Ходит и ещё более туманная версия, будто рассматриваемое сооружение имеет какое-то отношение к мечети поселка Хаджибей. Это и вовсе утопическое предположение. Дело даже не в том, что мы не имеем на этот счет не только ни малейших источниковедческих свидетельств, но и археологических данных, не говоря уже о визуальных историко-архитектурных обследованиях. Само допущение устройства мечети на склоне балки, регулярно подвергаемой негативным геодинамическим и эрозионным процессам, поистине нелепо.
В 20-х числах декабря техники обследовали это подземное сооружение и зафиксировали следующее: «Свод мины из пиленого пятерика, весьма непрочный; направление мины, как видно из плана, почти перпендикулярно к фронтону биржевого здания; протяжение её 4 сажени, ширины 1,10 сажени и вышины 2 Уг аршина. В этой мине, от входа слева, т. е. со стороны моря, есть 4 малые амбразуры, с промежутками в сажень, по-видимому, служившие окнами для мины; справа, со стороны улицы бульвара, три проминка, каждый длиною в 1!6 сажени. Эти проминки не выложены камнем, но забиты наглухо землею и мелким бутом. В этих проминках остались следы печей. От входа в эту мину, по направлению вдоль бульвара, открыта ещё одна, уступая в глубь земли на 1 % аршина. Эту мину исследовать невозможно, пока не будут окончены работы по заделке описанной нами мины».
Понятно, что эта подземная полость некогда использовалась как помещение для временного жилья. Когда именно? Надо полагать, в первые годы существования Одессы, строительства на территории будущего Приморского бульвара казарм и в целом «военного городка». По свидетельству известного специалиста К. К. Пронина, оба подземных помещения существуют и поныне, но в значительной мере засыпанные грунтом.
следующее. Нашему далекому от истории старого быта современнику-горожанину довольно трудно представить себе, как жили одесситы в условиях привозной воды, выгребной канализации, печного отопления, гужевого транспорта, отсутствия холодильных камер и т. д. Рассуждая о ретроспективных сюжетах, он оперирует современной логикой, синхронными ему бытовыми подходами и представлениями. При этом та или иная конкретная проблема вырывается с кровью из архаического контекста и произвольно втискивается в нынешний. В итоге курьезы и анекдоты.
Давайте даже закроем глаза на то, что столь вопиющее по масштабам стихийное бедствие в ту пору как бы вообще никто не заметил, даже вездесущие СМИ. А ведь при таком раскладе должен был быть затоплен весь одесский порт, пакгаузы, вся набережная, вся Приморская улица со всеми строениями, эстакада, станция железной дороги Одесса-Порт, Таможенная площадь, ночлежки, трактирные заведения, жилые дома по Карантинной и Военной балкам, вся Пересыпь, включая промзону, вся Балковская улица, Арка-дийская балка, Золотой берег, лиманно-лечебные заведения на Куяльнике и Хаджибее и т. д. и прочее. Но вообразим, что все горожане, все портовые рабочие и служащие, мореходы, путейцы и проч, не обратили внимания на катастрофическое наводнение: мало ли, может, набухались синхронно или уехали в Европу по безвизу. Допустим, ОК. Зададимся всего лишь одним-единственным вопросом: при каких обстоятельствах уровень Черного моря мог бы стремительно подняться на целых 30 с лишним метров (высота Одесского плато составляет здесь 42 метра)?
Для того, чтобы на него ответить, не нужны какие-то уж очень специальные знания. Уровень Черного моря мог столь серьёзно повыситься лишь при соответствующем изменении уровня Мирового океана: постепенное наступление моря называется трансгрессией. В свою очередь, это возможно лишь при таянии арктических льдов, каковой процесс должен быть сильно растянут во времени, да ещё при условии ощутимого глобального потепления.
Дилетанты могут возразить: а если это было цунами? Но на Черном море цунами не могут возникнуть в принципе, ни при каких обстоятельствах. Почему? Потому что для их формирования необходима большая длина разгона волны, а Черное море такой длиной не располагает. В общем-то всё довольно тривиально.
Фейковое, конспирологическое историческое сознание безусловно, феномен, с которым приходится считаться. В нём, как мне представляется, сквозит и оптимистическое, я бы даже сказал, здоровое пристрастие к чуду, мистике, и нереализованное стремление к исследовательской работе, поиску новизны, сенсации, детективному расследованию. Поэтому предпочел бы не отмахиваться от носителей подобного сознания, а, деликатно корректируя его, мобилизовать новых, энергичных, влюбленных в научный поиск исследователей, помочь им реализовать себя.
Сонька Золотая Ручка
«Золотая Ручка» общеупотребительное старинное (фиксируется, по крайней мере, в середине 1870-х) уличное прозвище карманника высшей квалификации, каковое в разные годы присваивалось десяткам удачливых мазуриков не только в Одессе, но и в других крупных городах России. Оттого-то и по сей день находятся «мемуаристы», гордые знакомством с каким-то из представителей этого обширного клана. Мало того, известны и, скажем так, сознательные мистификаторы Сонькины двойники. Например, известная аферистка Франциска Целестинова Кацперская (1892 г.). Крайне недостоверны и позднейшие публикации бульварного пошиба, вроде печатавшейся в «Одесской Почте» почти три месяца кряду серии бойких очерков Ратмира «Золотая Ручка» (1913). Кстати говоря, последняя мелодрама была даже экранизирована и демонстрировалась в местных иллюзионах, к примеру в «Слоне», на Мясоедовской, 24, в конце того же года.