- Протокола его опроса мне почему-то не выслали.
- Странно. Я уточню. А с чего к нему подобное внимание?
- В диалоге Умилы и Марии прозвучало слово «смотритель». Если его опрашивали и он все отрицал, то есть вероятность, что он солгал, - твёрдо заявил Вольгерд. - И еще, Станислав Иванович. Девушки все это время были очень близко, но раз спасатели, прочесывая окрестности, их не обнаружили, значит, побег их оказался неудачным. Их снова сцапали и переместили в более надежное место.
Антоновский издал сдавленный рык.
- Они живы, - добавил Вольгерд, чтобы лишний раз не травмировать отца. Создается впечатление, что преступники хорошо знают местность. Есть подозрение, кто стоит за похищением?
- Нет! отрезал Антоновский.
- И вам по-прежнему не поступало никаких угроз или сообщений иного свойства?
- Нет.
- Похитители резиденты Навинии, - настаивал Вольгерд, наблюдая за напряженной фигурой клиента. Вы должны их знать лично или хотя бы знать о них. Вы тоже давно тут живете, и ваши интересы наверняка пересекались.
- Не имею ни малейшего понятия, кто эта сволочь, но как только узнаю убью!
- Суд и казнь находятся вне моей компетенции, однако напомню: скрывать от меня то, что способно помочь в поисках, недальновидно.
- Все, что вам нужно, я сообщил. Ваше дело найти мою дочь и делиться обнаруженными в процессе сведениями. Установлением имен негодяев займутся другие. Как быстро вы обнаружите девочек? перевел стрелки магнат.
- Постараюсь как можно быстрей. Мне нужны личные вещи Умилы, а также ее компаньонки. Компаньонки в первую очередь, - подчеркнул Вольгерд, снова заметив недовольное движение губ при упоминании Некрасовой.
- К вашему приезду все подготовлю.
- Я буду работать один?
- Вы будете руководить на местности командой моих поисковиков, я это уже объяснил.
- А что насчет других сталкеров?
Антоновский чуть наклонил голову, и в темных стеклах его очков сверкнуло отражение малинового заката.
- Вам намекали, что я обращался к другим персонам? Не обращайте внимания на сплетни, эти вещи вас тоже не касаются. Вы наняты! Но станете отвечать только за свой участок работы. Вам ясно, детектив?
- Предельно ясно.
- Тогда жду вас на Навинии. Будут еще ко мне вопросы по существу?
- Если у вас имеется на примете человек, желающий вам зла
- Вас это не касается! повторил Антоновский с упрямством, достойным лучшего применения. Ищите мою дочь, а не фантазируйте, кто и зачем ее похитил. Насколько техника голографического сталкинга надежна? Меня уверили, что только она способна дать стопроцентный результат. Это правда?
Подавив недовольство, Вольгерд сказал:
- Наша реальность построена на песке, и каждый новый миг хаос рисует на нем свои узоры. Они не повторяются, но подчинены системе и правилам. Я знаю эти правила и, следовательно, могу выполнять возложенные на меня задачи. Результат гарантирую.
- Как вы это делаете? Поиск, погружение, контакт с образом нужного человека... Обрисуйте! Только кратко.
Боричу постоянно задавали этот вопрос, и он, если честно, устал объяснять, однако ответ всегда держал наготове:
- Как психометрист, я прикасаюсь к человеку или связанной с ним вещи и вижу его внутреннюю жизнь. Как ретрофракталист, я сдвигаю фокус внимания и изучаю его прошлое, ведущее к настоящему. Как голосталкер я проникаю в указанное поле реальности и, вычислив искомого человека, могу привести в эту точку других. Например, ваших людей. Если ваша дочь будет жива а на данный момент она жива, и шансы, что останется таковой, у нее неплохие, я выведу вас на нее в ближайшие сорок восемь часов.
Антоновский
глубоко вздохнул и отвернулся:
- Если спасете ее, то я выпишу вам премию в двойном размере.
- Я полагаю, если б ее хотели убить и тем самым сделать вам больно, то они не стали бы никого похищать. Воплотить кровавый замысел прямо там, в Каньоне Грозы, легче, чем заморачиваться с удержанием заложников. Тем более, не было смысла забирать еще и компаньонку Некрасова вряд ли обладала навыками бойца без правил, чтобы дать отпор, и ее бы вырубили на месте. Однако, если речь о шантаже, то компаньонка нужна, чтобы ухаживать за Умилой. Судя по сообщениям свидетелей, Некрасова неплохо справлялась со своими обязанностями и влияла на Умилу положительно, умела ее успокоить.
- Это не шантаж! предсказуемо заявил Антоновский. И вдруг прибавил: - Все вовсе не так просто, детектив.
- По-вашему, поломка экскурсионного глиссера была спровоцирована, или это случайное совпадение?
- Я подозреваю умысел, но это недоказуемо.
- Нет ничего невозможного, Станислав Иванович. Я увижу, где искать доказательства, если на то будет ваша воля.
- Каким образом? Моя дочь и тем более ее компаньонка, через которую вы смотрите, ничего об этом не знают. Откуда вы станете черпать информацию будете потрошить мой разум?
Антоновский и правда ничего не понимал в голосталкинге. Вольгерд счел необходимым пояснить:
- Я исхожу из того, что весь наш мир это голограмма, а голограмма это неделимая полнота вещей. Если отрезать от большой голограммы маленький кусочек, то он будет воспроизводить не фрагмент картины, а всю картину целиком. Часть голограммы всегда знает содержание всей голограммы. Успокойтесь, Станислав Иванович, ваш разум мне не нужен. Достаточного того, что у меня уже есть воспоминания моего голографического контакта, Марии Некрасовой.