Когда я открыла дверь, посетитель быстро повернулся ко мне.
Я ищу Ви.Ай. Варшавски, сказал он хрипловатым, но уверенным голосом человека, привыкшего всегда добиваться своего.
Да, ответила я, протискиваясь мимо него и усаживаясь за свой письменный стол.
Что означает ваше «да»? спросил он.
Что Ви.Ай. Варшавски это я. Если не ошибаюсь, это вы договаривались о деловом свидании.
Да, но я не предполагал, что мне придется пешком взбираться на четвертый этаж, а затем беседовать с вами в темном офисе. Какого черта ваш лифт не работает?
Все здешние сотрудники народ крепкий, вот мы и сговорились отключить лифт; физические упражнения лучшее средство против инфарктов.
В мерцании рекламы я увидела, как он сердито махнул рукой.
Я пришел поговорить о деле, а не комедию ломать, недовольно буркнул он. Я привык получать точные ответы на свои вопросы.
В таком случае задавайте разумные вопросы. А теперь вы, может, скажете мне, зачем вам понадобился частный детектив?
Я и сам не знаю. Конечно, мне требуется помощь, но, Господи, здесь такая темная дыра.
Да, погас свет, сказала я, внутренне закипая. К тому же вам, видимо, не нравится моя внешность. А я, признаться, не люблю анонимных посетителей. Поэтому я вас не держу, скатертью дорожка.
Успокойтесь, успокойтесь, примирительно сказал он. Ваш запал ни к чему... Но неужели мы так и будем сидеть в темноте?
Я рассмеялась:
За несколько минут до вашего прихода вылетел предохранитель. Если вам нужен свет, мы можем отправиться к «Арни». Признаться, я не прочь взглянуть на него поближе.
Он покачал головой:
Нет уж, видно, придется остаться здесь.
После короткого колебания он уселся на один из стульев, предназначенных для посетителей.
Как прикажете вас звать? спросила я, пока он собирался с мыслями.
Извините, сказал он; порывшись в бумажнике, достал свою визитную карточку и положил передо мной на стол.
Я взяла ее и прочитала при свете рекламы «Арни»: «Джон Л. Тайер. Ответственный вице-президент банка и трастовой компании Диаборна».
Я поджала губы. Хотя судьба и не очень часто заносит меня на Ла-Салль-стрит, я все же знаю, что Джон Тайер очень важная персона в самом большом банке Чикаго. В твои сети попалась крупная рыба, Вик, подумала я. Не упусти же ее.
Я убрала карточку в карман джинсов.
Итак, мистер Тайер, в чем состоит ваша проблема?
Проблема в моем сыне. Вернее, в его подружке. Во всяком случае, именно в ней... Он вдруг замолчал. Многие люди, особенно мужчины, не привыкли ни с кем делиться своими проблемами, и бывает трудно вызвать их на откровенность. Не обижайтесь, но я еще не решил, могу ли говорить с вами о своих личных делах. Нет ли у вас партнера?
Я молчала.
Нет ли у вас партнера? повторил он.
Нет, мистер Тайер, спокойно произнесла я, у меня нет партнера.
Видите ли, я боюсь, что это неподходящая работа для одинокой женщины.
В правом моем виске забилась какая-то жилка.
Сегодня у меня был трудный день, но я даже не успела поужинать, потому что торопилась на встречу с вами, сказала я хриплым от ярости голосом. Остановилась, прочистила горло и попыталась успокоиться. Вы даже не хотели назвать свое имя, пока я не потребовала
этого. Вы врываетесь в мою контору, высказываете нелепые претензии, но не хотите говорить со мной откровенно, всячески увиливаете. Вы что, пытаетесь выяснить, честна ли я, богата, достаточно ли у меня крутой характер или что? Вы хотите видеть рекомендации? Пожалуйста, я готова их показать. Но не тяните время. Я не собираюсь уговаривать вас, чтобы вы воспользовались моими услугами, ведь это вы настоятельно потребовали, чтобы я назначила вам встречу в столь позднее время.
У меня нет никаких сомнений в вашей честности, быстро сказал он. И я не собираюсь раздражать вас, пытаясь выяснить вашу квалификацию. Но вы девушка и можете попасть в трудное положение.
Я женщина, мистер Тайер, и уверяю вас, могу постоять за себя. В противном случае я никогда не занялась бы этой профессией. Если и в самом деле я попаду в трудное положение, то сумею как-нибудь выкрутиться. Это уже моя проблема, не ваша. Итак, вы расскажете мне о своем сыне или я поеду домой?
Пока он продолжал думать, я старалась успокоиться, дыша глубоко и ровно.
Не знаю, наконец сказал он, все во мне противится продолжению этого разговора, но у меня нет никакого выбора. Он поднял глаза, но я не могла рассмотреть его лицо. Все, что я вам скажу, должно остаться между нами.
Да, разумеется, устало подтвердила я. Между вами, мной и «Арни».
Он глотнул воздух, но вовремя вспомнил, что разговор должен идти в примирительном тоне.
Все дело в подруге моего сына Аните. Хотя кое-какие трудности связаны и с моим сыном Питом.
Наркотики, холодно подумала я. Весь этот сброд с северного побережья только и думает что о наркотиках. Вряд ли речь может идти о беременности; они просто заплатили бы за аборт, и дело с концом. Но в конце концов это не мое дело, поэтому я только буркнула что-то успокоительное.
Боюсь, что эта Анита не самая подходящая подруга для моего сына; во всяком случае, он нахватался у нее довольно странных идей. Его правильная речь плохо вязалась с его хриплым голосом.