Всего за 299 руб. Купить полную версию
На кухне в бледно-розовом прозрачном пеньюаре хлопотала молодая женщина. Почти сквозь прозрачный пеньюар было видно, что на теле женщины ничего больше нет.
Почти обнажённая женщина совершенно не обращала никакого внимания на наше появление. Женщина продолжала заниматься своим делом на кухне, сверкая почти обнажённой задницей и дёргаясь голыми грудями под прозрачным пеньюаром не стесняясь нас.
В одном конце ковра стоял в зале квартиры большой телевизор. В другом конце ковра стоял огромный диван. На диване, задрав ноги к верху, лежал в одних плавках мужчина лет сорока. Совершенно не обращая никакого внимания на наше присутствие и не меняя позу, мужчина смотрел по телевизору видео-порнографию и издавал возбуждённые звуки во весь голос.
Мне сразу это не понравилось. Никогда такого не позволял в своём доме. Тем более при своей жене и детях.
Мне хотелось прямо сразу уйти из этого дома, но в это время маклер Лена стала разговаривать с хозяином квартиры.
Даже разговор на незнакомом мне языке был понятен жестами и мимикой мужчины. Сразу было видно, что он не доволен нашему приходу. Даже не собирается с нами вообще разговаривать ни на какие темы.
Не дожидаясь окончания разговора между маклером и этим не приятным на вид мужчиной, потянул Людмилу обратно в лифт. Следом за нами в лифт вошла маклер Лена.
Мы спустились в лифте вниз на улицу. После душного помещения, наполненного какими-то неприятными мне запахами дезодорантов, которыми женщины отпугивают или привлекают мужчин, на улице на нас повеяло свежим воздухом со стороны моря, мне сразу стало легко дышать.
Вы, что, иврит понимаете, что ли? удивлённо, спросила нас, маклер Лена, когда вышла за нами из лифта.
Здесь без знания иврита было понятно, что он нас видеть не хочет. ответил маклеру. Мне самому противно такое отношение к нам.
Этот тип сказал, что вы похожи больше на воров, чем на новых репатриантов. сказал маклер Лена. Ему сказала, что вы вполне культурная и интеллигентная семья из России. Мужчина мне стал говорить разные пошлости.
Надо было сказать мне. Ему тут же набил бы морду. со злобой, сказал. Таких гадов, надо бить.
В таком случае вы можете сразу вылететь из Израиля. испуганно, сказала мне, Лена. В Израиле рукоприкладство запрещено всем гражданам. Вас могут специально спровоцировать на драку и заработать на этом огромные деньги. Достаточно трёх свидетелей и разбитого носа или ссадин на возбуждение уголовного дела в суде. Такие уголовные дела в Израиле обычное явление. Так что вы будьте осторожны.
Саша! Не забывай! Ты слово давал, что в Израиле драться не будешь. с упрёком, сказала жена. Мы прилетели в совершенно другое государство.
Ладно! Давайте делом заниматься. с серьёзным тоном, сказала маклер. Здесь по близости есть одна квартира под съем. Мы пойдём, посмотрим эту квартиру. Если эта квартира не подойдёт, то тогда мы едем в Холон.
Уличные фонари и яркие рекламы, освещали возле тротуаров отдельно стоящие легковые автомобили и мелькающий транспорт по улицам Батьяма.
Мы прошли улицу Сахаров, прямо-таки с русским названием. Затем пересекли улицу Бялик, который, наверно, был родственником Екатерины Бялик, абитуриентки педагогического института в Харькове?
Вскоре вышли на улицу Ротшильд, фамилия знаменитых банкиров, проживающих в Англии.
Минут через десять ходьбы по улицам Бать-яма, мы подошли к какому-то мрачному, пятиэтажному, жилому зданию. По грязным лестничным переходам без лифта поднялись на четвёртый этаж.
Маклер Лена позвонила в массивную железную дверь без номера. За железной дверью что-то зашуршало.
Видимо разглядывают нас в дверной глазок. Вскоре в замочной скважине закрутился ключ. Железная дверь вяло открылась. Перед нами появился пьяный мужик в семейных трусах и в рванной грязной майке.
Мужик подозрительно посмотрел на нас сверху донизу. Грязной рукой вытер не бритую грязную рожу. Выпучив глаза, попятился назад.
Пытаясь увидеть нас в своём пространстве, в которое мужик не пускал никого, кто приходил сюда без бутылки русской водки. У нас с собой водки не было.
Вам что нужно? спросил нас мужчина с опухшим лицом. Вы к нам на проводы пришли? Тогда входите.
Хозяин этой квартиры сказал мне, что можно вселяться в его квартиру в любое время. морщась от вида грязи, сказала маклер Лена, прикрывая свой нос от запаха ликёро-водочного перегара, который исходил от пьяного мужика.
Мы с Колей отмечаем переезд из квартиры в другое место. едва шевеля языком, сказал пьяный мужик.
Тут в двери появился сам Коля, вид которого не внушал никакого доверия к возможному проживанию в этой квартире.
Помойка таланта, в которой жил художник Шевелев Валера в Орджоникидзеабаде, выглядела намного чище и лучше, чем эта квартира с пьяными мужиками.
Ни настолько мы были падшие люди, чтобы жить в такой грязной квартире, которую пыталась навязать нам маклер Лена. Здесь нам даже стоять опасно рядом с алкашами.
В эту квартиру не семью надо вселять, а наряд местной полиции прислать. сказал маклеру Лене, поворачиваясь от двери с пьяными мужиками. Совсем не хочу, чтобы моя семья видела, в какую грязь в Израиле их привёз.
Тоже мне чистюля нашёлся. сказал вдогонку пьяный мужик. Поживёшь в Израиле, сам такой будешь.
До такой степени никогда не опущусь. огрызнулся. на слова пьяного мужика. Это вы такими были в России. Такими живете здесь в Израиле. Позорите за границей, русскую и еврейскую нации. Мерзость, какая!
Мы вышли из подъезда, пропахшего ликёро-водочным перегаром. Тут же перешли на другую сторону улицы, освещённую яркими уличными фонарями. Маклер Лена стала ловить пробегающие рядом автомобили такси.
Отошёл за тротуар и присел на бульварную лавку. У меня так сильно болел коренной зуб, что мне было не до съёма квартиры.
Хотелось скорее вернуться в гостиничный номер и попытаться заснуть, чтобы не чувствовать адской боли зуба.
Может быть, там, в гостинице у администратора, найдётся лекарство от зубной боли? Скорее бы прошла боль зуба.
Вы вроде заболели? С вами что-то случилось? забеспокоилась маклер Лена, когда мы сели в такси.
У меня почти сутки болит коренной зуб. сквозь зубы, жалобно, ответил.
Как назло, у нас нет лекарства.
Мы сейчас съездим в Холон смотреть квартиру. Это тут, совсем рядом. сказала маклер. Затем поедем к нам в контору. У нас в аптечке есть какие-то лекарства от зубной боли. Так что немного потерпите. Мы скоро едем.
Лена что-то сказала таксисту на иврите. Автомобиль такси помчался в восточную часть Бать-яма, который от Холона отделяла всего лишь одна улица. Так что через пару минут уже мчались на такси по улицам Холона.
Вскоре обратно подъехали к мрачному пятиэтажному зданию, которое выглядело немного лучше себе подобного здания в Бать-яме.
Рассчитавшись за проезд в такси, маклер Лена повела нас на третий этаж мрачного здания.
Здесь хотя бы лестничные марши были чище, чем в подъезде пятиэтажного здания в Бать-яме. Такой более-менее приятный вид внутри подъезда внушал мне какое-то доверие на возможное проживание здесь в съёмной квартире этого здания.
Посмотрим, что предложат нам сейчас маклер и хозяин квартиры. Маклер Лена позвонила в дверь с номером тридцать. Дверь нам открыл мужчина средних лет, с маленькой шапочкой кипа на голове.
По виду это был вполне нормальный интеллигентный человек, с которым можно говорить о наших квартирных проблемах. Вроде и квартира у него вполне нормальная.
Вот только без мебели. Наверно, нам самим придётся сразу приобретать новую или подержанную мебель для всей нашей семьи? Без мебели жить нельзя.