Да, его вызвал Вильфор. Похоже, что Вильфору так же не терпится выдать замуж мадемуазель Валентину, как Данглару мадемуазель Эжени. Очевидно, иметь взрослую дочь дело не легкое: отца от этого лихорадит, и его пульс делает девяносто ударов в минуту до тех пор, пока он от нее не избавится.
Но господин дЭпине, по-видимому, не похож на вас: он терпеливо переносит свое положение.
Больше того, Франц принимает это всерьез; он носит белый галстук и уже говорит о своей семье. К тому же он очень уважает Вильфоров.
Вполне заслуженно, мне кажется?
По-видимому. Вильфор всегда слыл человеком строгим, но справедливым.
Слава Богу, сказал Монте-Кристо, вот по крайней мере человек, о котором вы говорите не так, как о бедном Дангларе.
Может быть, это потому, что я не должен жениться на его дочери, ответил, смеясь, Альбер.
Вы возмутительный фат, дорогой мой, сказал Монте-Кристо.
Я?
Да, вы. Но возьмите сигару.
С удовольствием. А почему вы считаете меня фатом?
Да потому, что вы так яростно защищаетесь и бунтуете против женитьбы на мадемуазель Данглар. А вы оставьте все идти своим чередом. Может быть, вовсе и не вы первый откажетесь от своего слова.
Вот как! сказал Альбер, широко открыв глаза.
Да не запрягут же вас насильно, черт возьми! Но послушайте, виконт, продолжал Монте-Кристо другим тоном, вы всерьез хотели бы разрыва?
Я дал бы за это сто тысяч франков.
Ну, так радуйтесь. Данглар готов заплатить вдвое, чтобы добиться той же цели.
Правда! Вот счастье! сказал Альбер, по лицу которого все же пробежало легкое облачко. Но, дорогой граф, стало быть, у Д англ ара есть для этого причины?
Вот они гордость и эгоизм! Люди всегда так: по самолюбию ближнего готовы бить топором, а когда их собственное самолюбие уколют иголкой, они вопят.
Да нет же! Но мне казалось, что Данглар
Должен быть в восторге от вас, да? Но как известно, у Данглара плохой вкус, и он в еще большем восторге от другого
От кого же это?
Да я не знаю; наблюдайте, следите, ловите на лету намеки и обращайте все это себе на пользу.
Так, понимаю. Послушайте, моя мать нет, вернее, мой отец хочет дать бал.
Бал в это время года?
Теперь в моде летние балы.
Будь они не в моде, графине достаточно было бы пожелать, и они стали бы модными.
Недурно сказано. Понимаете, это чисто парижские балы; те, кто остается на июль в Париже, это настоящие парижане. Вы не возьметесь передать приглашение господам Кавальканти?
Когда будет бал?
В субботу.
К этому времени Кавальканти-отец
уже уедет.
Но Кавальканти-сын останется. Может быть, вы привезете его?
Послушайте, виконт, я его совсем не знаю.
Не знаете?
Нет я в первый раз в жизни видел его дня четыре назад и совершенно за него не отвечаю.
Но вы же принимаете его?
Я другое дело; мне его рекомендовал один почтенный аббат, который, может быть, сам был введен в заблуждение. Если вы пригласите его сами отлично, а мне это неудобно; если он вдруг женится на мадемуазель Данглар, вы обвините меня в происках и захотите со мной драться; наконец, я не знаю, буду ли я сам.
Где?
У вас на балу.
А почему?
Во-первых, потому что вы меня еще не пригласили.
Я для того и приехал, чтобы лично пригласить вас.
О, это слишком любезно с вашей стороны. Но я, возможно, буду занят.
Я вам скажу кое-что, и, надеюсь, вы пожертвуете своими занятиями.
Так скажите.
Вас просит об этом моя мать.
Графиня де Морсер? вздрогнув, спросил Монте-Кристо.
Должен вам сказать, граф, что матушка вполне откровенна со мной. И если в вас не дрожали те симпатические струны, о которых я вам говорил, значит, у вас их вообще нет, потому что целых четыре дня мы только о вас и говорили.
Обо мне? Право, вы меня смущаете.
Что ж, это естественно: ведь вы живая загадка.
Неужели и ваша матушка находит, что я загадка? Право, я считал ее слишком рассудительной для такой игры воображения!
Да, дорогой граф, загадка для всех, и для моей матери тоже; загадка, всеми признанная и никем не разгаданная; успокойтесь, вы все еще остаетесь неразрешенной задачей. Матушка только спрашивает все время, как это может быть, что вы так молоды. Я думаю, что в глубине души она принимает вас за Калиостро или за графа Сен-Жермена, как графиня Г. за лорда Рутвена. При первой же встрече с госпожой де Морсер убедите ее в этом окончательно. Вам это не трудно, ведь вы обладаете философским камнем одного и умом другого.
Спасибо, что предупредили, сказал, улыбаясь, граф, я постараюсь оправдать все ожидания.
Так что вы приедете в субботу?
Да, раз об этом просит госпожа де Морсер.
Это очень мило с вашей стороны.
А Данглар?
О! Ему уже послано тройное приглашение; это взял на себя мой отец. Мы постараемся также заполучить великого дАгессо, господина де Вильфора; но на это мало надежды.
Пословица говорит, что надежду никогда не следует терять.
Вы танцуете, граф?
Я?
Да, вы. Что было бы удивительного, если бы вы танцевали?
Да, в самом деле, до сорока лет Нет, не танцую, но я люблю смотреть на танцы. А госпожа де Морсер танцует?
Тоже нет; вы будете разговаривать, она так жаждет поговорить с вами!