Юлия Узун - Битва самцов стр 5.

 Помогите!  закричала, как можно жалобнее.  Я попала в аварию. Мой фургон перевернулся.

 С вами всё в порядке?  обеспокоенно спросил белобрысый к моему великому удивлению.

 Да! Да, я в порядке. Но там ещё человек и он, кажется, очень плох.

Тот, что с серьгой немедленно пошёл в сторону моего фургона. Я крикнула вдогонку:

 Он живой! Иногда приходит в себя, но через время снова теряет сознание!

Оба парня отнеслись к моей ситуации с пониманием. Они попросили не волноваться и отправились за корейцем.

 Его надо бы в больницу,  сказал белобрысый.

 Нет!  крикнула.

Оба уставились на меня в недоумении.

 Нет?

 Нет. Понимаете, тут очень необычная ситуация. Я только хочу, чтобы вы меня поняли.  Я говорила очень быстро, заикаясь и запинаясь. Всё мое тело трясло от страха.  Мой отец известный продюсер, и это происшествие повлияет на его репутацию. Но я здесь не виновата. Пожалуйста, мне нужно, чтобы парень очнулся, а потом мы с ним вместе решим, как быть. Помогите,  почти завыла я.

Мои руки опустились вниз, я склонила голову с выражением неприкаянности и отчаяния на лице. По щекам побежали слёзы. Хотя в жизни я редко плачу, но тут я просто была напугана.

Парни посмотрели друг на друга, затем на корейца, лежащего на траве.

 У меня есть знакомый доктор,  произнёс белобрысый.

Услышав эти слова, я подпрыгнула и положила ладони на его руки, напрочь позабыв о своих опасениях.

 Вы правда мне поможете? Спасибо! Обещаю, что в долгу не останусь!

Темноволосый ухмыльнулся, но белобрысый тут же смерил его взглядом, затем обратился ко мне:

 Но с условием, что по дороге вы всё нам расскажете.

В ту минуту я была согласна на всё на свете. Какое счастье, что мне повстречались эти добрые люди. Позже они представились. Белобрысого звали Забдиель, а с серьгой в ухе Эрик. Парни подкатили внедорожник к нашей дороге, мы положили корейца на заднее сиденье, я села рядом с ним, чтобы придерживать. Забдиель вёл машину очень тихо. А я всю дорогу рассказывала о том, как поступила со мной моя лучшая подруга.

Я ещё не думала, что скажу ей при встрече, но нашей дружбе пришёл конец.

~~~

Хотя стоял разгар дня, в комнате было сумрачно, и казалось, что наступил вечер. Возможно, в этом виноваты тёмные стены, нагромождение мебели, ящиков с книгами и журналами, коробок с обувью, спортивным инвентарём, вроде гантель, гирь и мячей. Кроме всего этого барахла тут стоял вполне мягкий диван и два кресла. На стене висел выключенный телевизор, а под ним на полочке стояли какие-то спортивные награды.

Я сидела, забившись в угол кресла, покорно ожидая, пока доктор осмотрит корейца. Мне пришлось унять бешено колотящееся сердце и заставить себя думать только о хорошем. Забдиель находился в спальне вместе с доктором и корейцем. А Эрик шумел на кухне.

Не знаю, сколько прошло времени. От всего произошедшего я просто выпала из реальности и потеряла счёт времени. Я паниковала при мысли о том, что меня ищут,  не только родители, но и полиция,  однако тишина в квартире загоняла этот бунт глубоко в подсознание. Не сейчас. Подумаю об этом позже.

 Вот,  Эрик поставил передо мной кружку,  я не очень хорошо умею готовить кофе, но тебе должно помочь. Я старался.  И улыбнулся одними губами.

 Спасибо,  сказала я. Затем сделала глоток. Очень крепкий. Я посмотрела на Эрика и улыбнулась:  Приводит в чувства.

 Я на это надеялся,  довольно ответил парень.

 Как же долго,  нервно вздохнула, убирая ноги под себя. Мне безумно хотелось спрятаться и стать невидимой. «За что ты так со мной, Фаррен?»

Когда в коридоре послышались шаги, я быстро вскочила, едва не перевернув кофе на себя. Первым вошёл Забдиель, а за ним доктор, согласившийся осмотреть «звезду» на дому. К моему удивлению у мужчины были узкие глаза. Он тоже кореец? Ответа мне так и не узнать, но теперь я была уверена, что корейскую «звезду» в беде не бросят.

 У парня нет ничего серьёзного на первый взгляд,  сообщил врач.  Небольшое сотрясение мозга. Конечно, я бы посоветовал при возможности поехать в больницу и на всякий случай сделать томографию. Нужно избежать серьёзных последствий, ведь иногда самые плохие травмы прячутся от наших глаз.

 Хорошо, доктор,  возбужденно ответила я.  Он очнулся?

 Я ввел ему лекарство. Он проспит всю ночь.  Врач повернулся к Забдиелю.  А что произошло?

 Ударился головой о гирю,  быстро нашёлся парень, за что я ему была весьма благодарна.

Мы все с минуту смотрели на десятифунтовую гирю. Затем доктор вздохнул и попрощался, Забдиель проводил его.

Очнётся завтра.

Теперь мне предстояло решить, как быть дальше. Всё складывалось не в мою пользу и позвонить кому-то я боялась. Пока не разберусь со «звездой», не сдвинусь с места, решила я.

Забдиель вернулся в комнату, и мы долго молчали, прежде чем Эрик заговорил.

 Значит, парень останется здесь до утра?

 И замечательно. Может, ты наконец уберешься восвояси,  огрызнулся Забдиель.

 Мне некуда идти.

 На самолёт к маме! Я готов купить тебе билет.

Я крутила головой, не понимая, о чем они говорят.

 Какой ты бездушный сукин сын!  воскликнул Эрик. В голосе звучало огорчение.  Чужого человека впустил в свой дом, на свою кхм пока ещё мою кровать. А меня, родного брата, готов выкинуть на улицу?

 Так вы братья?  широко распахнув глаза, вскрикнула от удивления.  Вы совсем не похожи друг на друга.

 У нас отцы разные,  ответил Забдиель.  Мой пуэрториканец, а у Эрика отец был американцем.

 Вот именно! Так что у меня больше прав находиться в этом городе, чем у тебя!

 Да пожалуйста! Только не в моем доме!

Эрик страшно разозлился, ведь все эти слова были сказаны при незнакомке в моем лице. Я хорошо понимаю, почему он ушёл, хлопнув дверью.

 По-моему, это жестоко,  осмелилась сделать замечание Забдиелю. Он развалился в кресле и закрыл глаза. Почувствовав стыд и вину, я решила извиниться. Какое право я имею говорить это? Кто я такая?  Прости, я не хотела, чтобы всё так получилось.

 Как?  Он резко посмотрел на меня.  Если ты об Эрике, то не волнуйся, он перебесится и вернётся. Мы с ним каждые полчаса ворчим друг на друга. Я зол на него ещё с шестнадцати лет. Но это долгая история. Просто не обращай внимания.

 Э Я кашлянула и отвернулась в сторону, убирая прядь за ухо.  Мне дико неловко, что я вот так ворвалась в твой дом, да ещё и с пострадавшим в аварии человеком, но Могу ли я остаться здесь до утра? Обещаю, что уйду, как только

 Как ты сказала тебя зовут?

 Элора.

 Так вот, Элора, я не имею ничего против. Оставайся столько, сколько потребуется. Полиция ничего не узнает. Я могу постелить тебе здесь на диване, а мы с Эриком ляжем на полу.

 О нет! Я должна быть рядом с корейцем на случай, если он проснётся. Я видела в спальне большое кресло.

 Ты его имени не знаешь?  усмехнулся Забдиель, ведь я его всё время называю «корейцем».

 Оно сложное. Я не помню его.

Мы улыбнулись друг другу, безмолвно делясь эмоциями. Я могла представить, как выглядела в глазах этих людей. Мне повезло, что они оказались добропорядочными и согласились помочь.

Благодаря Забдиелю остаток дня прошёл быстро. Он заказал пиццу, немного рассказал о себе. Я узнала, что он бизнесмен владелец спортивного комплекса и сегодня отложил все дела ради того, чтобы отвезти брата на заправочную станцию, некогда принадлежавшую отцу Эрика. К этому он добавил, что рад резкому повороту событий и нашему знакомству. А вечером вернулся Эрик, но я недолго посидела с ними, потому что усталость брала своё, я хотела спать. Пожелав ребятам спокойной ночи, я пошла в спальню, тихо села в кресло, сгруппировалась поудобнее. Затем долго смотрела на спящего корейца, пока веки не потяжелели, а глаза не потеряли фокус и стали слипаться.

~~~

Сеул, Республика Корея

В громадном холле царила прохлада и тишина, так что стук каблуков отдавался звонким эхом в высоких потолках, мраморных каминах, невероятных размеров зеркалах и люстрах.