Второй показ программы на следующий день тоже произошел с накладкой. Когда Николай закончил короткий пролет над зрителями, зал взорвался аплодисментами. Поднялся мужчина с окладистой бородой, в рясе, с крестом на груди. Похоже священник.
Богохульство! закричал он громким басом. Ему бы певчим быть с его голосом. Не может человек уподобиться птице или Сыну Божьему!
Зал притих. Похоже назревал скандал. Публика-то почти вся верующая. Для нее слово священника имеет вес. Хотя Николай в мыслях не имел оскорбить чувства верующих. Антрепренер сразу сообразил, что надо гасить назревающий конфликт.
Вы всего лишь узрели полный оптический иллюзион. Обман зрения, так сказать.
Обстановка разрядилась. Когда зрители ушли, Лука Ильич сказал:
Зачем при батюшке надо было показывать фокус?
Откуда я знал, что среди публики священник? Пусть униформисты смотрят и предупреждают.
Николай был озадачен. Таких проблем в современном цирке не было. Там же Копперфильд проходил сквозь стены, демонстрировал на публике исчезновение Статуи Свободы, и