Кто его знает. Может, где и в поле. Иди гадай. Бригадирово дело сейчас горячее Вот шефы в Заполье работают, так, может, туда побежал
По окну ударили дождинки. Федор Иванович подбежал к раме, всполошился.
Пошел все же дождь-то! посетовал он. Не успел, вот незадача. Он призадумался на миг и вдруг опять заулыбался: А ладно. Сено у меня в копнушках. Привезу и завтра. Пойдем-ка лучше ко мне, чайку попьем.
Мы только что из-за стола, отозвалась мама.
Будто чашки чая не войдет?
Хочешь, иди, говорит мне мама, а я прилягу малость. К дождю-то что-то голову заломило.
Может, и к дождю.
А то идем. Чаю у меня и на
тебя хватит, засмеялся Федор Иванович. Озеро рядом, а чаю в магазине полнехонько.
А когда у тебя для людей чего не хватало?
Людям даешь сам богатеешь.
Правда твоя, Федор.
И я пошел к Федору Ивановичу.
Через несколько шагов он остановил меня:
Ты иди к нам, а я заверну к Марье Долиновой. У меня к ней срочное дельце имеется.
Я сел на крыльцо его дома. Вдоль всей стены и сарая по-хозяйски расставлены, развешены бороны, сохи, дровни, деревянные вилы, грабли, косы, всякие деревяшки заготовки для косовищ, грабель. На подоконнике крытого крыльца, под лавками лежали топоры, молотки, точильные бруски, напильники, банка с гвоздями, мотки бересты, недоделанное корыто для разделки овощей Все говорило о том, что здесь живет человек хозяйственный. Таким, пожалуй, он был всегда. Бывало, когда чего недоставало у нас в хозяйстве, отец или мать говорили нам:
Бегите к дяде Федору Торякову, попросите.
Мы шли к нему и ни разу не возвращались с пустыми руками. "У Федора есть все, окромя, пожалуй, птичьего молока" так о нем отзывались односельчане.
Пока я рассматривал его хоромы, вернулся и сам хозяин.
Заставил скучать?
Не скучал я, а разглядывал ваше богатство. Чего только нет тут. Повесь на стене объявление, что здесь этнографический музей, и каждый свежий человек поверит.
Хозяйство, брат, вести не бородой трясти, смеется. За каждой вещью на деревню не побежишь. Вот и приходится иметь. Да и в деревне вдовы были война-то, брат, осиротила не одну семью. Нужно было людям помогать. А потом, когда председателем избрали, так тогда, считай, сам бог велел заботиться о них. Ведь руко-дерево в бурю свалила его болезнь в один миг. Да и мы с тобой, баба, два века жить не будем, сказал он как-то даже весело, словно говорил о чем-то совсем не касающемся его. Но пока живем, о жизни и думать надо. Вот сено нужно бы на сарай достать. Иван-то Андреевич дома али в бегах?
Кто его знает. Может, где и в поле. Иди гадай. Бригадирово дело сейчас горячее Вот шефы в Заполье работают, так, может, туда побежал
По окну ударили дождинки. Федор Иванович подбежал к раме, всполошился.
Пошел все же дождь-то! посетовал он. Не успел, вот незадача. Он призадумался на миг и вдруг опять заулыбался: А ладно. Сено у меня в копнушках. Привезу и завтра. Пойдем-ка лучше ко мне, чайку попьем.
Мы только что из-за стола, отозвалась мама.
Будто чашки чая не войдет?
Хочешь, иди, говорит мне мама, а я прилягу малость.
К дождю-то что-то голову заломило.
Может, и к дождю.
А то идем. Чаю у меня и на тебя хватит, засмеялся Федор Иванович. Озеро рядом, а чаю в магазине полнехонько.
А когда у тебя для людей чего не хватало?
Людям даешь сам богатеешь.
Правда твоя, Федор.
И я пошел к Федору Ивановичу.
Через несколько шагов он остановил меня:
Ты иди к нам, а я заверну к Марье Долиновой. У меня к ней срочное дельце имеется.
Я сел на крыльцо его дома. Вдоль всей стены и сарая по-хозяйски расставлены, развешены бороны, сохи, дровни, деревянные вилы, грабли, косы, всякие деревяшки заготовки для косовищ, грабель. На подоконнике крытого крыльца, под лавками лежали топоры, молотки, точильные бруски, напильники, банка с гвоздями, мотки бересты, недоделанное корыто для разделки овощей Все говорило о том, что здесь живет человек хозяйственный. Таким, пожалуй, он был всегда. Бывало, когда чего недоставало у нас в хозяйстве, отец или мать говорили нам:
Бегите к дяде Федору Торякову, попросите.
Мы шли к нему и ни разу не возвращались с пустыми руками. "У Федора есть все, окромя, пожалуй, птичьего молока" так о нем отзывались односельчане.
Пока я рассматривал его хоромы, вернулся и сам хозяин.
Заставил скучать?
Не скучал я, а разглядывал ваше богатство. Чего только нет тут. Повесь на стене объявление, что здесь этнографический музей, и каждый свежий человек поверит.
Хозяйство, брат, вести не бородой трясти, смеется. За каждой вещью на деревню не побежишь. Вот и приходится иметь. Да и в деревне вдовы были война-то, брат, осиротила не одну семью. Нужно было людям помогать. А потом, когда председателем избрали, так тогда, считай, сам бог велел заботиться о них. Ведь руководитель колхоза тот же отец для семьи. Всех и снабжал косами, вилами, граблями. Ну да ладно. Идем-ка в избу. Чего-либо поклюем. Жена-то у меня в Корбеничи в медпункт ускакала еще вчера, так я на эти сутки холостяжничаю.
Он очень скоро собрал на стол. Здесь был рыбный курник, жаренные на сметане грибы. Яйца. Салат из луковых перьев, тарелка свежей малины и черники