(Референты, куда-то шедшие с бумагами, останавливаются. Все замолкают, напряженно слушают.)
С т а л и н. находимся накануне сражения за Берлин.
Ч е р ч и л л ь. Господа! Мы не готовы к последней битве. Раньше, чем наносить решающий удар, следует договориться по основным вопросам.
С т а л и н. Я считаю, что мы о многом уже договорились, и не только здесь, но и в Тегеране.
Р у з в е л ь т. Мне кажется, у нас нет серьезных разногласий.
М о л о т о в. Мы договорились об оккупации Германии и контроле над ней после поражения
Ч е р ч и л л ь. В основном, только в основном.
М о л о т о в. Договорились и о размерах репараций
Ч е р ч и л л ь. Условно условно
Р у з в е л ь т. Насколько я помню, это было безусловно, а не условно. Мы единогласно высказались за «вето» и уточнили нашу общую точку зрения на западную границу Польши
Ч е р ч и л л ь. Условно, условно
С т а л и н. Как так условно? В течение тридцати лет территория Польши дважды являлась воротами войны против Советского Союза. Мы должны закрыть эти ворота созданием сильной и дружественной нам Польши. Что же тут условного? Я не могу считать свою миссию выполненной, если не обеспечу народам Польши, народам Украины и Белоруссии завоеванного их героизмом спокойствия.
Ч е р ч и л л ь. Я не люблю торопиться больше того, не надо торопиться.
С т а л и н. Народы хотят мира. Мы можем и должны дать его народам как можно скорее
Р у з в е л ь т. И на максимально долгий срок
Ч е р ч и л л ь. Господин Сталин, я не могу решать исхода войны, не думая о Японии
Р у з в е л ь т настороженно смотрит на Сталина.
С т а л и н. Через три месяца после разгрома Гитлера это я вам сказал еще в Тегеране можете рассчитывать на помощь советских вооруженных сил против Японии.
Ч е р ч и л л ь. Через три? Вы думаете?
С т а л и н. Я повторяю: через три!
Ч е р ч и л л ь. Значит, мы договорились.
С т а л и н. Опять условно?
Ч е р ч и л л ь. Нет, теперь уже безусловно.
Проходит официант с подносом, на котором бокалы с вермутом.
С т а л и н. Прошу вас!
Все берут стаканы.
Ч е р ч и л л ь. У меня к вам последняя, дружеская просьба, мой боевой соратник и друг. Я прошу вас выпить за здоровье английского короля!
С т а л и н. Короля? Я против монархии, господин Черчилль, вы это знаете.
Ч е р ч и л л ь. Я ваш гость, господин Сталин, и я вас очень прошу выпить за здоровье короля Великобритании
С т а л и н. Если вам это так нужно, я могу сделать вам приятное.
Р у з в е л ь т. За чье здоровье?
Ч е р ч и л л ь. Я предлагаю тост за короля!
Р у з в е л ь т. А-а я пью за здоровье Калинина!
Все поднимают бокалы.
Москва. Кремль. Рассвет.
Машина влетает во двор Кремля. Из машины выходит маршал Жуков, сверяет свои часы с боем курантов на Спасской башне Три часа утра.
Следом вторая машина. Это приехал маршал Конев.
Из третьей выходит маршал Рокоссовский. Они идут, оживлен но переговариваясь.
Ж у к о в. Что-то предвидится, я полагаю.
К о н е в. Да, что-то будет, безусловно. Зря не вызвали бы.
Р о к о с с о в с к и й. И всех троих, главное.
Они входят в кабинет Сталина, где за длинным столом сидят члены Политбюро: товарищи Молотов, Калинин, Маленков, Берия, Ворошилов, Каганович, Булганин, Микоян и маршал Советского Союза Василевский.
Входит Сталин. Все встают.
Прошу.
Все садятся.
Товарищ Сталин спрашивает:
Ну, так как же, кто будет брать Берлин мы или союзники?
Мы, товарищ Сталин! отвечает Жуков.
Вот что сообщает агентство Рейтер, говорит Сталин, «Союзные войска продвигаются вперед почти беспрепятственно. Единственной преградой являются воронки от бомб да разрушенные мосты. Не раздается ни одного выстрела» А вот из лондонской газеты: «Вдоль дорог идут немцы и ищут, кому бы сдаться». Это важно помнить, потому что немцы могут без боя сдать Берлин англо-американцам. По слухам, до нас дошедшим, Монтгомери создает крупную группировку для захвата Берлина.
М о л о т о в. Обстановка, безусловно, требует принятия самых срочных мер.
Б у л г а н и н. Я бы сказал немедленных
С т а л и н. Как у нас со снабжением армии?
М и к о я н. Наша армия обеспечена всем необходимым, товарищ Сталин.
С т а л и н. А как с танками, с самолетами, с горючим?
М о л о т о в. Сколько понадобится, столько и дадим.
Б е р и я. Задержки ни в чем не будет, товарищ Сталин.
С т а л и н. Без американской помощи?
Б е р и я. Без.
С т а л и н. Без «Стандарт-ойль»?
Б е р и я. Без.
Все смеются.
С т а л и н (наклоняясь к Калинину). Очень хорошее дело социалистическая система. Вот теперь ее надо показать во всей силе. Мы решили последний удар по Германии подготовить к шестнадцатому апреля
Командующие вынимают из портфелей карты фронтов. Штеменко раскладывает карту перед товарищем Сталиным.
С т а л и н. Первый Белорусский наносит удар непосредственно по Берлину. Первый Украинский наносит его слева, с выходом основных сил севернее Лейпцига и Дрездена, и должен быть готов к борьбе за Берлин, в случае необходимости. Второй Белорусский сменит правофланговые армии товарища Жукова и начнет наступление на Штеттин-Ростокском направлении, обеспечивая удар на Берлин с севера. Каковы ваши планы и предложения?