Чего вам надобно? спрашивает Поющий Витязь.
Я пришел к тебе, говорит Янош, чтоб научил ты меня петь.
Давно, еще тогда, когда ты был в утробе матери, я знал, что ты сюда попадешь. И хоть у меня и без тебя забот немало, так и быть, научу тебя петь. Учить буду три года и три дня. Но когда выучишься, ты должен будешь и мне сослужить службу.
Все будет сделано, все, что пожелаешь, говорит Поющему Витязю Янош Надара.
Вот прошло три года и три дня. На третий день подошли они к подножью горы. И запел Янош Надара. Стал он петь лучше, чем сам Поющий Витязь.
Понравился он бриллиантовой фее Лулуди, очень понравился, даже больше, чем Поющий Витязь.
Янош должен был спеть одну печальную, протяжную песню, одну веселую, живую, и одну настоящую, огненную песню, чтоб Поющий Витязь сказал: «Прекрасно, хватит петь, ты уже выучился».
Протяжную он спел такую:
А потом спел веселую:
Да, самое главное чуть было не забыл! Настал черед Поющего Витязя требовать плату за обучение, да еще какую плату! Он велел Яношу Надара достать с вершины голой Стеклянной горы бриллиантовую фею Лулуди и сказал, что если тот не достанет, то туловище Яноша станет короче ровно на голову.
Отвечает ему Янош Надара:
Нужно мне три дна на размышления.
По истечении трех дней Янош Надара и бриллиантовая фея Лулуди обменялись письмами по голубиной почете. Вот что написала фея: если Янош Надара хочет ее видеть, пусть добирается так, чтобы не идти по земле, иначе они не смогут встретиться.
И вот Янош Надара велит Поющему Витязю поскорее приготовить подарок для бриллиантовой феи Лулуди. В подарок послал он цимбал, да не простой, а волшебный: этот цимбал сам заставляет руки играть. Для цимбала он велел сделать ящик такой величины, чтоб в нем поместилась Лулуди. Велел он Поющему Витязю положить этот цимбал на спину чудо-коня, а конь должен привезти девушку в ящике к подножию горы.
Ладно, согласился Поющий Витязь и принялся мастерить чудесный цимбал.
Наконец цимбал был готов, и Поющий Витязь привязал его на спину коня, привязал, да не видел, что в ящике спрятался Янош Надара. Так и примчал чудо-конь Яноша Надара на голую Стеклянную гору. Вот и вышло, что он пришел, да так, что не шел по земле.
Бриллиантовая фея Лулуди так обрадовалась волшебному цимбалу, что еле устояла на ногах. Взяла она молоточки, и руки ее сами заходили по струнам. Хорошо играла она!
А матерью Лулуди была ведьма. Как раз в это время кружила она над трубой верхом на петухе. Увидела ведьма, как открывается ящик цимбала и из него вылезает Янош Надара, и говорит дочери:
Погоди же, девушка! Неужто тебе твоя голова не дорога? Ведь придется тебе расплачиваться за этот цимбал!
Лулуди шепнула Яношу, чтоб он спрятался в ящик, но было поздно. Ведьма уже крикнула брата Лулуди. и он шел, сотрясая своими шагами Стеклянную гору, так что она даже потрескалась.
Ой, сердце мое, любовь моя, что теперь с тобою будет? Даже тем юношам, что золотом наполняли мою комнату, сносил головы мой брат Саструно Мануш ! Что же тогда будет с тобой?! Ведь мой брат сильнее всех на свете, потому и зовут его Саструно Мануш.
Ничего не бойся, цветок мой, Лулуди!
С этими словами вышел Янош Надара на поединок. Отвязал он своего чудесного коня, сел на него и полетел навстречу Саструно Манушу. Саструно Мануш встретил его, держа своего коня под уздцы. Но вот он выпустил поводья, думая, что конь разнесет Яноша вместе с его конем. Но не тут-то было. Кони вдруг поцеловались: оказалось, они были братьями. Тогда схватил Саструно Мануш Яноша Надара и так бросил его, что тот ушел по колена в Стеклянную гору. Наступил черед Яноша. Он швырнул Саструно Мануша так, что тот ушел в гору по пояс. Боролись они до тех пор, пока Саструно Мануш не провалился в Стеклянную гору.
А его мать-ведьма с горя
подохла и отдала свою душу дьяволу. Увидала все это бриллиантовая фея Лулуди и сказала Яношу Надара:
Сердце мое, любовь моя, я твоя, а ты мой! обняла она Яноша Надара и поцеловала. И с Яноша тотчас же упала звериная шкура.
Ладно, девушка, оставь меня в покое! Ты хочешь, чтобы я на тебе женился? Сколько горя и страданий ты мне уже принесла! А что будет, если тебя в жены взять! Тогда и вовсе хлопот не оберешься! Да я люблю больше Поющего Витязя как друга, чем тебя как жену.
И отвез он девушку Поющему Витязю. Так и не познал женщину Янош Надара, а потому не знает он страха и поныне.
Нет покоя этому старому Напо, уж скоро рассвет, а он все кует и кует! Когда же он сам наконец вылетит дымом из трубы мира живых!
А ведь знают хорошо мой обычай: до обеда я дремлю на солнышке, после обеда заготовляю брусочки, а с вечера работаю до самой зари.