Всего за 169 руб. Купить полную версию
Царапая каменную дорогу огромными когтями, белоснежные гибкие монстры, извиваясь всем телом при каждом шаге, приблизились ко мне и вдруг остановились. Карета, покачнувшись, тормознула, чёрное непроницаемое стекло отъехало в сторону и я увидела мужскую ладонь. Серебристые ухоженные ногти, серебряные толстые кольца на большом, среднем и безымянном пальцах, серебряная цепочка на запястье, выглядывающая из-за широкого рукава такого же бело-серебряного сверкающего цвета.
Причём конечность показалась примечательно её высунули на улицу величественным, почти грациозным жестом, и протянули мне, предлагая оставить поцелуй на ладони.
Не желая грубить, но и целовать никого не собираясь, я попыталась сделать вид, что ничего не заметила и не поняла, и осторожно шагнула назад.
Не местная, сходу вычислил обладатель размеренного властного голоса.
Рука исчезла, дверь распахнулась, и на залитую ярким жарким солнцем дорогу ступил немолодой очень высокий мужчина, облачённый в дорогую даже на вид серебристую рясу с поясом и глубоким капюшоном, который грациозным движением ладоней был скинут на спину, открывая мне лицо явно священнослужителя.
И я вспомнила. Среди существующих драконов насчитывалось всего пять видов, серебряные были откровенной редкостью и рождались с повышенной связью с Первыми драконами, а потому все уходили в религиозное служение, возлагая на себя нелёгкий труд наставления сородичей на путь истинный.
Передо мной был дракон. Более того, дракон в серебре, с серебряными же длинными волосами, и сомнений в том, что я смотрела на представителя основной религии Хайрассы, не осталось никаких.
Добрый день, поздоровалась сдержанно, невольно готовясь почему-то к нападению.
Вечного полёта, отозвался внешне вежливый и доброжелательный дракон, за каждым движением которого я ощущала силу и скорость, которые он попросту сдерживал. Что такая вкусная девочка забыла на границе пустыни?
Вкусная девочка и не такое о себе слышала, потому проигнорировала обращение и ответила, стараясь не допустить конфликта:
Забежала по делам, честный и максимально невинный вид. Прошу прощения, я спешу, меня ждут
Я не отпускал, обманчиво мягкий голос, поистине хищная улыбка и плавный шаг ко мне.
А я разрешения не спрашивала, улыбнулась со всей вежливостью, отступая назад.
Глаза, которые тоже были серебряными и с чёрным вертикальным зрачком, сощурились, и у меня вкрадчиво поинтересовались, обходя по дуге:
Не страшно дерзить тому, кто сильнее и влиятельнее?
Началось
Не стыдно пользоваться положением и запугивать маленьких и слабых? ответила вопросом на вопрос, продолжая держать его в поле зрения и не позволяя зайти за спину.
Дракон закинул голову и расхохотался. То есть нет, не стыдно.
Ты смелая, мне такие нравятся. Как зовут этого храброго орлёнка?
И не знаю, как, но он вдруг оказался впритык, поймав ладонью мою косу и не позволив отстраниться.
Не ваше дело, попытка отнять собственные волосы привела к тому, что ладонь дракона сжала уже моё запястье, а лицо самодовольно ухмыляющегося наглеца оказалось впритык к моему. Заставив себя стоять ровно и не реагировать, я холодно потребовала: Отпустите.
А если нет?
Мы оба знали о его физическом и магическом превосходстве, и, по сути, противостоять мне было нечем.
И тут мой взгляд упал на его карету, дверца которой осталась открытой, так что там, в мраке небольшой коробочки, я отчётливо разглядела двух девушек Одна драконица-полукровка лет семнадцати, вторая значительно моложе и, кажется, с эльфийской кровью. Обе дрожащие, запуганные, во все глаза с ужасом глядящие на дракона и в цепях. Они были в цепях. Кандалы на руках и ногах, ошейники на тонких шеях, и всё это соединялось цепями, вмонтированными в стенку кареты.
Я окаменела, в ужасе осознавая, что эти девушки были без преувеличения рабынями. И даже моих скромных знаний хватало, чтобы точно знать:
Рабство запрещено на территории Хайрассы! голос сорвался едва ли не на крик.
Резко повернув голову, я рванулась и высвободилась, но убежать и спастись не смогла. Просто не смогла уйти, видя вот это.
Дракон неприязненно скривился в ответ на мой вопль и лениво произнёс:
В любом законе бывают исключения.
То есть, раз мы священнослужители, то существа особенные и нам всё можно? Даже открыто домогаться до женщин на улицах, крадя себе в рабство всех, кто понравится?
Ну уж нет.
Айтар узнает об этом, заявила с ледяной злостью, что клокотала внутри.
На мою откровенную угрозу серебряный дракон ответил снисходительной ухмылкой.
А кто ему расскажет, орлёнок? Ты? Я так не думаю.
Я была готова к его нападению, но мне это не помогло никак.
Порыв ветра! И молниеносно оказавшийся позади мужчина вдавил спиной в своё тело, сжав рукой мою шею. Жилка застучала о его пальцы, моего уха коснулись чужие мерзкие губы и я услышала:
Я научу тебя покорности, птичка.
На секунду меня ослепила паника, но уже в следующую я опустила левую руку, отработанным движением сформировала основу печати и изо всех сил обрушила её на тело дракона.
Целительское чародейство без лицензии строжайше запрещено, но кого это сейчас волновало?
Сражённый отнюдь не чувствами, дракон потрясённо захрипел, ослабил хватку и медленно опал на одно колено, округлившимися глазами в немом ужасе взирая на меня.
Ой, прекращай спектакль разыгрывать, попросила устало, отступая спиной вперёд, причём по направлению к его карете.
Ты!.. прохрипел серебристый, силясь сказать что-то ещё, но отнимающийся язык он не отыгрывал, действительно временно лишившись возможности говорить.
Сейчас ещё и сознание потеряет, но основой печати было совсем не это действие.
И я, не скрывая злости, от души пожелала:
Удачной личной жизни, мразь.
С ней у него теперь будут откровенные проблемы. Но мне его даже жаль не было, честное слово. Зато теперь перестанет девушек похищать, необходимость попросту отпала.
Запрыгнув в чужую карету, я одобрительно улыбнулась всё видевшим и от потрясения даже дышать переставшим девочкам, протянула руку и разместила на каждом из элементов их оков по светящемуся в полумраке символу, чтобы быстро нарисовать уничтожающую печать пальцем на дне кареты, напитать энергией, пустить силу волной по кабинке и с облегчением услышать хруст ломающихся на куски железных кандалов и ошейников.
На улицу, приказала, первой выпрыгивая на дорогу, где серебряный уже потерял сознание и спал, уткнувшись мордой в камни.
Вас посадят, выбравшись следом, жалобно пропищала девочка, которая вообще ещё ребёнок, ей лет тринадцать всего.
Появилось желание бессознательное тело гада ещё и попинать.
Мне плевать, я не местная, отозвалась со злостью. Идёмте, нужно вернуть вас домой.
Наверно, вид у меня был достаточно грозный, чтобы девочки послушно поспешили следом.
Уйти мы успели лишь до конца улицы, затем откуда-то из-за угла выплыла мощная фигура мужчины-полукровки. Мы были вынуждены остановиться, я так и вовсе машинально потянулась к источнику, готовясь к ещё одной схватке, но высокий широкоплечий мужчина в кожаном фартуке глянул на спасённых рабынь, бросил мрачный взгляд на оставшегося валяться храмовника и пристально посмотрел в мои глаза.
Что он нас не обидит, я поняла на долю секунды раньше, чем услышала хмурое:
Мы спрячем.
Я очень плохо знала драконов, но достаточно хорошо разбиралась в людях, чтобы отпустить плетения боевой печати, нервно улыбнуться и выдохнуть искреннее:
Спасибо.
И пойти вслед за суровым незнакомцем, поманив за собой девочек и не сомневаясь в том, что он действительно не желал зла ни одной из нас.