романо-германской филологии. Ждала распределения она с некоторым раздражением тряхнула головой. Кому нужны все эти подробности? В истории нашего знакомства ничего особенного не было. Если не считать, что предложение он сделал мне на третий день. В кафе. Я, конечно, растерялась. Промямлила что-то вроде того, что мы совсем не знаем друг друга. А он сказал, что человека узнать вообще невозможно. Поэтому разницы никакой три дня или три года. Вот она пожала плечами. Через месяц мы поженились. Два года жили в Москве. Арик тогда работал в фирме «Сервис плюс». Сначала авторемонт, потом попытался торговать подержанными иномарками. А однажды пришел домой очень поздно, потерянный. Я спросила, что случилось. А он ответил: «Фирмы больше нет», и еще, что он решил завтра подавать документы на выезд в Израиль. Оказалось, что они взяли какой-то кредит, потом компаньон Арика куда-то уехал. Вместе с деньгами, принадлежащими им обоим, Виктория крутила в руках ярко-красную пачку с золотым кружком. И мужу пришлось отдавать долг самостоятельно. Кредиторы, насколько я теперь понимаю, были не из официальных кругов, так что ситуация становилась опасной. Чтобы рассчитаться, он отдал им фирму, машину и доверенность на квартиру. Так что к моменту отъезда у нас не было ничего.
Натаниэль не перебивал. Он слышал подобные истории не раз и не два, все они были похожи друг на друга как близнецы.
Вот, собственно, то, что касается нашей прежней жизни, Виктория, наконец, закурила. А здесь с самого начала дела пошли неплохо. Аркадий встретил какого-то своего университетского товарища.
Понятно. Скажите все-таки чем он собирался удивить вас и гостей позавчера?
Понятия не имею, усталым голосом ответила Виктория. Я спрашивала, но он сказал: «Я такое провернул, завтра узнаешь обалдеешь». И все.
И обалдели пробормотал Натаниэль. Он повернулся к окну. Вчера, кроме гостей, во дворе были бармен и официант, а также пятеро джазистов-обезьян, сейчас наряды музыкантов казались ему вопиющей безвкусицей. Как вы их нанимали и откуда? И кто закупал продукты и напитки?
Музыканты, официанты и бармен были приглашены из зала для торжеств. Кажется, из «Султановых прудов». Продукты и напитки выбирал бармен. Собственно говоря, там и продуктов-то было чуть. Правда, напитков, как всегда, многовато
«Султановы пруды» Это на а-Масгер, да? уточнил Натаниэль.
Да, кажется.
А как зовут бармена, не помните?
Мм Кажется, Ницан, Виктория наморщила лоб. Или Нисим. Что-то на «н» Извините, Натаниэль, у меня все эти дни голова тяжелая. Я плохо соображаю, а еще хуже вспоминаю детали.
Все в порядке, Виктория, все в порядке. У меня осталось совсем немного вопросов, Розовски ободряюще улыбнулся. Потом вы отправитесь отдыхать.
Вы уйдете, я, наверное, приму снотворное и постараюсь поспать до следующего утра.
И отлично Такой вопрос: маскарадные костюмы, убранство двора. Кто занимался этим?
Муж договорился с какой-то фирмой, которая занимается устройством празднования Пурим. Но как называется фирма, честно говоря, не помню, ответила Виктория. Вдруг лицо ее прояснилось: Вспомнила! Фирма называется «Пуримшпиль»!
Да уж, Натаниэль невесело усмехнулся. Хороший пуримшпиль они устроили он записал названия зала и фирмы, спросил: Когда ваш муж пришел к нам в контору, он упомянул о каком-то очень удачном контракте, сказал Натаниэль. Вы не знаете, что за контракт?
Виктория покачала головой.
Контракт, видимо, был не из рядовых, Розовски докурил сигарету, поднялся. Вы бы не могли дать мне телефон того человека, который устроил Аркадия в «Лигу»? Школьного товарища?
Да, конечно. Посидите, пожалуйста, я сейчас принесу. Все документы в кабинете наверху. Телефонная книжка Аркадия тоже.
Она быстро поднялась по винтовой лестнице, ведшей на второй этаж. Натаниэль подошел к большому во всю стену окну. Прямо перед ним росло дерево с крупными красными цветами, такими яркими, что не видно было листьев. Он вспомнил, как называется это дерево. Пунциана. Окно было распахнуто настежь, но, к своему удивлению, Розовски не почувствовал вчерашнего приторного запаха. «Да, вспомнил он, пунциана же почти не пахнет».
Вернулась Виктория. Она выглядела растерянной.
А записной книжки нет, сообщила она. Нигде. Ни в столе, ни в шкафу. Я даже в сейф заглядывала.
Натаниэль озадаченно посмотрел на нее.
Вы уверены, что она была именно там, в кабинете?
Конечно, я перед приходом гостей позавчера выписывала оттуда новый номер телефона
Дины и Коли! расстроенно ответила Виктория. И положила на место в верхний ящик стола. А теперь ее нет.
Может быть, полицейские унесли? предположил Натаниэль.
Нет, они просматривали документы в кабинете, но, по-моему, ничем не заинтересовались. Во всяком случае, ничего не взяли.
Вы не волнуйтесь. Ее мог взять Аркадий уже после того, как вы положили на место, сказал Натаниэль. А вернуть не успел. В этом случае она оказалась в полиции. Вместе с телом. Я позвоню инспектору Алону, попрошу. Найдем.
Прыгая через три ступеньки, Розовски поднялся на третий этаж, распахнул дверь и в полном изнеможении упал в любимое кресло. Офра, сосредоточенно стучавшая по клавишам, никак не отреагировала на шумное появление шефа.