Всего за 196 руб. Купить полную версию
Взлетающий червяк
Вернувшись домой, Ванька по-другому взглянул на свою жизнь. Увидел бутылки, которые были расставлены везде: на полках, на столах, вдоль стен. Он обычно отставлял их в сторону, создавая вид, будто в доме порядок и бутылки не навалены, а аккуратно расставлены по своим местам. Думал, что в стороне они незаметны, но теперь почему-то их заметил. Потом сбегал в магазин и купил большие мусорные пакеты. По дороге в магазин он думал о том, что Сашка мог заболеть из-за загрязненной природы, и поэтому решил не выбрасывать бутылки, а отвезти их на свалку и сдать. Бутылки Ванька собрал отовсюду: из дома, из погреба, из сарая, даже с чердака, куда закидывал их по пьяни. У него набралось девять мешков с бутылками. Он с ужасом на них посмотрел и подумал: «Неужели я столько выпил?». Наконец забил мешками свою старенькую машину и поехал на свалку.
Мусор сваливали на полигоне за городом. Там же находились пункты приема разных отходов, в основном принимали металл и стеклотару. На свалке ездили бульдозеры, самосвалы и работали люди. Кто-то пытался отыскать что-то ценное среди мусора, а кто-то разбирал выброшенную бытовую технику, доставая оттуда разные детали и цветной металл.
Около пункта приема стеклотары стоял пожилой бородатый человек. Он только что сдал бутылки, привезенные в корзинке, и считал полученные деньги. Увидев, как Ванька выгружает гремящие мешки с бутылками, седобородый мужик удивился.
Это ты где столько нашел? спросил он сиплым голосом.
Накопил! ответил Ванька.
Ага. Рассказывай. Побухал, видать, неплохо. У меня квартира тоже раньше завалена была. Теперь вот зарабатываю так
За девять мешков бутылок Ваньке нормально заплатили. Получив деньги, Ванька подумал о том, что надо бы это дело отметить и выпить. Но эта мысль быстро растворилась сама собой. Он посмотрел по сторонам и понял, что даже там, где оказывается все ненужное, работали люди, наделяя смыслом и некоей ценностью выброшенные вещи.
В пункте приема макулатуры стояла огромная коробка с множеством экземпляров одной книги. Ванька с любопытством разглядывал обложку в виде стиральной машины.
Это что, руководство пользователя? спросил Ванька.
Ага, ответили ему в пункте приема. Руководство пользователя по управлению Вселенной. Бери, не пожалеешь. У нас одна книга в руки бесплатно. Сам недавно почитал. Заставляет задуматься.
Откуда это здесь?
Не знаю, наверное, инопланетяне оставили, чтобы попытаться донести до нас что-то. Какую-то идею.
Заставить задуматься?
Именно.
Ванька вспомнил про большое количество газет, которые годами у него копились. Их тоже можно было сдать, но на таком деле трудно было много заработать. Он понимал, что однажды в его доме закончится хлам, который он может сдать на утилизацию, и тогда ему придется ходить по улицам и собирать бутылки или искать металлические изделия. Ванька решил всерьез заняться поиском работы.
Носители тоски
Лишь как следует протрезвев, Ванька начал видеть другие смыслы в жизни. Жизнь перестала быть поляной, на которой можно только пить, танцевать и развлекаться. Только полностью отказавшись от алкоголя, он почувствовал себя свободным. После этого смог шагнуть вперед и пойти дальше. Начал, наконец, жить по-другому. Жизнь тогда начала становиться для него поляной с бесконечным количеством возможностей, где он может сам себе прокладывать путь в любом направлении.
Очистив свой дом от алкоголя и от всего, что могло о нем не напомнить, Ванька очистил свой дом и от гостей, ставших непрошеными. Он посмотрел на людей, которые часто приходили к нему пить и которых он считал своими друзьями, и понял, что они не хотят ничего менять в своей жизни. Они в ужасе пытались его отговорить от трезвого образа жизни и настоятельно просились в гости. Но Ванька не впускал их в дом. Этих гостей устраивало их повседневное существование, заканчивающееся пьянкой на выходных. Иван вдруг понял, что его друзья подобны теням, тянущимся и глубокой бездны, в которую эти тени пытаются его затянуть. И чтобы в эту бездну не угодить, нельзя помогать теням.
Ванька не думал, что тоска вернется, та самая тоска, которую он растворял алкоголем. Но теперь он смог по-другому ее ощутить. Иногда ему все казалось серым, унылым безжизненным, но даже в такие моменты он не пил. Он старался зажечь внутри себя искру, желание жить, несмотря на то, что для рождения этой искры нужно было приложить усилия.
Тоска накатывала на него чаще и окутывала его, будто темное густое облако, подталкивая к мысли о выпивке. Но искра трезвости и благоразумия разжигала внутри Ваньки пламя, которое испепеляло любую тоску. Он продолжил ходить на лекции к Павлову. Посещал занятия не для того, чтобы женщина в службе занятости не направляла его на работу, а чтобы услышать Павлова, человека, который разобрался с пьянством.
В алкоголизме мы подобны обезьянам, говорил Павлов. Трезвые обезьяны собирают плоды с верхушек деревьев. Для этого им нужно приложить усилия. А вот пьяные, больные, покалеченные и недоразвитые собирают упавшие плоды. Плоды, которые уже испортились и успели забродить. Чувствуете полет метафоры?
По утомленным лицам собравшихся можно было догадаться, что не чувствуют.
Алкоголики употребляют испорченный продукт. Продукт брожения. В алкоголизме, чтобы добиться успеха, не нужно прикладывать усилия и взбираться на дерево. Достаточно собрать упавшие плоды и наслаждаться жизнью. Можно сказать, что алкоголики это больные, покалеченные и недоразвитые особи нашего вида.
А если надоело собирать плоды с земли? спросил Ванька.
Хороший вопрос. Если надоело есть тухлятину, придется немножко поработать и взобраться на дерево. Но тут есть небольшая проблема. Обезьяна, питающаяся с земли, слишком ленивая. Ей будет гораздо тяжелее взобраться на дерево.
А как быть человеку? продолжал Ванька.
Не поддаваться. Не идти на поводу у своих желаний. Мы не обезьяны, несмотря на некоторые сходства. Мы люди, и в наших силах убедить себя не питаться тухлятиной, не пить алкоголь, не курить сигареты. Но для этого нужно внутри себя открыть силу, которая позволит быть стойким.
Я вот решил вообще перестать пить, откровенно заявил Ванька. Но раньше я не задумывался о том, что алкоголь был неотъемлемой частью моей жизни. Как кофе или чай, который я могу пить. Даже интереснее, чем кофе и чай. А теперь я смотрю на алкоголь как на что-то недоступное, и от этого мне больше хочется выпить. Кажется, что сейчас это будет гораздо приятнее, чем раньше.
Отказаться от алкоголя значит отказаться от прежней жизни. От жизни с самым простым способом ее испортить. Понимаю. Но самое неприятное в отказе это беспросветная тоска, с которой можно столкнуться. Тоска, продолжал Павлов, слово, обозначающее ничто. Это не гнев, не радость и не страх. Тоска это, можно сказать, отрицательная пустота, тянущая ее носителя изнутри. Да, дорогие мои. Мы с вами, можно сказать, носители тоски. Если мы отказываемся от того, что приносит радость, мы отказываемся от жизни, в которой нам было хорошо.
Слова Павлова вдруг откликнулись в Ваньке, он будто слушал человека, который мог понять его как никто другой.
А что делать с этой тоской? спросил Ванька Когда я пил, было проще. Выпил и забыл. А теперь что?
А теперь нужно понять тоску как отрицательную пустоту и заполнить ее тем, что будет иметь смысл. Теперь нужно прикладывать усилия, чтобы развеять эту тоску. Потому что пить легко. Ведь нужно открыть бутылку и выпить, или красивый коктейль в ресторане тоже несложно употребить. Но чтобы победить тоску, чтобы не ломаться под ее бесконечной тяжестью, нужно поработать.