Случайность ли это?
Нет. Шарль де Фуко де Понбрийан прежде обучался в Высшей военной школе Сен-Сира. Его товарищами-сокурсниками (18761878 годы) были Дриан, Сарроль, Петен, впоследствии известные генералы.
Будущий миссионер не выглядит таким же способным, как они: он восемьдесят седьмой из восьмидесяти семи учащихся данного выпуска и его табель успеваемости говорит сам за себя. Курсант, чертовски недисциплинированный; время проводит в кабаках, выпивая больше, чем следует, и цепляясь за каждую подвернувшуюся юбку. В действительности Фуко не был создан для армии, во всяком случае для обычной армии.
Однако рядом с мечом возникает кропило. В октябре 1886 года внезапный поворот: Фуко посвящают в духовный сан в церкви Святого Августина в присутствии его военных коллег. А накануне этих событий этот удивительный неофит изыскал возможность послать своей кузине Мари де Бонди семисотое любовное письмо. Вот еще одно доказательство! Будущий монах увлекается связями эпистолярными.
Однако рядом с мечом возникает кропило. В октябре 1886 года внезапный поворот: Фуко посвящают в духовный сан в церкви Святого Августина в присутствии его военных коллег. А накануне этих событий этот удивительный неофит изыскал возможность послать своей кузине Мари де Бонди семисотое любовное письмо. Вот еще одно доказательство! Будущий монах увлекается связями эпистолярными.
Стать миссионером, исследующим Марокко, страну, напоминающую «закрытый склеп», вот цель Шарля Фуко в 18831884 годы. Ему выпала миссия обращать в истинную веру туарегов. Исполняет он ее превосходно, но колониальные власти слабо интересуют решения метафизических проблем, они видят в Фуко, главным образом, замечательного «агента по внедрению».
Шарль де Фуко, монах-пустынник, стал другом Лапперинов и Лиотеев, строителей колонии в Марокко. Он помогает им всем, чем может. Помощь настолько ценна, ибо с 1907 года Франция усмиряет страну силой оружия. Именно с этого времени Шарль де Фуко начинает отправлять свои послания рапорты, содержащие разведданные о положении в стране.
Поселившись вскоре в Таманрассете, во Французской Сахаре, монах ведет учет внешней угрозе: ливийские сенусисты на востоке, марокканцы на западе. Эта информация помогает Лаперрину и его полутора тысячам солдат, сражающимся на верблюдах, усмирить центральную Сахару. Благодаря этой информации командование держится в курсе всех дел, малейших волнений в этом регионе.
Нет ничего необычного в том, что писатель Пьер Нор, увлеченный историей французских спецслужб, посвятил Шарлю де Фуко насыщенную документальными данными книгу «Шарль де Фуко, француз из Африки».
В своей книге он пишет: «Самое необычное это то, что монах, живя в одиночестве в Таманрассете, умудряется превратить это затерянное в песках Сахары местечко в подобие центрального агентства, куда стекается информация обо всем происходящем в радиусе не менее двух тысяч километров. Движение реззусов прослеживается на всех этапах, дается хроника их успехов и неудач, даже предположения об их намерениях и о том, что они могут предпринять в дальнейшем. Объяснение этому (а оно должно быть) следующее: отец Фуко настолько заслужил доверие туарегов, что они сами идут к нему, становясь по доброй воле агентами, друзьями и союзниками французов».
Один из его последователей, аббат Жорж Горре, составил опись двухсот двадцати посланий отца Фуко его друзьям. Вот одно из них, написанное в 1916 году и отправленное Лиоте:
ИИСУС МИЛОСЕРДНЫЙ Таманрассет, послано с Инсалахом, через Бискру 6 сентября 1916 г.
«Мой генерал и мой добрый друг.
Я не могу передать Вам, сколь тронуло меня Ваше письмо от 16 января и благодарен за подробное описание Вашей изумительной работы в Марокко. С Божьего благословения, снизошедшего на Вас с первых часов пребывания здесь и давшего благое побуждение всем нам, я чрезвычайно благодарен тому, что Вы остались хранить нас в эти ужасные годы. Дабы сберечь Ваше время, я редко пишу Вам. Я благодарен Вам за «Французскую Африку», столь удачно дополненную прекрасным «генеральным рапортом», недавно опубликованным.
Сегодня я пишу Вам, чтобы сообщить: не все у нас благополучно на алжирско-триполитанской границе, стараниями турецко-германских сенусистов нагнетается напряженность. Если эти акции не остановить, они быстро распространятся на юге Алжира и Туниса, на северо-восток французской Западной Африки и даже в Тафилалете и южных районах Марокко. Изгоняя, часто без боя, итальянцев из Феззана, сенусисты, вооруженные и экипированные на турецко-германские деньги, добавив к своему арсеналу винтовки, пушки и боеприпасы, брошенные итальянцами, укрепляются и готовятся, заверяя французов в их мирных намерениях»
Далее в письме дается много точной информации о планах главы сенусистов Абиддина. Это будет последний рапорт «рыцаря-монаха». Смерть настигнет его 1 декабря 1916 года. Группа сенусистов, оставшись незамеченной, совершила набег на Таман-рассет. Мадани, один из тех, о ком отец Фуко некогда позаботился, навел на него эту группу.
Сраженный в упор выстрелом в голову, Фуко падает как подкошенный. Генерал Лаперрин заявит в 1919 году, что, согласно имеющейся у него информации, германо-турецкие спецслужбы сами навели убийц на отца Фуко, что выглядит весьма неправдоподобно, поскольку тем лишь поручили взять его в заложники. Но на месте дело приняло дурной оборот