Мы заняли места в конце клубе с Гевином и Эдди. Вообще-то, это была та самая кабинка, в которой у нас с Лейк было первое свидание. Кирстен захотела пойти с нами, поэтому было тесновато.
Шерри задавала нам много вопросов о слэме, перед тем как отпустить Кирстен. К концу опроса мы убедили ее. Она сказала, что это будет полезно для Кирстен, особенно для ее портфолио, поэтому она взяла с собой ручку и тетрадь.
Хорошо, кто хочет пить?я взял меню с напитками и пошел сделать заказать, перед тем как все начнется.
Я объяснил детям правила, я думаю, они все поняли. Я не говорил им, что буду выступать сегодня. Я хотел сделать сюрприз. Лейк тоже не знала, поэтому я пошел заплатить за свой выступ, перед тем как взять напитки.
Здесь круто,сказала Кирстен, когда я вернулся в кабинку. Ребята, вы самые крутые родители.
Нет, не правда,сказал Кел. Они не разрешают нам ругаться.
Лейк успокоила их, так как первый исполнитель подошел к микрофону.
Привет, меня зовут Эдмунт Девис-Квуин и то что я написал, называется "Писать плохо".
Писать плохо.
Отстойно
Писать
не красиво
Ужасно
Страшно
Неважно
Выключи внутренний редактор
Позволь себе писать
Пусть оно льется
Позволь себе неудачу
Сделай что-то сумасшедшее
Напиши пятьдесят тысяч слов в ноябре.
Я сделал это.
Это было весело, это было безумно, это была одна тысяча шестьсот шестьдесят семь слов в день.
Это было возможно.
Но тебе нужно выключить внутреннюю критику.
Выключить полностью.
Просто писать.
Быстро.
В порыве.
В наслаждении.
Если не можешь, уйди ненадолго.
Вернись обратно.
Пиши опять.
Писательство, как и все другое.
Не получается сразу хорошо.
Это мастерство, которое нужно развивать.
Ты не попадешь в Джульярд*, если ты не занимаешься
Если ты хочешь добраться до Карнеги-Холл**, занимайся, занимайся, занимайся
или заплати им большие деньги.
Как и все остальное, это займет десять тысяч часов, чтобы добиться мастерства.
Как говорит Малкольм Гладуэлл***.
Пиши.
Терпи неудачи.
Напиши свои мысли.
Отдохни.
Притормози их.
Потом закончишь.
Но не надо редактировать, когда ты пишешь.
Это только замедлит твои мозги.
Занимайся ежедневно.
Для меня это блог, каждый день.
И это весело.
Чем больше пишешь, тем легче дается. Чем больше поток, тем меньше переживаешь. Это не для школы; не для оценки; это для того чтобы достать их из себя.
Ты знаешь, они хотят выйти наружу.
Продолжай. Занимайся. Пиши плохо, пиши ужасно, пиши с непринужденностью, и это может закончиться
Очень
Очень
Хорошо.
*Джульярдская школа одно из крупнейших американских высших учебных заведений в области искусства и музыки.
** Карнеги-холл концертный зал в Нью-Йорке.
*** Малкольм Гладуэлл - канадский журналист, поп-социолог.
Когда толпа зааплодировала, я посмотрел на детей. Они смотрели на сцену.
Твою мать,сказала Кирстен. Это было удивительно. Это было невероятно.
И ты только сейчас привез нас сюда? Это было круто,сказал Колдер.
Я был удивлен, увидев, что им это понравилось настолько, насколько нравится мне. В этот вечер, смотря выступления, они были тихи. Кирстен продолжала писать в своей тетради. Я не знал, что она записывает, но она была вся в работе. Я сделал себе заметку, что надо будет дать ей почитать свои ранние поэмы.
Следующий, Уилл Купер.
Все обернулись на меня.
Ты участвуешь?спросила Лейк. Я улыбнулся и кивнул ей, встал из-за стола и пошел к сцене.
Я всегда нервничаю, когда выступаю. Какая-то часть меня все еще нервничает, но это больше адреналин чем страх. Первый раз, когда я сюда пришел, я был с отцом. Он очень любил искусство. Музыка, поэзия, рисование, выступление, письменность.Все это. Я помню, что первый раз, когда он здесь выступил, мне было 15. И я подсел на это. Мне жаль, что Колдер не узнать его такого. Я сохранил все, что у осталось у меня от отца. Это рисунки и поэзию. Настанет день и я покажу их Колдеру. Когда он повзрослеет, чтобы понимать ценность этих вещей.
Я поднялся на сцену и подошел к микрофону. Моя поэма будет бессмысленна для всех кроме Лейк. Она для нее.
Мой отрывок называется "Точка отступления"сказал я в микрофон. Прожектора так ярко светили, что я не мог увидеть ее, но я уверен, что она улыбалась. Я не спешил, я говорил медленно, чтобы она могла понять каждое слово что я говорил.
Двадцать два часа и наша война начнется.
Война конечностей.
И губ
И рук
Точка отступления
Это больше не движущая сила
Когда обе стороны на границе
Согласились сдаться
Я не могу сказать, сколько раз я проиграл
Или может, сколько раз ты выиграла?
Игра, в которую мы играли пятьдесят девять недель
Я бы сказал со счетом
Один
К
Одному
Двадцать два часа и наша война начнется.
Война конечностей.
И губ
И рук
Лучшая финальная партия
Не отступать?
Душ над нами
Льется вниз нам на ноги
Покуда бомбы взрываются и выстрелы будут повсюду. Перед нами двумя, упавшими на землю. Перед битвой, перед войной.
Ты должна знать
Я выдержал бы еще пятьдесят девять
Не важно, что ты предприняла для победы
Я отступал бы опять
Опять
И опять
Снова.
Я ушел от микрофона и спустился лестнице. Я не дошел даже до кабины, где мы сидели, как Лейк обняла меня и поцеловала.