В таком случае, я готов.
Готов к чему? усмехнулась вампирша в темноте, Выступить
адвокатом на моем суде?
Нет, накормить тебя
Засветив фонарик на телефоне, Джим присел на корточки рядом с девушкой и подставил ей свою оголенную шею. Фигура на полу еле уловимо дернулась.
Я не могу.
Что? Почему? Со мной что-то не так?
Да все с тобой в порядке, подтвердила Наташа, но это было бы слишком эгоистично с моей стороны, кормиться тобою после всего, что ты для меня сделал.
Ах, вот в чем дело, снисходительно ответил мужчина, а я то уж себе напридумывал.
С этими словами он приподнял за талию свою спутницу так, чтобы она смогла сесть и внимательно всмотрелся в ее лицо. В тусклом свете фонарика оно плохо проглядывалось, но все же было очевидно на сколько его изуродовало солнце.
Я чудовище, отворачиваясь от Джеймса, простонала она.
Нет, что ты, возвращая лицо в прежнее положение, не согласился он, Ты самая красивая девушка из всех, что я когда-либо видел и будешь еще прекраснее, если поешь.
Тебе будет больно.
Переживу.
Правда, боль будет только в начале, потом последует нечто похожее на оргазм.
Кто же откажется от хорошего оргазма?
Он сам подставил шею к ее губам, сам провел по ним бархатистой кожей, под которой так откровенно и заманчиво билась пульсирующая теплой кровью толстая вена.
Я прошу тебя, пей.
Не надо
Пей, я этого хочу.
В эту же секунду два острых как иглы клыка с жадностью прокусили, так радушно подставленную, шею. Джеймс еле заметно дернулся, но не отстранился, а Наташа сделала первый, добротный глоток жидкой силы, которая ей сейчас так была нужна.
С последующими глотками все перед глазами мужчины закружилось, ему показалось, что он начнет сейчас куда-то проваливаться, а в голове возникли вполне реалистичные цветные картинки, точно кто-то включил документальный фильм.
«Ночь. Колоссальных размеров равнина, простирающаяся далеко за пределы обзора человеческого зрения, освещена горящими факелами. На длинных палках они воткнуты то здесь, то там, от чего создается ощущение таинственности и еле уловимого страха.
Идет бой: кровавый, ожесточенный и уже ненавистный. Тысячи людей в блестящих доспехах безжалостно атакуют друг друга, кромсают и режут. Среди воинов то и дело прорываются уже знакомые Джеймсу монстру-полуволки. Они высоко подпрыгивают на месте, вгрызаются своими острыми клыками в шеи замешкавшихся бойцов и вырывают большие куски из плоти, иногда умудряясь отделить за раз голову целиком.
Крики, стоны, копоть и сажа. Между нестабильными рядами бьющихся медленно ходят фигуры в мантиях. Они приближаются к каждому павшему воину и, убедившись, что он мертв, поджигают его тело. Несмотря на доспехи, оно вспыхивает, как солома легко и ярко, что еще больше освещает поле в столь темный час.
Внезапно в самую гущу событий врываются двое всадников. Нет никаких сомнений, что они не простые разменные моменты. На их латах изображены гербы намного большего размера, чем у соплеменников, за их спинами развиваются длинные меховые плащи, закрепленные металлическими застежками, а забрало немного подняты, в знак полной неустрашимости и отваги.
По плечам первого воина струятся длинные черные волосы, такие же, как и мощный жеребец, на котором он восседает. Этот всадник апокалипсиса взмахивает рукой и в свете зарниц в ней блестит тяжелый меч, а на лице отражается зловещая улыбка. Джеймс понимает, это Наташа.
Ее спутник на кипельно-белом коне значительно больше девушки. Его забрало также открыто, чтобы лучше видеть происходящее, а через все лицо проходит багровый шрам, стоящий ему былой красоты.
Они как Чума и Мор неспешно продвигаются вперед, сметая на своем пути все, что попадает под ноги.
Джеймс видит, что спутник Наташи это тот самый здоровяк Диего, что пришел им на помощь в домике матери».
Красочная картинка видения начинает дрожать, точно сменяя собой декорацию.
Вот уже разъяренный вампир в черных доспехах в прыжке сбивает Диего с коня, и они кубарем катятся по земле, рыча и кусая друг друга. Секунда и они оба стоят на ногах, готовясь нанести смертельный удар.
Да это же сам Король Деррик, с притворным почтением произносит Диего.
Моя рука не поднимется навредить Наташе, но тебя, шавка Вильгельма, я уничтожу прямо здесь.
Попробуй, не думаю, что эта задача тебе по силам.
Джеймс понимает, почему Деррик так спокоен, к Диего сзади приближается один из его слуг, тем самым зажимая здоровяка в тиски. Он хочет крикнуть ему, чтобы тот обернулся, но слова так и застревают в горле от того, что на самом деле его там нет, да и ничего из этого не реально, а лишь сон, мираж и далекие воспоминания.
Деррик поднимает свой меч, Диего следует тому
же примеру, дабы схлестнуть их в достойном рыцарей поединке. Воин сзади подкрался почти вплотную, он взмахивает рукой, в зареве факелов блестит его холодное оружие, готовое в любую секунду обезглавить противника, но оно так и замирает в воздухе, чтобы через мгновение подлый солдат упал ниц на сырую землю.
В его шее торчит клинок Наташи, острым концом выходя довольно далеко наружу.
Деррик обезумел от ярости, его план провалился, приспешник убит, армия терпит поражение, а чужие волки победно завывают в ночи.