Возможно, удмурты или обудмуртившиеся коми бывшего Глазовского уезда перенесли в Верхнее Прикамье такие топонимы с тюркскими основами, как Бачманово (на языке коми Чоййыл 'вершина горы'), Булач, Булатовка, Шорша, Урманово, Аразай, Кордюк . На такую мысль наталкивает факт, что подобные названия почти всегда обнаруживаются в районах сгущения удмуртских. Так, около деревни Можги официальное Мочга (можга название удмуртского рода) находим, в том же Юсьвинском районе, топонимы с тюркскими основами: Урманово, Чикманово . Все эти факты свидетельствуют о миграциях населения средней и нижней Камы, а также севера Удмуртии в Верхнее Прикамье. Переселения происходили в разное время и были вызваны разными причинами. Одна из них разорение золотоордынскими ханами народов Среднего Поволжья и низовьев Камы, в том числе и удмуртов. Люди искали прибежища в лесах Верхнего Прикамья.
ВОЛЖСКО-ФИНСКИЕ ТОПОНИМЫ
Пребывание марийского населения в Приуралье отразилось в таких названиях, как две деревни Черемиски в Шагиртском сельсовете Куединского района и Медянском сельсовете Ординского района (черемис дореволюционное название марийцев), деревня Ошмары , ныне село Большие Они Юсьвинского района (ошмарин устаревшее общее самоназвание марийцев, буквальный его перевод 'белые марийцы'). Фамилия Ошмарин встречается в Юсьвинском районе и сейчас. По-видимому, марийцы перенесли в Прикамье некоторые названия со старой территории. Бросается в глаза сходство таких топонимов, как Немыд (река в Чердынском районе) и Немда (река в Марийской АССР), Вая (приток Ветлуги) и Вая (поселок в Красновишерском районе). Возможна также связь названия села Покчи (более древнее Почка русское слово) в Чердынском районе, до сих пор плохо поддававшегося объяснению, с марийским словом пакча 'огород'.
Марийцы на север Прикамья могли попасть после падения Казанского ханства. Любопытно, что в городе Чердыни в 1759 году проживали Меркушко и Максимко Черемисиновы , Терех Черемисинов . Кроме того, в топонимии Верхнего Прикамья имеются следы более древних марийцев, но этот вопрос еще плохо исследован и говорить о нем пока преждевременно.
Мордовские топонимы на территории Пермской области единичны и почти не изучены. Можно указать лишь на один очаг пребывания мордвы в Воробьевском
сельсовете Кочевского района есть деревня Мордвино , в которой в 1858 году были четыре семьи Мордвиных и две семьи с фамилией Вожаев . Миграция мордвы в восточные районы относится к более позднему времени XVIXVII векам.
ОБ УГОРСКИХ ТОПОНИМАХ
Некоторые ученые полагали, что пермские народы поздние пришельцы. Предполагаемых предшественников пермян чаще всего относили к уграм. Д. П. Европеус, например, с уверенностью писал, что угры до прихода русских занимали территорию от Ледовитого океана до реки Оки, в том числе и земли Перми Великой. Такое утверждение было опровергнуто видным советским топонимистом А. И. Поповым. «Европеус пытался доказать, писал он, наличие угорского элемента в белозерских, как и вообще севернорусских, местных названиях, но эту попытку следует считать неудачной, так как все толкования указанного автора (из языков угорской ветви финно-угров) совершенно фантастичны, в них нельзя уловить даже зерна истины. Если случайно Европеус приближался иногда к правильному объяснению местного имени, пользуясь венгерским и обско-угорскими языками, то это было обусловлено только наличием значительного числа корней, общих всем финно-угорским языкам».
Здесь можно было бы не останавливаться па критике угорской гипотезы, если бы ее не защищал в свое время А. Ф. Теплоухов, взгляды которого среди местных топонимистов имеют хождение до сегодняшнего дня. По мнению А. Ф. Теплоухова, унаследованному еще от Ф. А. Теплоухова, пермяки прибыли в Верхнее Прикамье совсем недавно около XVIXVII веков. Они вытеснили угров, а отчасти смешались с ними.
Одним из главных доводов для таких утверждений явились упоминания в письменных источниках об иньвенских, обвинских, очерских и других уграх. А. Ф. Теплоухов решил, что это и есть предшественники коми, и во всех работах старался обнаружить на якобы покинутых вогулами и остяками местах угорские названия, сходные с более поздними в бассейнах Сылвы, Чусовой, Лозьвы, Косьвы, Сосьвы, Конды. Автор привел довольно большой список гидронимов бассейна Чепцы и Верхнего Прикамья, будто бы унесенных отсюда вогулами на новые места. Наличие -я в конце названия (мансийское я 'река') для него самое веское доказательство в пользу вогульского происхождения гидронима. Основы же таких названий он сближал, к сожалению, совершенно произвольно. Например, вряд ли возможна какая-либо этимологическая связь между следующими топонимами Прикамья и Приуралья: Бадья и Патья , Лолым и Мулымья , Урья и Орья , Буб и Попья , Бортом и Мортомья . Не угорскими при ближайшем рассмотрении оказываются и такие топонимы, причисляемые Теплоуховым к мансийскому или хантыйскому источнику, как Полом и Поломка (в местных говорах Поломко уменьшительное от Варфоломей , а Полом 'лес, заваленный валежником'), Яранина (яран в народном языке не только коми этноним для ненцев, но и уменьшительная форма от Герасим , в говорах Ярасим ).