Бабы прильнули к экрану. Там были кони!
- Как на картинке! тихо проговорила Татьяна, разглядывая фото жеребцов всех цветов и расцветок.
- Да-а-а! протянула Юлия. Хороши! Да и стоят наверно дорого. Это только миллионерам по карману. Или таким же заводчикам, как там. На развод. Наши-то другие, деревенские, но тоже справные. Как у того соседа, что через дорогу от меня. У того, лошадка так ещё и умница. Всегда привезет хозяина ко двору, даже когда тот упившийся бывает. Мне он сам рассказывал. Бывало, завалится пьяный в телегу или сани, бросит вожжи, а лошадка сама идет к дому. Станет у ворот и пыхтит и хрипит. Жаль, копытом не бьет в калитку. Не стучится!
- Ты еще скажи, что в звонок не звонит! хихикнула Татьяна. Слушай его! Он скажет! Тот ещё балабол и алкаш!
- Да уж! поддакнула Ирина. Как-то встречаю его по трезвухе и говорю, что мол такие как он, алкоголики, умирают сейчас от водки каждый второй. А он смеется и говорит, что они всегда берут на троих!
- Юморист, бляха муха! покачала головой Юлия.
Тут они помолчали, наливая себе чай.
- О чем мы будем писать? спросила Ира у притихшей Валентины.
- Пока ни о чем, - отмахнулась от неё женщина. Давай что там от Татьяниного Ивана.
Ирина улыбнулась и палец её поскользил по планшету, перелистывая страницы. Остановившись, показала текст. Он был на русском языке. И тут они узнали, что Иван давно переехал в Австралию с семьёй, еще в начале девяностых, когда открылись границы и каждый мог ехать куда угодно, были бы деньги. Тогда ценились доллары или как их называли в народе, баксы. Так вот, семья Ивана из под Екатеринбурга, продав квартиру, обменяв полученную сумму на американские доллары, а потом и на австралийские, переехала туда и пришлась ко двору, как говорится. Там, оказывается, очень сильной была русская диаспора ещё со времен революции, когда народ с восточных земель России
после гражданской войны оседал в Китае, Гонконге и Австралии. Русские беженцы организовали свою коммуну и помогали всем, кто приходил к ним за помощью. Особенно таким же русским, кто искал другую жизнь на новом месте. Там Иван окончил курсы по языку и работал с родителями в их общем фермерстве, став крепким хозяином. Был женат, имеет взрослую дочь, которая не живет с ним.
- А где же жена-то? вскинулась Татьяна. Что он пишет?
Ирина пробежала глазами по тексту.
- Вот, пишет, что умерла родами.
- Ах ты, бедная! ахнула женщина и перекрестилась. Царствие ей Небесное!
- И он столько живет один? удивилась она, глядя на Ирину, будто та знала больше, чем было написано. Где же это видано?
Она кивнула.
- Так и пишет, что до сих пор один. Выросла дочь, отучилась, вышла замуж и не хочет жить со старым отцом на ферме. А там найти хорошую хозяйку и веселую женщину очень трудно. Вот и ищет её среди своих русских на территории России. Может, кто хочет поменять свою жизнь. Но просит городских не тревожиться. Нужна именно сельская жительница, знающая хозяйство и выросшая в таких же условиях. Он твой одногодок, как я посмотрю, - улыбнулась Ира. Так что, подходит тебе по всем позициям. К тому же без вредных привычек. Так что? Будем брать?
- Будем! утвердительно кивнула Татьяна. Мне он подходит. Отпиши ему, что согласна на переезд и что одинока, в селе живу сызмальства, к сельскому труду привычная. Красивая и веселая.
Тут она приосанилась и с гордостью посмотрела на своих ухмыляющихся подруг.
- Что? хмыкнула она, выставив вперед подбородок и подняв голову. Разве не так?
- Так-то так, - начала Валентина. Может, погодишь ещё. Надо пару писем написать, фотки разные посмотреть. Мы тебя так просто не отдадим. Верно, говорю, бабы? Кто знает, почему не женился до сих пор? Может он садист какой или извращенец?
- Скажешь тоже! вскинулась Татьяна. Да по роже-то определить можно! Смотри, какое лицо простое! Ваня он Ваня и есть! А ты извращенец! Может маньяк, скажешь?
- Нет, а что? тут вступила в разговор и Юлия Петровна. Надо его пригласить к нам. Пусть приедет, а мы посмотрим.
- В этом что-то есть! согласилась Ира. Так давайте и напишем. Пусть приедет, посмотрит на нас, мы на него. Да и на свою Родину тоже поглядит. Все же не на картинках же смотреть! Пусть хлебнет родного российского воздуха.
Все тут же согласились и даже повеселели, представляя, как они встретятся, и что будут говорить, чем угощать и что показывать.
- Можем даже Гришку пригласить и попеть наши песни, - вставилась Татьяна, после того, как Валентина сказала, что уж угощеньем они не обидят.
- Как тово Ивана-царевича, что к бабе Яге попал! смеялась Юлия, глядя на обрадовано-взволнованное лицо Татьяны. Ты меня сначала накорми-напои, спать уложи и потом можешь и!
Тут она подмигнула ей и хмыкнула:
- А потом сама знаешь что!
Тут они хором засмеялись, покачивая головами в знак того, что поняли, чем заниматься потом.
- И о чём вы только думаете, бесстыжие! Седина в бороду, а бес в ребро! Э-эх!
Валентина махнула на них рукой и пошла в кухню за новым чайником кипятка. Пока ходила, Юля присела рядом с Ириной и та начала показывать ей новые страницы с женихами. Судя по скучной физиономии соседки, было понятно, что и эти женихи ей не нравятся.