Всего за 599 руб. Купить полную версию
Глава 7
Свадьба демона. Наследный принц в красном паланкине
Часть вторая
Свадебный паланкин покрывал алый шёлк, расшитый изображениями цветов, драконов, фениксов и полных лун символами супружеского счастья и процветания. Нань Фэн и Фу Яо шли справа и слева от него, а Се Лянь с прямой спиной сидел внутри, покачиваясь в такт шагам носильщиков.
Все восемь выбранных на эту роль мужчин были военными, блестяще владеющими боевыми искусствами. Чтобы отыскать таких, Нань Фэн и Фу Яо самолично отправились в дом отца похищенной невесты и рассказали о намерении вечером начать поиски на горе Юйцзюньшань. Хозяин без лишних вопросов предоставил в их распоряжение отряд рослых и сильных воинов. На самом деле духи войны не рассчитывали на их помощь в бою они только хотели удостовериться, что в случае нападения злого духа тренированные мужчины смогут постоять за себя и уйдут невредимыми.
Военные были совсем не рады такому раскладу: будучи мастерами своего дела, лучшими в округе, они собирались возглавить поход, а тут явились эти желторотые юнцы и принялись устанавливать новые порядки. Ослушаться приказа воины не посмели и покорно исполняли роли носильщиков, но время от времени будто нечаянно трясли и наклоняли паланкин, отчего сидящего внутри Се Ляня кидало из стороны в сторону. Будь в паланкине кто-нибудь понежнее беднягу бы уже вывернуло наизнанку.
В какой-то момент Се Лянь всё-таки не удержался и вздохнул; носильщики злорадно заухмылялись.
Фу Яо снаружи произнёс равнодушно:
Госпожа, что с вами? Выходя замуж в столь преклонном возрасте, вы так счастливы, что не можете сдержать слёз?
Многие невесты, покидая отчий дом, в свадебном паланкине плакали навзрыд.
Нет, нарочито серьёзно ответил Се Лянь. Мне просто пришло в голову, что этой процессии недостаёт очень важной детали.
Это какой? удивился Нань Фэн. Мы тщательно всё подготовили.
Не хватает пары служанок, сопровождающих невесту, улыбнулся Се Лянь.
Юноши снаружи, не сговариваясь, уставились друг на друга. От картины, которую нарисовало им воображение, оба вздрогнули. Первым нашёлся Фу Яо:
Будем считать, что ты из бедной семьи и у тебя нет денег на прислугу.
Ладно, согласился Се Лянь.
Слушая эту шутливую перебранку, военные не могли удержаться от смеха. Атмосфера немного разрядилась, мужчины сменили гнев на милость и паланкин перестал подпрыгивать при каждом шаге. Се Лянь оправил полы одеяния, откинулся назад и прикрыл глаза
Внезапно он услышал детский смех.
Этот таинственный смех расходился по воздуху, словно рябь по воде. Но носильщики продолжали двигаться вперёд как ни в чём не бывало, и Нань Фэн с Фу Яо молчали похоже, они не замечали ничего странного.
Се Лянь открыл глаза и позвал шёпотом:
Нань Фэн, Фу Яо.
Нань Фэн, идущий слева от паланкина, спросил:
В чём дело?
Началось, ответил Се Лянь.
К тому времени их «свадебная процессия» уже вступила на земли горы Юйцзюньшань.
В окружающей тишине скрип паланкина, треск сухих веток под ногами и звук тяжёлого дыхания носильщиков казались оглушительно громкими. А детский смех всё не умолкал: то он звучал издалека, из лесной чащи, то раздавался совсем близко, будто обладатель таинственного голоса пытается взобраться прямо на паланкин.
Нань Фэн прислушался:
Я ничего не слышу.
Я тоже, сухо добавил Фу Яо.
Простые носильщики и вовсе ни о чём не догадывались.
Се Лянь высказал предположение:
Возможно, этот звук предназначается только для меня.
Отправляясь в путь, воины не испытывали страха. Кто знает, по какому принципу призрачный жених выбирает невест; авось и в этот раз поход на гору закончится ничем. Ну а случись что мужчины были уверены в своих силах. Но вдруг носильщики вспомнили о судьбе прошлой процессии, когда сорок не менее умелых воинов пропали без следа, и на висках у них проступил холодный пот. Се Лянь почувствовал, что они замедлили шаг, и предостерёг:
Не останавливайтесь. Притворитесь, что ничего не происходит.
Нань Фэн взмахнул рукой, давая знак продолжать движение. Се Лянь вновь произнёс:
Поёт.
Что поёт? спросил Фу Яо.
Внимательно прислушавшись к детскому голосу, Се Лянь принялся повторять строчку за строчкой:
Молодая невеста, молодая невеста, молодая невеста в красном свадебном паланкине
В ночной тиши отчётливо звучал его голос. Он всего лишь повторял чужие слова, но носильщикам вдруг показалось, что они тоже слышат детское пение, и волосы у них встали дыбом.
Се Лянь продолжал:
Со слезами на глазах переходит горный пик, под свадебным покрывалом не мелькнёт улыбка Злой дух Это о призрачном женихе? Или о чём?
Замолчав на некоторое время, он заключил:
Не выходит. Из-за смеха я не могу разобрать слов.
Нань Фэн нахмурился:
И какой в этом смысл?
Это совет невесте, ответил Се Лянь. Чтобы плакала и не думала улыбаться.
Он что, явился специально, чтобы рассказать тебе об этом?
У Фу Яо, как обычно, на всё было собственное мнение:
Слишком просто. Это может быть обман. Велит лить слёзы, а на самом деле только смехом и можно спастись. Невесты верили ему, начинали плакать и попадали в ловушку.
Фу Яо! Любая девушка, услышав эти звуки, перепугается до смерти. Тут и без всяких напоминаний ей будет не до смеха. В конечном итоге, буду я плакать или смеяться, что самое страшное может случиться?
Похитят.
А разве не этого мы добиваемся?
Фу Яо фыркнул, но спорить не стал, а Се Лянь продолжил:
И ещё кое-что, о чём вам стоит знать. С тех пор как я сел в паланкин, я не переставал улыбаться.
Едва он договорил, как паланкин резко накренился в сторону. Началась суматоха; перепуганные носильщики застыли на месте, а Нань Фэн громко закричал: «Отставить панику!» Се Лянь высунул голову и спросил:
Что случилось?
Ничего. Всего лишь дикие животные, равнодушно отозвался Фу Яо.
Сразу после этого ночное небо прорезал протяжный волчий вой. Целая стая зверей преградила им дорогу! Се Ляню это показалось странным, и он спросил:
Разве на горе Юйцзюньшань водятся волки?
Никогда об этом не слышал. Откуда бы им тут взяться? растерянно ответил один из носильщиков.
Что ж, заключил Се Лянь. Выходит, мы на месте.
Волки не представляли угрозы ни для Нань Фэна с Фу Яо, ни для отряда воинов, закалённых в боях, просто застали путников врасплох, пока те размышляли над загадкой песенки злого духа. Во мраке ночного леса загорелись тускло-зелёные глаза, и один за другим голодные хищники начали выходить из чащи, окружая процессию. Сражаться с обычным зверьём куда лучше, чем с существом, которое нельзя ни увидеть, ни потрогать, люди взяли себя в руки и приготовились к бою. Но затем послышались шорохи, не похожие ни на шаги животных, ни на рычание, ни на человеческий голос.
Один из воинов испуганно воскликнул: «Что это?! Что ещё за тварь?!»
Нань Фэн разразился бранью. Се Лянь попытался было высунуться из паланкина, но Нань Фэн остановил его: «Сиди здесь!»
Принц успел только поднять руку, и паланкин содрогнулся кто-то ухватился за него сбоку. Он опустил глаза и увидел в просвете под свадебным покрывалом чёрный затылок существа, которое пыталось протиснуться внутрь.
Тварь успела просунуть голову, но кто-то перехватил её и выволок наружу. Стоящий перед паланкином Нань Фэн громко выругался: «Проклятье, это же дикий раб!» и Се Лянь понял, что дело плохо.
Согласно классификации, принятой во дворце Линвэнь, дикие рабы не дотягивали даже до статуса «жестокий», но на деле большинство небожителей, будь у них выбор, с большей охотой предпочли бы сражаться с более опасным «свирепым» противником, нежели с этими тварями.
Возможно, когда-то дикие рабы были людьми, но трансформация исказила их тела: есть голова и лицо, но очертания размыты; есть ноги и руки, но они неспособны ходить прямо; есть рот и зубы, но понадобится целая вечность, чтобы дикий раб сумел загрызть кого-то до смерти.