Ярошенко изобразил художника незадолго до его смерти. Мудрый взгляд старика, богоискателя, непризнанного гения словно вопрошает у зрителя: «Что есть истина?», вторя герою своего полотна, стоящего на заднем плане.
«Страдная пора» пожалуй, самое духоподъемное полотно в живописном наследии Мясоедова. Изображенные за работой косцы словно пропевают торжественный гимн природе, звучащий в золотом поле с рожью, в высоком голубом небе с белыми взмахами облаков. Выбранный живописцем композиционный ракурс снизу, из-за колосков ржи подчеркивает монументальность и величие образа страны. Звонкий летний полдень насыщает картину яркими красками и рождает удивительное чувство патриотизма. Радость труда и любовь к своей земле, благодарность за ее плоды вот истинный сюжет работы.
Изображение Поленовым Христа в исторически реальной обстановке и одежде было новаторским для своего времени. Для художника евангельский сюжет был поводом показать Христа как гуманиста, противостоящего изуверскому догматизму фанатиков (по закону, уличенных в измене жен закидывали камнями, а искушаемый народом на обвинение Христос защитил женщину, сказав: «Кто без греха, киньте в нее камень!», и толпа разошлась.
Совершив многочисленные поездки по странам Ближнего Востока, Поленов исполнил более ста пятидесяти натурных этюдов и эскизов к картине. Долгое пребывание в солнечных странах обогатило его палитру яркими красками, что удивляло публику, привыкшую к темной живописи передвижников. Необходимо обратить внимание и на композиционное решение полотна многофигурное действие разворачивается словно на фоне театрального задника. Это ощущение неслучайно, художник много работал в театре и был одним из зачинателей реформы театрально-декорационного искусства, произошедшей на сцене Частной оперы Мамонтова, с которым его связывала многолетняя дружба. Любопытно, что свою картину Поленов заканчивал в доме мецената.
Полотно «Золотая осень. Слободка» написано во время неоднократных поездок по Волге, в полюбившемся местечке
Плёс. Волжская природа не раз становилась героиней полотен Левитана. Пронзительным аккордом звучит в картине самая яркая осенняя пора, пиршество природы. Немного печальный в кратковременности своего торжества образ осени емок и противоречив. Жизнь русской деревеньки, полоска желтеющего леса и огромное пространство неба полны величавости и спокойного ожидания дождливой и холодной погоды. Изображенные избы и проезжая дорога вносят в настроение картины элемент повседневности. Все подчинено естественному ходу смены времен года, беспрерывному циклу жизни природы.
Певец «будничного мотива», Левитан, продолжая лирическую линию развития пейзажа, намеченную его учителем А. К. Саврасовым, своим творчеством открыл новую страницу искусства конца XIX века.
Левитан начал работать над этим полотном в 1899, но путь к окончательному воплощению образа лежал через многие предшествующие годы размышлений и наблюдений, выраженные в десятках этюдов, эскизов и вариантов будущей картины. Мастер вложил в полотно свою любовь к природе родной страны, пронесенную через всю жизнь. Лиризм соединился здесь с монументальностью, а в живописном решении почти импрессионистическое восприятие природного мира соседствует с декоративно-монументальным началом.
Свободное дыхание земли чувствуется в сильном округлом ритме пологих холмов. За озером, на дальнем берегу, панорама деревень, пашен, лесов. Там белеют стройные колокольни, стоят веселые рощи и даже видны выбеливающиеся на солнце крестьянские холсты, все это Россия. Левитан хотел назвать картину «Русь», но сомневался и говорил одному из своих учеников: « только, пожалуй, немного претенциозно, лучше попроще как-нибудь». Художник наполнил пейзаж торжественно-величественной мелодией бесконечно любимой им русской природы.
Картина «Взятие снежного городка» написана художником в его родном городе Красноярске, куда он уехал из Москвы, тяжело переживая смерть любимой жены Анны Шарэ. Здесь живописец вновь ожил, увлекся традициями края и событиями местной истории. Художник воплотил свои представления о характере казаков, народной жизни Сибири. Сурикову, имевшему в роду казацкие корни, были близки местные нравы и забавы праздничных гуляний. Композиция картины динамична, полна движения, зритель словно вовлечен во всеобщее действо, чувствует морозный воздух и разлетающийся по сторонам снег. В шуточном взятии снежной крепости художник изобразил молодецкий задор преодолевающего преграду удалого наездника. Румяные, радостные лица сибиряков, смотрящих на это зрелище, исполнены жизненной силы. В санях повернутым к зрителю предстает брат художника Александр.