Я понимала, что с треском проваливаю свой триумф и свое право принимать участие в развлечениях наравне с мальчишками.
И тут я вдруг почувствовала резкую, отупляющую боль в правой ладони. Невыносимо больно. Мне даже показалось на миг, что я сейчас умру.
Настолько нестерпимо и болезненно это было.
Слезы непроизвольно брызнули из глаз, и я уже не думала ни о позоре, ни о последствиях своего приземления в случае, если оно выйдет неудачным.
Игорек подбежал, со смехом поймал меня, и не дал завалиться на землю. И онне прочувствовал всей трагичности момента.
Онсказал, что предупреждал, и это не девчачье занятие. Затем принялся отряхивать меня, и попытался обратить все в шутку.
Принялся рассказывать, что и сам также падал, да еще хуже, чуть ногу не сломал, поэтому я не должна расстраиваться. Я же просто молчала.
Делала все, чтобы подавить адскую и огненную пульсацию, а еще старалась как-то скрыть горечь своего поражения.
Игнат стоял рядом, и просто на меня смотрел. Как всегда, хмурился, и на что-то злился.
Наверное, на то, что из-за Игорька им придется и дальше терпеть рядом с собой такую неумеху. Пусть не в развлечениях, но все же мы часто общались.
ЯИзбегала встречаться с ним глазами. Не хотела, чтобы он стал свидетелем моего, несмотря на тщательную подготовку, промаха.
Но что произошло, то произошло. Он стал. И вот теперь еще рука
Сдерживалась изо всех сил, чтобы не разреветься. Ночетко решила не показывать мальчикам, особенно ему, что я поранилась. Как бы ни было больно, но они за
что не узнают.
Иначе точно решат, что никаких больше игр с ними вместе, окончательно уверятся в том, что я слабачка.
Я закусила губу, и терпела, спрятав ладонь за спину, и пытаясь изобразить беззаботную улыбку.
Решила, что мне удалось, как Игнат вдруг шагнул, схватил меня за плечо, и заставил вытянуть руку вперед.
Разжал мои пальцы имы все трое уставились на огромную щепку, наполовину утопленную под кожей в мягкой части ладони. По касательной, но все же глубоко. На несколько сантиметров, заставляя не чувствовать руку. Снаружи торчал лишь небольшой зауженный кончик.
Шла кровь, исмотрелось всев общем, для меня, совершенно к такому не привыкшей, устрашающе.
- Вот, блииин, Лиса! воскликнул брат. И почему ты до сих пор молчишь!
Он схватил меня за здоровую руку, и сейчас же потащил в дом. В ту часть, где у нас всегда хранится аптечка. Которой, в отличие от меня, он пользовался гораздо чаще. Его колени почти всегда были разбиты, а ссадин и синяков вообще не пересчитать.
Игнат от нас не отставал, и пока Горр возился, хлопая дверцами шкафа, и вытаскивая объемистый чемодан с медикаментами, Игнат усадил меня на мягкий пуф перед большим панорамным окном, а самвстал передо мной на колени.
То есть сел.
То естьнечто среднее. В общем, он расположился так, чтобы ему было удобнее взять поврежденную ладонь в свои, и поднести ее к глазам.
Он рассматривал ее с совсем не со свойственным мальчикам его возраста вниманием, а яя вдруг совершенно позабыла о всей боли.
Словно и не со мной произошло.
Вместо этого все мое существо охватило непонятное волнение.
Наконец, я могла близко и без страха быть пойманной, открыто рассматривать его. На законных основаниях сидеть почти вплотную, и наслаждаться тем, что мы соприкасаемся, и это потом никак не нужно будет объяснять.
Ни ему, ни, главное, себе.
- Так, вот перекись, зеленка и щипцы, специально для таких случаев, - провозгласил Горр.
Он подтащил чемодан к нам, небрежно плюхнул на журнальный столик, и открыл.
- Давай вначале перекись, - скомандовал Игнат. Принцесса, будет больно, придется немного потерпеть.
Он посмотрел на меня. Я сглотнула и кивнула.
Он быстро продезинфицировал руки, а затем начал заливать мою ладонь. Не медля ни секунды, без тени сомнения принялся лить жидкость прямо на рану. Я зажмурилась. Но все равно чувствовала отчего-то не боль, а лишь его теплые, сейчас чуть влажные от перекиси, пальцы, крепко сжимающие мои.
А потом и правда боль. Настолько резкая, моя рука дернулась, и словно сильнее онемела, после чегокакое-то невероятное облегчение.
Я распахнула глаза, и уставилась на окрашенную в красный щепку, зажатую в щипчиках.
Сглотнула.
Уже в следующий момент Игнат положил ее на столик, а сам принялся заливать рану зеленкой.
- Молодец, Лиса, круто держалась, - похвалил меня Горр. Это выглядело по-настоящему жутко.
- Спасибо, - улыбнулась я.
Натянуто немного, ведь я ждала похвалы совсем не от него.
Однако Игнат ничего мне не говорил. Он продолжал сосредоточенно обрабатывать рану, и отпустил мою ладонь только после того, как аккуратно ее забинтовал.
Так ловко, совсем как взрослый врач. Уверена, что ни у меня, ни у Горра так бы не получилось.
- Игнат у нас спец по всему такому, - сказал брат, а Игнат поднялся с колен и отошел.
Игорек принялся убирать аптечку, а я подошла к Игнату и встала рядом.
- Спасибо за помощь, - произнесла я немного нервно, все еще обиженная, что не похвалил, и сконфуженная, лишь стоило вспомнить о падении.
- Не за что. Надеюсь, повторных попыток не последует.
Обидно как.
- На самом деле у меня много раз получалось залезть на тот забор.