Только я не такая добрая, как мама. Точнее, очень рада бы, но как выдержать-то?
А еще мне стыдно за свою несдержанность в сообщениях.
Вдалеке легко, а вот так, когда он рядом, и время от времени посматривает на меня
Ябуквально дала ему понять, что он меня волнует, и поставила под этим утверждением жирную размашистую подпись.
А теперь вот приходится елозить на стуле в нетерпении.
- Спасибо, мы наелись, - говорю я, как только представляется возможность. А теперь Игнат, если не возражаете, объяснит мне несколько задачек.
Игнат благодарит маму за ужин, и следом за мной поднимается из-за стола.
- Я тоже наелась, - тут же провозглашает Машуня, и собирается соскочить со стула.
Но, к счастью, мама ее тормозит.
- Пирожные еще, Маш. Твои любимые эклеры. Или Мите отдать?
- Что, Мите? Нет, они мои, я буду!
- Наконец, - вздыхаю я, закатив глаза, когда мы выходим в холл.
Одни.
Я подхожу к окну, и упираюсь ладонями в подоконник.
- Как твое плечо? спрашивает Игнат.
Подходит ко мне, скрещивает руки, и приваливается к подоконнику бедром.
- Ужасно, - жалуюсь я, конечно, привирая.
- А мне кажется, оно уже прошло.
- Нет, не прошло. Вот здесь болит.
Я хватаю Игната за ладонь, принуждая расцепить руки, и тяну ее на себя.
- Вот здесь, - говорю я, укладывая его пальцы себе на ключицу.
- Алис
Игнат отдергивает руку, я отворачиваюсь, и закусываю губу.
Почему?
Вот Вадик, наоборот, только и норовил
- Ладно. Покажи мне свой мотоцикл, - прошу я. - Давай выйдем во двор.
- Мы во дворе, - кричу я родителям, и мы выходим.
- Откуда он у тебя? спрашиваю я.
- Это не мой. С Горром напополам. Выиграли в споре.
Хорошо.
- А на что спорили? спрашиваю, обходя мотоцикл.
Веду по нему рукой, словно очерчивая контуры. Игнат останавливается в паре шагов, и засовывает руки в карманы.
- Да так.
- Мне интересно.
- Ты стала слишком любопытной, Принцесса.
Всегда такой была.
- Расскажи, ну, что тебе стоит? Мы ведь друзья.
Игнат хмыкает, а я в ярости топаю ногой.
- Если хочешь знать, я могла бы тебе помочь.
- В чем, Принцесса?
- Во всем.
- Разве что тем, что перестанешь путаться под ногами.
Ах так!
В мозгу вспыхивает, и я вспоминаю о кулоне.
- Кстати, - восклицаю я, оставляя в покое мотоцикл. Я ведь должна тебе передатьТо есть, вернуть
Делаю решительный шаг к Игнату, он слегка отступает.
Значит, Тане разрешено виснуть на нем, и даже мелкой Машуне. Всем, кроме меня.
Я бы могла понять, если бы от меня плохо пахло, ноЯ все проверила на этот счет. Со мной полный порядок. Это что-то с ним
- Стой, - говорю я, и лезу в карман за кулоном.
Нащупываю, и, вместе
с цепочкой, крепко сжимаю в кулаке.
Страшно, ине хочется расставаться, ужас как не хочется. Ведь за эти годы кулончик стал моим любимым талисманом. Нораз уж решила, так решилаТем более, я ему совсем не нравлюсь
- Кажется, это твое, - произношу я, выговаривая каждое слово, и глядя Игнату в глаза.
Поднимаю руку, и раскрываю ладонь с поблескивающим на ней камушком.
Вновь сжимаю кулак, и протягиваю кулон Игнату.
- Пожалуйста, забери. Онмне не нужен больше. И никогда не был нужен
Цвет и без того темных глаз сгущается. Я задыхаюсь, но продолжаю наступать
Глава 13
Алиса- Забери, - требую я, потому что Игнат застывает, и не делает не единой попытки мне помочь.
Лишь кожа на желваках натягивается сильнее, взгляд же продолжает испепелять.
Хоть какая-то реакция на меня, пусть и не та, которой я добивалась, и чего бы хотела.
И вообще, все не так. С самого начала не так.
- Ну же, - тороплю.
Мне хочется быстрее покончить с этим и убежать.
Скрыться в доме, и уж там вволю нареветься.
- Забери, ну
- Неужели, ты все еще хранишь его, Принцесса, - тянет Игнат через пару долгих минут.
Злость и необъяснимое темное, от которого мне всегда становилось не по себе, но что мне время от времени хотелось вызвать в нем сознательно, уходит из его глаз, уступая место чему-то другому.
По-настоящему страшному, потому что это что-то скрывает его истинные чувства и эмоции под маской сарказма и равнодушия.
Всего одна лишь фраза, а я чувствую себя дурой, по-настоящему и полной. Только он может вытворять такое со мной. Переворачивать с ног на голову все мои чувства. Все, во что я втайне верила, и во что надеялась. И вот так запросто, буквально одним ударом класть на лопатки. Даже не приложив и толики усилий.
- Я не храню, - говорю я, тщательно подбирая слова, и пытаясь справиться с дыханием.
Это дается крайне тяжело, ведь меня трясет с головы до ног мелкой, противной дрожью.
- Сама не знаю, зачем, я сунула его в шкатулку, а на днях разбиралась и нашла. Теперь хочу вернуть.
Игнат переводит взгляд на мою ладонь, все еще сжатую в кулак. Я разгибаю пальцы, давая ему возможность взять кулон.
Но он не сдвигается ни на сантиметр, вместо этого снова смотрит мне в глаза.
- Подарки не возвращают, Принцесса, - произносит медленно и мрачно.
Уголки его губ между тем, напротив, разъезжаются в усмешке.
Той самой, что так бесит и выводит. Будто он взрослый, и знает все на свете, а якакой-то несмышленый маленький ребенок.
- Если не заберешь, явыкину его, - бросаю я, несмотря на то, что от этих слов все холодеет. Вот прямо сейчас. Явыброшу.