Ш у т (пока Жена не успела его остановить). Вот теперь я буду садовником!
Ж е н а Ш у т а. А я королевой (срывает с Королевы корону, базарным голосом). Повелеваю!
К о р о л е в а (удивленно, свысока). Повелеваю?
К о р о л ь (отдает ей свою корону). А мы вот так.
Н а ч а л ь н и ц а с т р а ж и. Как же теперь вы, ваше величество?
К о р о л ь. Да я все равно самый главный. Сундук-то при мне (хлопает по сундуку, на котором сидит). Так что вам по-прежнему придется меня слушаться. Зовите меня просто Господин директор. (Революционеру.)Будешь звать меня Господин директор или лишить тебя карманных денег?
Р е в о л ю ц и о н е р. Буду, Господин директор. Надоел этот бунт ни о чем. Можно, я стану простым менеджером? (Снимает футболку и просторные штаны, под ними деловой костюм.)
К о р о л ь. Нашелся простачок, поглядите на него. Да чего скромничать? Главным менеджером будь. Докажешь свою преданность получишь запасной ключ от сундука.
П р и н ц е с с а. А мне надоело тупо быть принцессой. Чур, я журналист. (Снимает корону, делает вид, что фотографирует.)
Н а ч а л ь н и ц а с т р а ж и. Не журналист а журналистка. Ты же девочка!
П р и н ц е с с а (делает вид, что фотографирует ее). Улыбочку! Я сказала улыбочку, а не оскальчик вампирчика! Прекрасно! На первую полосу!
Н а ч а л ь н и ц а с т р а ж и. Не имеешь права! Я не давала согласия на эти съемки.
Р е в о л ю ц и о н е р. А вы чего командуете? Вы больше не Начальница стражи!
Н а ч а л ь н и ц а с т р а ж и. А я теперь завкадрами.
Р е в о л ю ц и о н е р. Но это то же самое!
Н а ч а л ь н и ц а с т р а ж и. А меня все устраивает.
К о р о л ь (обращаясь к Королеве и Жене Шута). Ну, королевны мои, чего стоите, прохлаждаетесь? Идите работайте. А то кризис постучится в дверь
а мы не готовы.
Королева берет тряпку, Жена Шута швабру и начинают подметать и протирать домик.
П р и н ц е с с а (входит в образ). Что сказал Господин директор, когда узнал, что в его дверь может постучаться кризис? (Протягивает Королю воображаемый микрофон.) Ну, что он сказал?
К о р о л ь (поддерживает игру). Никого нет дома. Кризис, go home!
П р и н ц е с с а. Шок! Эта новость взорвет весь мир!
Убегает, лезет к себе на крышу, роется в вещах. Начальница стражи возвращается за свой стол. Король сидит на сундуке, Революционер стоит рядом и записывает его указания. Королева оттирает внешнюю стенку домика. Жена Шута подметает в углу. Садовник подходит к ней, прислоняется спиной к стене.
С а д о в н и к. Сейчас, когда я могу делать что хочу, я ничего не хочу. У меня было столько свежих идей, когда мне запрещали выращивать цветы. А теперь все идеи завяли.
Ж е н а Ш у т а (подметает). А мне все равно. Мне просто все равно.
С а д о в н и к. Может быть, дерзнуть и засадить кактусами городскую стену? Вместо колючей проволоки. А весной они будут цвести и напоминать о том, что даже в самых жестоких сердцах порой скрывается нежность.
Ж е н а Ш у т а (подметает). А мне все равно и все равно.
С а д о в н и к. Или взять да и вырастить подсолнух до самого неба? Подсолнух ведь к солнцу стремится, верно? Значит, надо его получше поливать и подкармливать, и он сам собой вытянется. Главное, не подпускать к нему дворцовую стражу и городских голубей, чтоб не растащили на семечки раньше времени.
Ж е н а Ш у т а (подметает, напевает). Мне так все равно, что просто все равно. (Кружится со шваброй как с воображаемым партнером.)
Садовник совсем загрустил, бредет вдоль домика, не замечая никого.
Король сидит на сундуке, Революционер докладывает.
Р е в о л ю ц и о н е р. Господин директор. По последним исследованиям рынка вся свежая кровь находится в странах третьего мира.
К о р о л ь. А мы в каком мире? (Оглядывается по сторонам.) Должно быть, в минус первом. Дальше.
Р е в о л ю ц и о н е р. У нас появились конкуренты. В Японии наладили производство летающих коней со встроенным холодильником.
К о р о л ь. Это не конкуренты. Это идиоты. Наши летучие кони подлинные, выращенные из подковок Кстати, что с подковками?
Р е в о л ю ц и о н е р. Народ бунтует. Профсоюз изготовителей подковок требует повышения зарплаты.
К о р о л ь. Твоя работа?
Р е в о л ю ц и о н е р. Клянусь, нет! Они сами! Пока я с ними бился, пробуждал в них все человеческое ноль реакции. Смотрели как бараны. А стоило только отступиться, как в нашем мрачном средневековье пробудилось гражданское общество.
К о р о л ь. Нормальная эволюция. Что делать будем?
Р е в о л ю ц и о н е р. Собственно, с этого я и начал свой доклад. Еще не во всех странах третьего мира, где находится вся свежая кровь, пробудилось гражданское общество. Я произвел анализ рынка. В Тридвенадцатом королевстве, в Тритридцатьпятом и в Трисороквтором самые выгодные предложения и очень высокий уровень безработицы. Я предлагаю перенести производство туда.
К о р о л ь. С ума сошел? Вспомни велосипед, произведенный в Трипятнадцатом королевстве, который подарили мне на юбилей! Только я на него сел, как он развалился на куски, и я чуть не расшибся. А когда наши мастера собрали его по инструкции получилась инвалидная коляска! А тут не велосипеды! А летающие кони! Наша гордость! Наша слава! Наша сила! Что про нас знают в большом мире? Что мы летающих коней выращиваем на грядках да с лопухами все никак не можем справиться! Если мы коней про (Закашлялся.) То можно уже махнуть рукой на лопухи с ними или без них, а мы долго не протянем!