубая
В эту минуту мои симпатии искренне принадлежали даже самым порочным людям, но с черными глазами, тем не менее я встал, оделся и, не умываясь, сошел вниз.
Ах, это вы? И Ариадна Сергеевна приподнялась со стула.
Должно быть, я, холодно пожал я ее протянутую руку, хотя мне редко приходилось видеть себя в пять утра
Ах, голубчик, какой вы, право
Городской, затхлый? злобно спросил я. Чем. так сказать, обязан?..
А я лошадей привела, весело сказала она, и для вас одну
Чего же я с ней делать буду?
Около года тому назад мне пришлось выиграть на лотерее корову, и я хорошо еще помню, какого позора мне стоил выигрыш, когда я приставал ко всем с просьбой принять ее от меня на память. С лошадью, которую всегда можно привязать к забору, особенно летом и на даче, я справился бы гораздо быстрее, но саму Ариадну Сергеевну нельзя было ни привязать к забору, ни подарить на память: предстояла ответственная и тяжелая для человека, который спал всего два часа, задача быть любезным
Как что делать? Кататься поедем
Не хочется кататься. робко сказал я.
Опять городские привычки? Нечего, нечего Это свежит людей, это приучает их, так сказать, к здоровью
Я вспомнил одного знакомого офицера, который упал с лошади и разбил голову. Я очень хотел, чтобы он был сейчас здесь и завел бы оживленный спор с Ариадной Сергеевной о сущности здоровья и способах его приобретения.
Я не умею
Да вы когда-нибудь ездили? Ну, где вы были в прошлом году?.. Неужели не ездили?
Ездил. В Крым. К родным. Только не верхом
Господи, да как это просто Сесть верхом на лошадь и поехать
«Просто, с отвращением подумал я, и человека зарезать просто».
Ну, идем Увалень
Ну, что же вы садитесь!..
Лошадь не кресло. хмуро бросил я в сторону, сразу не сядешь Потом, как же я сяду Высоко
Ах. Господи Вот человек-то Да вы станьте вот на тумбочку, потом
приподымите ногу, и все
Да как же я стану, с огорчением вырвалось у меня, тумбочка здесь, а лошадь за три сажени
Подведите.
Я в нерешительности остановился.
А куда поедем? пытаясь немного оттянуть время, спросил я. А?
Доедем на первый раз до станции Верст восемь
«На первый раз, мысленно вздохнул я, к концу лета на другой материк, очевидно, ездить заставит»
Когда сядете, берите узду крепко в руки, а ногами обхватите покрепче лошадь. Поняли?
Я с большим удовольствием прогнал бы от себя это животное, чем обнимать его, хотя и таким рискованным способом. но все-таки мне удалось взгромоздиться на лошадь и исполнить все в точности.
Держитесь?
Держусь, боязливо оглянулся я назад, только зачем оно хвостом машет
Кто оно?
Да животное это
Едем, будет болтать глупости
Я решительно не знал, что нужно сделать для того, чтобы лошадь поехала. Отсутствие рычагов, руля или каких-нибудь других приспособлений сразу сделало лошадь совершенно непонятным, загадочным для меня существом. Заставить ее двигаться путем личного убеждения я все равно не смог бы, поэтому я решил просто ударить ее кулаком в бок. Лошадь повернула голову немного вбок, посмотрела на меня неопределенным взглядом и взмахнула хвостом.
Послушайте, нетвердо произнес я, она не едет.
У меня даже мелькнула мысль, что, может быть, здесь вопрос самолюбия, лошадь откажется везти меня, и эта мерзкая прогулка отложится до еще более неблагоприятного случая.
Поводья натяните, со смехом сказала Ариадна Сергеевна. Hy!
Лошадь действительно пошла, решив, очевидно, что у нее еще останется много времени, чтобы сбросить меня в какую-нибудь канаву.
Не держитесь за гриву, заботилась она, и за седло не держитесь Зачем вы сползаете набок?.. Да вы не бойтесь Ай, что вы делаете Разве можно кричать лошади в ухо Трясет? Ничего На пятый раз и не заметите, привыкнете
Я уже перестал рассчитывать на благополучный исход прогулки. Тем более, если бы мне и предложили сесть отдохнуть, вряд ли я смог бы сделать это с удовольствием для себя: седло в этом отношении сыграло весьма неблаговидную роль
Лошадь и я ее вполне понимаю делала все, чтобы отравить мне спокойное состояние. Она с удовольствием перепрыгивала каждую канавку, математически высчитывая, на какую сторону я должен при этом отлететь. Иногда она резко останавливалась, предоставляя мне широкую возможность перелететь через голову.
Вот приучитесь, ободряла Ариадна Сергеевна. мы кавалькаду устроим
Устроим сейчас, охотно предложил я, вы поедете, а я слезу и пойду пешком Хорошо?..
Это не кавалькада, засмеялась она.
А что же, по-вашему кавалькада чтобы меня еще к лошадиному хвосту привязали и по полю волокли Да?
Около станции мы остановились и стали дожидаться поезда Я с завистью подумал о людях, которые благоразумно избрали другой способ передвижения: лошадь, очевидно, была другого мнения, потому что с первым же появлением паровозного дымка она тревожно насторожила уши и стала проявлять признаки явного беспокойства.
Она чего-то хочет Лошадь эта, тревожно сказал я, ей-Богу, не знаю.
Смотрите, чтобы не сбросила, спокойно ответила Ариадна Сергеевна, поезда боится Я знала одну лошадь. которая даже от велосипедных звонков