My most full flame should afterwards burn clearer.
But reckoning Time, whose million'd accidents
Creep in 'twixt vows, and change decrees of kings» (115, 1-6).
William Shakespeare Sonnet 115, 16.
«Эти строки, что ранее Я написал были, на самом деле лживы,
Даже те, чтобы заверить, что не мог Я полюбить вас, дорогой:
И всё же, затем осуждение моё подсказывало, не ведая причины,
Наиболее
полное моё пламя позднее, куда ярче воспылать должно.
Но учитывая Время, чьего миллионные случайности (поскорей)
Прокрались между клятвами и поменяли указы королей» (115, 1-6).
Уильям Шекспир сонет 115, 914.
(Литературный перевод Свами Ранинанда 14.12.2024).
«Alas, why, fearing of Time's tyranny,
Might I not then say 'Now I love you best,'
When I was certain o'er incertainty,
Crowning the present, doubting of the rest?
Love is a babe; then might I not say so,
To give full growth to that which still doth grow?» (115, 9-14).
William Shakespeare Sonnet 115, 914.
«Увы, из-за чего, опасавшийся Времени тирании,
Не в силах чтоб сказать: «Теперь, Я люблю вас больше всего»,
Тогда Я был излишне уверен в неопределённости,
Венчающей нынешнее время, сомневающийся в остальном?
Любовь это младенец; тогда могу ли Я, не утверждать так,
Чтобы дать полное вырастание, тому, что всё ещё растёт?» (115, 9-14).
Уильям Шекспир сонет 115, 914.
(Литературный перевод Свами Ранинанда 14.12.2024).
Но, согласно содержанию сонетов 114115, «шекспировская» драматургия родилась и начала делать свои «первые шаги», благодаря алхимии» литературного чутья и таланта юного Саутгемптона, его любви к драматургии. Помимо этого, поэтом были взяты за основу философские воззрения трактата «Идея Красоты» Платона в качестве философского фундамента. Где последовательность сонеты «Прекрасная молодёжь», «Fair Youth», а также наброски на полях «Маргинальной Женевской Библии» стали служить Шекспиру-драматургу, не только черновиками для написания пьес, но и в качестве частной переписки для общения с юношей.
Рассуждения поэта в сонете 116 резко отличаются от содержания предыдущих сонетов и начинается со строки: «Позвольте, мне не жениться на истинных умах», что может отражать временной промежуток их написанием, схожестью образов с пьесой «Укрощение Строптивой», «The Taming of the Shrew». Характерно, но риторическая форма сонета 117 была куда более похожа на извинения барда перед юношей, при этом не имея тематической связи с предыдущим по нумерации сонетом 116.
К примеру, литературный критик, писатель и журналист Генри Рид (Henry Reed), объяснил основное назначение сонета 116, охарактеризовав его девизом для создания романтических женских образов в «шекспировской» драматургии, так: «If this sonnet was written before Shakespeare's dramas, then it was the pregnant thought from which were destined to spring those creations of female character that have been loved, as if they were living beings, by thousands. If, as is most probable, it was written afterwards, it is Shakespeare's own comment, and might be prefixed as a most apposite motto to those dramas in which he has given life and motion to the conception»; «Если этот сонет был бы написан до шекспировских драм, то это была достаточно зрелая мысль, из которой суждено было родиться тем, созданным им неподражаемым женским образам, которые полюбили тысячи (людей), как (некогда) живших созданий. Если же это было написано после того, что наиболее вероятно, тогда мог стать собственным комментарием Шекспира, и его вполне можно было бы использовать в качестве предисловия, наиболее лучше подошедшим девизом к тем драмам, каким он давал жизнь и мотивациям в (основной) концепции». (Henry Reed. «Lectures on English History and Tragic Poetry, as Illustrated by Shakespeare», Philadelphia: Parry & Mc. Miller, 1855, Lectures, 2: 254).
Такая характеристика сонета 116 полностью соответствует моим более ранним утверждениям об одним из предназначении сонетов Шекспира, в качестве черновых набросков для воплощения их в образах своих пьес. В то время, как сонеты Шекспира при их написании, на самом деле являлись частной перепиской двух придворных аристократов, за которой охотились «соглядатаи», из числа прислуги Уильяма Сесила, хозяина Сесил-хауса на Стрэнде и отца его жены. Поэт, описывая тот эпизод, развернувшихся событий в строке 7 сонета 121 написал, следующее: «Or on my frailties why are frailer spies» «Или на мои слабости от того хилые шпионы (уповали)».
Показателен характерный эпизод, когда Эдуард де Вер, граф Оксфорд, (сочинявший под псевдонимом «Уильям Шекспир») написал письмо опекуну, а впоследствии, тестю Уильяму Сесилу лорду Берли, датированное 30 октября 1584 года. Где граф Оксфорд, после написания подписал это послание собственноручной подписью. Однако, следом добавил постскриптум, в котором с горечью выражал протест против попыток использования, его зятем Уильямом Сесилом собственной прислуги для слежки за его частной
перепиской. В содержании, того послании графом Оксфордом было выражено нескрываемое возмущение из-за произвола властолюбивого зятя, акцентируя внимание на ключевые пункты: