Кутузова Кристина - Меня нет стр 6.

 Что? Они встречаются?

 Ну, она бы этого хотела. Но, насколько известно, он просто развлекается. Так,  брюнет резко остановился и глубоко вдохнул,  вон её дом. Мне надо собраться с духом.

Пару минут мы молча стояли посреди дороги, разглядывая облака, пока позади не раздался оглушающий рев мотора. Я обернулась и заметила подъезжающий к нам мотоцикл. Черный, блестящий, такой красивый и внушительный, что даже перехватило дыхание.

Железный конь остановился около нас, и всадник приподнял тонированное забрало шлема. Эти насмешливые светло-серые глаза я уже запомнила,  Ковалев.

 Что, оттягиваете неизбежное?  едва перекричав рычание, рассмеялся он,  погнали, трусишки, я вас защищу.

Слава рванул вперед и резким поворотом, едва не завалившись на бок, припарковался у витых золотых ворот, которые тут же отворились.

Дом и правда оказался внушительным: четыре этажа, огромный двор с бассейном метров в десять и идеальным газоном, всюду позолота и белый мрамор. Пожалуй, я и сама жила бы в таком, если бы мне хватало пафоса и идиотизма. С порога нас встретила огненно-рыжая красотка в длинном красном халате с мехом на рукавах и хмуро оглядела меня.

 И на кой черт нам эта неполноценная? Какая от неё польза без памяти?  фыркнула она.

 Милая, не будь стервой,  блондин прошел мимо и грязно шлепнул её по действительно сочной заднице, от чего она, вся воссияв, поспешила за ним.

 Мда, я и правда в ужасе,  тихо шепнула я Роме и поплелась за ними.

 Там в саду уже все подготовили. Могу попросить принести выпить. Сегодня жарко,  все лепетала Кошкина, семеня по следам своего возлюбленного.

Мы прошли через изящный холл, забитый трудящейся прислугой, в благоухающий сад. И как они добились, чтобы все так цвело уже в конце апреля? Мощеные камнем дорожки, невысокие деревья разных оттенков и целые поляны цветов. Розы, тюльпаны, нарциссы илилии? Я остановилась у небольшой клумбы и оглядела бутоны,  красные, белые, сиреневые. Ни одной розовой. Преследующие меня цветы были нежного, пудрового оттенка. Значит, они, к счастью, не отсюда.

Устроившись в беседке, мы погрузились в неловкое молчание. Лера продолжала пожирать меня взглядом, будто невзначай все сильнее продвигаясь с Ковалеву. Неужели, ревнует? Боится, что отниму? Ему же словно было абсолютно все равно. Он достал из кармана джинс железную коробочку с переливающейся надписью «макинтош» и зубами выудил из неё сигарету.

 Жига есть?  он глянул на Рому.

 Есть,  недолго помявшись, ответил он и протянул зажигалку через стол.

 Ты разве куришь?  я удивлено посмотрела на него.

 Предпочитаю делать это в более подходящее время.

 Неужели сейчас не самый подходящий момент? Вы все сидите, как обиженки. Че мне еще делать? Любоваться вами? Цветочками? Неинтересно.

Тишину скрасили шипение сигареты и клубы красиво вьющегося дыма. Я невольно вдохнула поглубже,  на языке остался мягкий привкус табака. Что-то знакомое. Может, я тоже курила? Стало интересно, расстроится ли мама, если узнает.

Наконец, мужчина в смокинге вынес кувшин с ледяным лимонадом, и все вдруг оживились.

 Итак, у нас праздник для сирот,  задумчиво протянула рыжая,  сколько будет человек?

 Около тридцати детей, от пяти до пятнадцати лет. И гости, важные шишки. Неясно, сколько их, но не меньше пяти.

Ковалев потушил сигарету и, придвинув к себе большой лист бумаги, принялся грубо что-то вырисовывать:

 План такой,  на листе появились очертания какой-то палатки,  ставим шатер метров на двадцать, сцену, стулья. Мы с Лерой организуем концерт. С вас какие-нибудь активности,  он повернул рисунок в нашу сторону, и я разглядела среди описанного зала маленьких человечков в смешных костюмах.

Рома ткнул пальцем в одну из таких фигур, самую высокую:

 Это ведущий?

 Да, без него некому будет вытягивать деньги из спонсоров.

 Может, устроим детям арт-терапию, а потом соберем выставку рисунков?  добавила я, ожидая, что меня поднимут на смех. Но все лишь закивали и продолжили обсуждение.

Мне больше нечего было предложить, поэтому я разглядывала ребят, почти не слушая их. Кошкина и правда оказалась красоткой, но, кажется, полной дурой. Славе было все равно. Я ловила, как его рука опускается ей на бедро, как она расцветает и целует его в щеку. И, что самое неприятное, в эти моменты я ловила его взгляд на себе. Но понять, с кем именно из нас он играет, не могла.

Лишь повернувшись к Роме, я заметила, что что-то идет не так, и снова вникла в разговор.

 Рот свой закрой,  прорычал брюнет.

 А то что? Снова обидишься?  Ковалев расплылся в улыбке и медленно перевел взгляд на меня,  ну как, он уже начал тебе плакаться? Хотя, наверное, решил попробовать новую тактику. Джентельмен и герой. Еще не успел пригласить на вечеринку?

 Еще хоть слово

 Ну, давай, хоть попытайся быть мужиком. Попробуешь набить мне морду?

Рома словно опомнился и спокойно выдохнул, прикрыв глаза:

 И чего ты добиваешься? Ты же знаешь, не побежит она за тобой, хоть ты в лепешку разбейся, пытаясь что-то доказать. Не был нужен раньше, не нужен и сейчас. Просто смирись и лапай дальше Леру свою. Только закрой свой долбанный рот.

 О, друг, не разбивай мне сердце!  блондин схватился за голову,  уводишь девушку моей мечты!

Только сейчас дошло, что речь обо мне. И стало так мерзко, что к глотке подобралась злость. Я встала из-за стола и влепила пощечины обоим.

 Я не игрушка и не вещь, чтобы устраивать подобные спектакли. Вы ведете себя как полные придурки и уроды. Ладно этот,  я глянула на Рому,  но хоть от тебя я ожидала адекватного поведения. Не смейте обсуждать меня. А если так тянет мериться письками, то приплетать меня не нужно,  на одном дыхании пропалила я и поспешила на выход.

Какой же идиотской идеей было участвовать в этом проекте. Надо было сразу догадаться, что с такой командой не ждёт ничего хорошего. Они издеваются над моим прошлым, пока я ничего не понимаю, и злорадствуют.

Жар не спадал с лица, поэтому я упрямо шла вперед, вдоль дороги, словно это хоть как-то поможет. Горела ладонь от пощечин, распалялась ярость, и когда сзади послышались шаги, я лишь ускорила шаг. Я была почти уверена, что оторвалась, но кто-то вдруг схватил меня за плечи и развернул. Ожидая увидеть Рому, я едва открыла рот, но тут же смолкла, встретив перед собой блондина.

 Ну, чего ты надулась-то?  он наклонил голову вбок,  я понимаю, да, Рома просто невыносимый приду

Я прервала его, сбросив руки со своих плеч:

 Дело не только в Роме! Вы оба придурки. Я уже сказала все, что думаю о вас.

Слава огляделся по сторонам и склонился к моему уху:

 Ты просто выбрала не ту компанию,  его губы коснулись мочки моего уха, и я вздрогнула,  они все ничтожные, жалкие букашки, которые в твоей беде ищут только выгоду для себя. Ромочка твой сохнет по тебе, и вот вам повод стать опорой авось влюбишься.

 Не тебе обсуждать со мной чувства Ромы, ясно?  выплюнула я,  ты мне не подружка и не мамочка.

 За это я тебя и обожаю,  сухо рассмеялся он, приблизившись к моему лицу,  не будь такой простой. Ты становишься легкой добычей. Потому что выглядишь глупо,  легким движением он заправил выбившуюся прядь мне за ухо и, развернувшись на пятках, зашагал обратно к дому Кошкиной.

Хотелось крикнуть вслед что-то вроде «сам ты идиот», но тогда я действительно выглядела бы глупо. Поэтому я тихо выругалась и поплелась домой. Более дурацкого и при этом полезного разговора, пожалуй, никогда больше не случится.

***

В доме витал запах корицы. Ужасно захотелось сладкого, поэтому я поспешила на кухню в надежде, что Елена уже что-то приготовила. Но на удивление застала маму с тарелкой теста, в компании неизвестного мужчины. Он был крупнее Виктора, хоть и не выше, и одет совсем по простому: джинсы, затасканный свитер и висящие на воротнике солнцезащитные очки.