XXIV. Когда пеласги узнали изреченное богом, они не сумели постичь его смысл. Но кто-то из старцев, понявший божественный глагол, разъяснил недоумевающим соплеменникам, что они заблуждаются, если мнят, будто боги осуждают их несправедливо. Ведь что касается имущества и плодов, они поступили правильно и справедливо, но надлежало отдать первинки всего, включая часть новорожденных людей, и этот дар по праву считается у богов наиболее ценным. И если на самом деле боги примут положенную часть первинок, то оракул, данный пеласгам, исполнится. 2. В результате, одним виделось, что изречение истинно, а другим что оно толкуется как сплошь козни. После того как кто-то высказал мнение, что следует узнать у бога, любо ли ему получить десятину в виде людей, пеласги послали вопросить бога вторично. И бог изрек, что надо поступить именно так. С тех пор среди пеласгов начинается раздор по поводу способа определения десятины. И в первую очередь были взбаламучены друг другом лица, начальствующие над городами. 3. А затем и остальную толпу соплеменников обуяли подозрения в отношении руководителей. Развернулось беспорядочное переселение, которое только можно ожидать от безумства и нечестивости, и многие совсем крепкие домашние очаги оказались покинуты, так как часть семей поменяла местожительство. Ведь пеласги считали несправедливым, что близкие теряют уходящих, расстаются с ними и из любимейших становятся их врагами. 4. Действительно, первые, кто выселился из Италии, разбрелись по Элладе и по большей части варварских пределов. А после них и остальных постигла та же самая участь, и это происходило каждый год. Ибо властители общин не переставали отбирать первинки из цвета юношества, стремясь воздать богам должное и боясь скрытых мятежников. И многое было отнесено под всяким благовидным предлогом к враждебным действиям; так что произошло много выселений, и пеласгическое племя рассеялось по большей части земли.
XXV. И переносили вражду к себе люди, обитавшие среди воинственных народов лучше многих, благодаря своему опыту в морском деле, приобретенному в опасностях из-за соседства с тирренами. Последнее побудило живущих в тяготах людей стать отважными. Это обстоятельство оказалось
для них как бы вождем и наставником во всех начинаниях, так что они без труда брали верх, куда бы ни приходили. 2. Именовать же их разные люди стали как по названию страны, из которой они произошли, так и в память о древнем племени тирренами и пеласгами равнозначно. Я высказал о них это мнение, дабы никто не удивлялся всякий раз, когда слышит от поэтов и писателей, что пеласги прозываются также и тирренами, так как один и тот же народ имеет оба наименования. 3. Например, у Фукидида имеется упоминание об Акте на Фракийском побережье и о лежащих там городах, которые населяют двуязычные народы. А по поводу народа пеласгов у него есть такие слова: «есть же там и что-то халкидское, но по большей части пеласгическое, так как тиррены некогда населяли и Лемнос, и Афины». 4. У Софокла же в драме «Инах» устами хора в анапестах дано следующее:
XXVI. Времена, в которые пеласгическое племя начало испытывать напасти, почти на два поколения отстояли до Троянских событий, но продолжались они и после Троянской войны, до тех пор пока численность народа не сократилась до крайности. Ведь кроме Кротона, достойного упоминания города омбриков, если и остались ещё какие-нибудь поселения в земле аборигинов, все остальные небольшие города пеласгов погибли. Кротон же, надолго сохранив древний облик, лишь недавно поменял название и обитателей. И теперь еще существует колония римлян, которая называется Кортонией. 2. После того как пеласги оставили свою страну, их городами завладели другие различные народы, которые оказывались им соседями, а среди них большими и лучшими городами тиррены. Тирренов же одни объявляют автохтонами Италии, а другие пришельцами. Те, кто считает народ туземным, говорят, что название им дано по укреплениям, которые они построили на этом месте до прихода новых поселенцев. Ибо у тирренов, как и у эллинов, защищенные стенами и крышами жилища называются «башнями» . По этому случаю, они полагают, им дано имя, подобно тому как в Азии моссинойкам. Действительно, ведь и те живут в высоких бревенчатых укреплениях, как бы в башнях, называя их моссинами.
XXVII. А приверженцы преданий сообщают, будто они какие-то приблудные, и заявляют, что Тиррен, став предводителем колонии, дал народу имя по самому себе. Родом же он был лидийцем из называемой прежде Меонии и переселился оттуда в древние времена. Утверждают также, что он был пятым рожденным от Зевса, а именно: от Зевса и Геи родился Манес , первый царь в этой земле. А у него от Каллирои, дочери Океана, родился Котис. У Котиса же, женившегося на Галии, дочери Тилла, рожденного Землей, появилось двое детей Асий и Атис. 2. А от Атиса и Каллитеи, дочери Хорайя, родились Лид и Тиррен. И Лид, оставшись на родине, получил отцовскую власть, и по нему земля была названа Лидией. Тиррен же, став во главе колонии, приобрел большую часть Италии и дал свое имя участникам возглавляемого им похода. 3. У Геродота же сказано, что переселение в Италию детей Атиса, сына Манеса, которые сопровождали Тиррена, а также меонов, не было добровольным. Поскольку он передает, что в правление Атиса в стране меонов разразился неурожай, и люди, пока они испытывали глубокую привязанность к своей отчизне, прибегали ко многим средствам для отвращения беды и в иной день употребляли умеренное количество пищи, а в другой вовсе воздерживались от еды. Так как это бедствие не кончалось, они, поделив весь народ на равные части, бросили жребий для решения своей судьбы кому выпадет исход из страны, а кто останется на месте из детей Атиса один присоединился к одним, другой ко вторым. 4. После того, как части, бывшей с Лидом, выпала лучшая доля, другая, собрав свои пожитки, выселилась из страны и, причалив к западным берегам Италии, где имелись поселения омбриков, осталась там и основала города, существующие еще и поныне.