Арнэлия тяжело вздохнула. Угрызения совести, чувство вины снова навалились на нее, словно большой снежный ком. И эта щемящая пустота внутри, эта огненная рана, кричащая о том, как она одинока. Нет никого, кому она могла бы все это рассказать. Никого, кто бы просто ее поддержал.
Да, конечно, есть старшие братья и Кэти, которые любили ее по-своему, но Арнэлии сейчас была нужна другая любовь, любовь друга, который всегда ее выслушает, поможет, подскажет, как быть дальше, или просто посидит молча рядом, словно Дэмиан, одно слово которого могло развеять грусть и заставить улыбнуться.
Почему Арнэлия решила увидеть такого друга в Принце Тьмы, она сама не знала, но в том, что она нуждалась в нем именно
сейчас, девушка не сомневалась. Он развеял бы ее тоску, разделил пополам эту боль. Но такого друга рядом нет. И одного возможного друга она навсегда потеряла из-за своих необдуманных слов.
Ничего, сказала она сама себе, пытаясь хоть как-то взбодриться. Ты привыкнешь к этому одиночеству, Дитя Света. Такова твоя судьба.
И глаза Арнэлии наполнились отчаянной грустью. Той, что если поражает сердце человека хоть однажды, уже никогда не отпускает.
Оргия
Тем временем обстановка в Загробном мире была совершенно иной. Принц Тьмы устроил пир для всех своих высших вампиров, и дьявольский хохот нечисти раскатисто сотрясал каменные своды средневекового мрачного замка.
Повсюду текла кровь людей, которыми Дэмиан решил закусить, прежде чем отправить их души в Ад. Он и его вечная подруга Элеонор сидели абсолютно обнаженные и вдвоем лизали струйки крови, вытекавшие из шеи молодой девушки. И когда горячая, живительная для вампиров жидкость сверкала на их губах, взгляды господина и верной слуги пересекались в пламенном огне страсти. Дэмиан все больше и больше ввергался в пучину разврата и жестокости. После того как жертва практически обессилела от потери крови, Дэмиан швырнул ее на пиршественный стол и грубо овладел ею. Девушка громко кричала и вырывалась, так как была еще девственной, но Принца Тьмы эти стоны лишь забавляли.
Эта монашка сама виновата в том, что пошла на сделку со слугой Дьявола. Польстившись на деньги, она согласилась следить за Воином Света в Метеорах, нарушив клятву защищать тайну укрывшихся за стенами монастыря. Теперь пусть получает свое сполна. И Дэмиан снова грубо овладел ею. И пока он зверствовал, Элеонор как дикая кошка смеялась рядом и подбадривала своего господина. Когда тот закончил насиловать девушку, высшая вампирша сама вонзила несчастной когти в сердце и вырвала его полностью. Бедная девушка стала захлебываться собственной кровью, а Элеонор торжественно преподнесла сердце своему повелителю. Дэмиан принял сердце из рук своей возлюбленной и впился в него клыками. По его подбородку и всему телу снова потекла струйка свежей крови. В порыве страсти Элеонор припала поцелуем к обнаженному повелителю и стала жадно лизать животворные капли. Дэмиан же, отведав свежего человеческого сердца, бросил уже мертвое тело девушки дальше, и высшие вампиры набросились на еще теплую плоть, пока она не остыла. Молодые органы девственницы, еще не испорченные интимной жизнью с мужчинами, представляли особый деликатес. Они были мягкими и сладкими на вкус. Высшие вампиры практически в клочья разорвали тело девушки, от которой остались лишь ошметки. Но даже этим клочьям не дано было уйти в мир иной в покое. Оторванные конечности когда-то бывшей юной монахини сбросили со стола оборотням, которые были приглашены на пир и считали за честь есть отбросы после своего повелителя. И когда вкусные ошметки полетели со стола вниз, оборотни сразу же накинулись на них и даже косточек не оставили, настолько они были голодны. Их голод этой ночью будет утолен сполна, ведь пир только начался, и Дэмиан «пригласил» на закуску много жертв. Мало того, он связал их и заставил наблюдать, как погибают на пиршественном столе их собратья по несчастью. Но у Дэмиана не было жалости к этим земным существам. Все они грешники, все жалки и низки в своей подлости и малодушии. Все они заслужили наказание, и их стоны здесь лишь жалкие визги по сравнению с той болью, что их души испытают в Аду. Принц Тьмы упивался этими мыслями, ему доставляли истинное наслаждение крики о пощаде этих жалких человеческих тварей. Сегодня никто не уйдет безнаказанным. Сегодня Дэмиан и есть сам Дьявол. Сегодня адское пламя будет гореть допоздна!
И пир продолжался. Молодые девственницы шли на утоление плотских наслаждений Принца Тьмы, после чего он просто раздирал их на части вместе с верной Элеонор, которая как дикая бестия хохотала над ними, живьем вырывая сердца из их груди. Все остальные служили едой для других высших вампиров. Всюду кровь, разорванные органы, части тел, довольные и сытые оборотни под огромным столом. А в углу каменного зала связанные люди. Закрыв глаза от ужаса, они пытались не видеть, что происходит с другими жертвами на пиршественном столе. Но как бы они ни старались зажмуриваться, они не могли закрыть свои уши. Истошные крики их сородичей, раздираемых живьем на столах, доносились с новой силой. И когда такой крик затихал, люди судорожно дергались, но не оттого, что еще один из них умер ужасной смертью, а от страха, что скоро наступит их очередь.