Городецкий хотел добавить еще пару фраз для получения полного и вполне заслуженного удовольствия от пляски на политическом трупе, но его прервал телефонный звонок с номера в белом списке. Помощник из приемной СНБО!
- Виктор Андреевич, вы просили связаться и сообщить. В районе Авдеевки резкое обострение обстановки.
15. Шульга
Лишь секунду назад на подходах к позиции было чисто, как откуда ни возьмись по развалинам замелькали люди.
- Не стрелять! - заорал Варяг. - Это свои. Пошли знакомиться, командир.
Шульга протиснулся в проход, открыл боковой люк, выбрался наружу. Бультерьер, ворча, увязался за ним. Воздух вокруг БТРа был пропитан гарью и кислым запахом сгоревшего пороха. Пес несколько раз чихнул.
Вслед за Шульгой, спустившись из башни, из люка вылез, кряхтя, Варяг.
Пока все трое приходили в себя после железной коробки, разведчики стянулись к позиции, пересчитались.
Командир группы, квадратный, напоминающий толкиеновского гнома, бородач, подошел к ним вразвалку.
- Потери есть? - спросил у него Варяг.
- Нет. Шли тихо. По дороге зачистили противотанковый расчет. Это, стало быть, твои диверсанты?
Пес тявкнул, мол, так точно, мы они и есть! Шульга усмехнулся, протянул руку.
Разведчик, отвечая крепким рукопожатием, окинул его цепким, ничего не упускающим взглядом.
- Так это вы вчера в Донецке задвухсотили москальского генерала?
- Откуда знаешь?
- Птичка в клювике принесла.
- Как говорится в телевизоре, ноу комментс.
- Да ладно, не первый раз замужем. Короче, какая у нас задача? Или вы тут хотите до вечера от всей армии сепаров отбиваться, как мушкетеры под Ла-Рошелью?
Шульга усмехнулся. Гном оказался начитанным и пример привел на удивление удачный. Их, считая Филина и Варяга - реально четверо, а защитники французской крепости в семнадцатом веке таки да, были самыми что ни на есть сепаратистами.
- Нет, конечно! - ответил он гному. - Нужно эту вот красоту, - он кивнул на размалеванные бока машины, - выкатить с нулей пока не пошел замес.
- А вот это вряд ли! - чуть подумав ответил гном.
- Почему?
- Расчет ПТУРистов мы сняли, но там еще человек десять в траншеях. Дорога всего одна, по развалинам не пробиться, да и мин понатыкано, что на барбоске блох. К тому же день, промка как на ладони. Двинемся - артой накроют со всех стволов. Так что бросайте железяку и мы вас выведем.
- Сколько у меня времени на решение? - спросил Шульга у Варяга.
- Апостол с КНП говорит - минут пять. Их танки на подходе, так что скоро тут будет фарш.
- У наших какой расклад? - спросил Шульга у гнома.
Разведчик еще раз оглядел БТР, позицию. Достал планшет, оценил текущую обстановку.
- Если дать сигнал, минут через десять сюда подтянутся. Сначала передовой отряд Апостола, потом штурмовая группа оперативного резерва. Короче, через полчаса тут будет Курская
битва.
- Значит если останемся на позиции, то у нас чистого боя до подхода подкрепления примерно пять минут?
- Где-то так.
- Назгул! - Крикнул Шульга в сторону люка. - Ты не помнишь, в подвале вроде были какие-то РПГ?
- Видел!
Назгул спрыгнул на землю. Вслед за ним из люка высунулась голова Филина.
На площадке, покрытой бетонной крошкой воцарилась напряженная тишина.
И вот тут Шульга понял, что шаблонная фраза, которой любят щеголять начальники и политики, груз ответственности - это отнюдь не фигура речи. Полтора десятка человек смотрели на него в упор и ожидали решения. И оно это напрямую касалось их жизни и смерти.
Вопрос рисковать людьми тупо ради бабла Шульга отмел, как полностью несущественный. Но тут же в голове объявился маленький противный адвокат дьявола и начал нашептывать оправдательные банальности. Типа, да за эти деньги, брателла, вы же с Назгулом и Городецким создадите частную армию, которая быстро оправдает любые потери, так что подумай не за ложный гуманизм, а за стратегическую цель.
Пошел нахрен, сказал про себя Шульга. Казуистикой можно заболтать что угодно. Не мешай думать. Адвокат дьявола обиженно замолчал, но легче не стало. Зато стало ясно, в каком персональном аду живут боевые генералы любой войны, хладнокровно отправляющие людей на смерть.
Пауза затянулась.
- Вот что! - сказал Шульга. - Говорю, как есть. В бетеэре - важный секретный груз. Медалей за него не дадут. Мало того, ваше начальство про него не узнает. Но теоретически то, что в этой коробке, может изменить ход войны. - Краем глаза он заметил, как вылезший из бетеэра Филин вскинул брови. - Приказывать не могу. Если хотите уйти - делайте это сразу!
- А ты сам? - спросил командир разведчиков. - Если я своих заберу, ты с нами?
- Нет! - спокойно сказал Шульга. - Слишком много народу ради этого положили, - он кивнул на борт, где виднелась часть надписи рой ДНР Арсен. - Нужно с этим покончить здесь и сейчас. Останусь, поизображаю противотанковый взвод сколько смогу. После того, как сепары опомнятся и зайдут на позиции - подорву БК, а сам попытаюсь уйти под шумок.
На последних словах у Назгула сузились глаза. Похоже он наглядно себе представил фейерверк из четверти миллиарда долларов. И, главное, характер под шумка, который начнется после того как уцелевшие купюры опустятся на землю осенней листвой и покроют всю автобазу