Некий монах остался в одной деревне без подаяния, никто даже не покормил его. Тогда монах забрался в церковь и ударил в колокол, огласив деревню заупокойным звоном. Звонарь прибежал в церковь и спросил у монаха, кто умер. Любовь к ближнему умерла в здешних местах, ответил монах, никто не подал мне Христа ради, поэтому я и трезвоню в колокол. В ответ на это звонарь принялся бить в самый большой из церковных колоколов. А это что значит? спросил монах. Еще кто-нибудь умер? Кротость и долготерпение, которые ты должен бы иметь, ответил звонарь, также мертвы, поэтому я и трезвоню в колокол.
их, хорошо ли они были одеты в час ограбления. Они говорят да, хорошо. Значит, ответил я им, вас ограбили не мои люди, потому что мои одними гульденами не ограничились бы, они непременно раздели бы вас догола. Поэтому вот мой приговор: ложь высоко несет свое знамя. Спорщики удалились из замка и пошли темной лесной тропой. Хозяин сказал: Вот видишь, я получил все три голоса. И он привязал слугу к дереву и выколол ему оба глаза, после чего отвязал, вручил слепцу посох и отпустил на все четыре стороны. Несчастный в своей великой печали не знал, куда податься, и решил: А заночую-ка я прямо тут в лесу, под деревом. А ночью под тем же деревом собрались злые духи, и каждый из них похвалялся перед остальными своими бесчинствами. Один сказал: Я подстроил все так, что хозяин выколол верному слуге оба глаза. Другой ответил: Хвастун ты несчастный, под этим деревом растет волшебная трава, и если слепой приложит ее к пустым глазницам, то у него появятся новые глаза. И с тем они сгинули. Слепец встал на колени и взмолился Господу, чтобы тот помог ему отыскать волшебную траву, и принялся искать ее, и, вырвав из земли травинку, прикладывал ее к глазницам, но ничего не происходило, пока наконец не вырвал он ту единственную, что была нужна, приложил ее к глазницам и прозрел. Он восславил Господа и сообразил нарвать волшебной травы про запас. А неподалеку оттуда жил один могущественный барон, дочь которого была слепой от рождения, и барон возвестил по свету, что если кто-нибудь сумеет исцелить ее, то будет вознагражден женитьбой и соответствующим приданым. Слуга вылечил ее, и женился на ней, и богатое приданое получил. Когда его бывший хозяин прослышал о том, что он прозрел, преуспел и разбогател, он отправился к нему в гости, попросил прощения за содеянное зло и попросил поведать, как же оно все так вышло, что и зренье к нему вернулось, и богатство пришло. Бывший слуга рассказал все, как было, и показал дерево, под которым нашел волшебную траву. Решил нарвать травы и хозяин, но тут спустилась ночь, и пришлось ему лечь спать под деревом. А злые духи собрались тут и на этот раз. И один из бесов сказал: Недавно мы тут друг перед дружкой хвастались, а под деревом сидел слепец и все подслушал, и прозрел, так что надо бы поглядеть, нет ли кого под деревом и сейчас. И нашел человека и выколол ему оба глаза. Так было явлено, что поражения, которые терпит порою истина, носят преходящий характер, а знамя справедливости по-прежнему высоко».
захотелось расспросить этого смышленого малого и узнать, кто он по роду занятий. «Я оптик, ваша светлость, ответил тот, сиречь изготовитель очков, усиливающих зрение, и я странствовал во многих землях, был в Брабанте, в Нидерландах, в Саксонии и в Гессене, но нигде не смог найти себе работу, никто мне ничего не заказывал. Наше ремесло никого не интересует. И вышло так, что я проел и потратил все, что у меня было». «Вот уж никогда не подумал бы, сказал епископ, что на такое ремесло нет спросу. По-моему, это доброе ремесло и нужное людям. Тем более что зрение у многих портится, и портится все быстрее». «А дело все в том, откликнулся его собеседник, что очки никому не нужны. Старые священники и дряхлые монахи в монастырях не молятся вовсе или же читают те молитвы, что помнят наизусть, и очки им поэтому ни к чему, а вы, сильные мира сего, привыкли на все смотреть сквозь пальцы, потому-то наше ремесло и сходит на нет». Епископ рассмеялся и сказал: «Ты, видать, изрядная шельма. Пока я не уеду из Франкфурта, милости прошу есть и пить у меня за столом». Мастеровой принял щедрое приглашение, чем немало порадовал господина.
вторым мошенником. А когда с тем же вопросом обратился к мужику третий мошенник, мужик отшвырнул от себя овцу и в сердцах произнес: «Вот уж и собаки от овцы отличить не умею». Мошенники дождались, пока он ушел, схватили овцу и зажарили ее себе на ужин.
совета». Вот его-то и объявил престолонаследником государь, потому что желание выслушать добрый совет для монарха самое главное.