Всего за 449 руб. Купить полную версию
Король, преследуемый единорогом (из серии «Единороги»). Гравюра Жана Дюве. Ок. 1555 г.
The Metropolitan Museum of Art
Но еще до Ктесия на это животное обратил внимание греческий церковный историк Филосторгий, живший в Константинополе в V веке н. э. И хотя его познания о единорогах кажутся несколько размытыми, в его работе можно проследить, как объединялись и интерпретировались с трудом поддающиеся определению характеристики, которые Элиан приписывал этому существу. Филосторгий задается вопросом, какие животные водились далеко на Востоке, вблизи от рая. И сам же отвечает на него киты, слоны, а также драконы, чьи останки привозились даже в Рим. Водились там и единороги, но имели несколько иной вид, чем мы представляем себе сегодня. Головы этих устрашающих животных украшал рог, но в остальном они имели много общего с антилопами, хотя больше всего походили на драконов, описанных Филосторгием. У его единорогов была голова рептилии с гребнем дракона. Он даже утверждал, что сам наблюдал такое существо на картине в Константинополе. Церковные историки, у кого этот византиец пользовался большим авторитетом благодаря своему монументальному труду, повторяли его описание вплоть до XIV века, вслед за ним ссылаясь на непонятные картины, которые никто никогда не видел.
Моноцерот. Иллюстрация из «Истории животных» Конрада Геснера. 15511587 гг.
The New York Public Library Digital Collections
Мы перенесемся еще на пятьсот лет вперед от многогранной для восприятия истории Ктесия и обратимся к работе византийского поэта Мануила Фила. В его поэме с описанием животных, состоящей из 2000 строф и описывающей 102 различных существа, целых 43 стиха посвящены моноцеросу (monoceros) примерно в два раза меньше, чем дракону, истинному фавориту автора. В тексте о единороге Фил, очевидно, позаимствовал описание картазона (cartazonus), сделанное Элианом: он напоминал носорога, но не был ему идентичен. Рог единорога, изогнутый, витой, острый как нож и, кроме всего прочего, очень увесистый, таил в себе опасность и угрозу для всех других живых существ. Его хвост напоминал хвост кабана; шкура молодых особей была черного цвета и с возрастом приобретала желтый окрас. Фил также подчеркивал, что единороги предпочитали одиночество, держались в стороне от своих сородичей, за исключением брачного сезона.
Гривастый единорог. Гравюра из «Естественной истории» Яна Йонстона. Ок. 1655 г.
The New York Public Library Digital Collections
Не стоит опрометчиво обвинять великого ученого Плиния, чья монументальная энциклопедия (наряду с трудами Аристотеля) служила основой для зоологии на протяжении веков, в том, что он просто перепутал единорогов с носорогами, поддавшись влиянию множества ранних неточных описаний. Согласно Плинию, единорог моноцерос (лат. monoceros), наряду с белыми обезьянами был одним из излюбленных видов добычи у охотников в Индии. Сложением он напоминал лошадь, головой скорее оленя, хвостом кабана, а ногами и пронзительным голосом слона. Его рог был черного цвета и длиной в два локтя. Конечно, Плиний тоже утверждал, что это существо невозможно поймать живым. Вскоре становится ясно, что и его описание основывалось на рассказе Ктесия. Плиний никогда единорога не видел, не говоря уже о том, чтобы наблюдать за его гибелью на арене участью,
постигшей многих диких животных. В любом случае древний академик пользовался большим авторитетом: ему вторили и более поздние исследователи, в том числе Солин, живший в IV веке и составивший сокращенную версию римской «Естественной истории», а также средневековые латинские зоологи, например Альберт Великий. Даже один ученый-естествоиспытатель, не принадлежавший к христианству, великий еврейский энциклопедист Гершон бен-Соломон из Арля, не преминул повторить отрывок Плиния о единороге в своем труде «Шаар ха-шамаим» («Врата небес»).
Единорог, укрощенный девой. Миниатюра из «Книги природы» Конрада Мегенберга. Ок. 14421448 гг.
Universitätsbibliothek Heidelberg
Все эти примеры показывают, что рассказчики, не встречаясь с реальными единорогами то есть в отсутствие эмпирики, позволяли себе добавлять новые характеристики неизвестному милому копытному животному, чтобы утолить жажду сенсаций у читателей. В и мы рассмотрим долгий путь единорога в средневековой литературе и иконографии. Однако прежде необходимо упомянуть текст, к которому мы еще не раз обратимся. Во II веке н. э. был составлен сборник по христианской естественной истории под названием «Физиолог», который содержал от тридцати до пятидесяти (в зависимости от издания) кратких описаний животных. Здесь неизвестный автор не только дает каждому из них базовые характеристики, но и вдобавок объясняет его связь с христианским богословием. В «Физиологе» тоже встречается единорог, но и тут его по размеру сравнивают с козлом и подчеркивают его неуловимость. Однако «Физиолог» добавил к уже знакомым нам характеристикам важную деталь: единорога могла приручить только девственница. В последующие века тот же сюжет по-разному интерпретировали и использовали в литературе как именно, мы увидим далее в книге. Для нас особенно важно то, что такой, казалось бы, своеобразный сюжет нашел отражение во многих средневековых книгах по естественной истории как часть корпуса знаний, совсем не обязательно христианских. «Физиолог» был переведен почти на все основные языки, и вскоре появились не только латинские, но и арабские, сирийские и коптские его версии.