Мандрова Анастасия - Сводные по контракту стр 6.

Татьяна после ночных съемок вернулась всего час назад. Матвей заботливо подливает ей в чашку горячий кофе, и это действие с его стороны должно вызвать у меня умиление, но я чувствую лишь раздражение. Сегодня папа уезжает на несколько дней на гастроли и оставляет меня, свою единственную дочку, наедине с этими людьми. Наверное, я слишком преувеличиваю сложившуюся ситуацию, но я бы своего ребенка не оставила одного с теми, кого знаю всего несколько дней.

 Не переживай, Олег,  успокаивает моего отца Татьяна и подмигивает мне.  Мы позаботимся о Лизе. Сегодня ничего не обещаю, а завтра можем сходить на шоппинг.

Я мило улыбаюсь на подмигивание Татьяны. Не хочу показаться невежливой, хотя в глубине души мне хочется выскочить из-за стола и хлопнуть дверью наотмашь. Кто сказал, что я хочу проводить время с этой женщиной?

Матвей внимательно смотрит на меня и как будто догадывается, о чем я думаю. Выплеснуть бы ему в лицо стакан свежевыжатого сока, но я держу свои желания под контролем и как мантру повторяю про себя, что выдержу год в кругу этих людей.

 Это было бы замечательно,  говорит папа и добавляет:  Если кто-то из вас поедет в город, можете и Лизу захватить. Там ее друзья. Пусть развеется.

 Конечно! Матвей как раз сегодня хотел поехать в город по делам, привезет и увезет,  торопливо говорит Татьяна.

Я кидаю взгляд на парня, который не перечит, но и не выражает восторг по поводу того, что я сяду к нему в машину.

 Я и на такси могу поехать,  предлагаю я другой вариант.

 Какое такси, когда есть мы!  Татьяна не оставляет мне никаких шансов.

 Через час жду у ворот.

Матвей сегодня сама галантность! Бросил нейтральную фразу и встаёт из-за стола, чтобы как можно быстрее покинуть столовую.

 Кое-кто сегодня не в духе,  оправдывается за своего сына Татьяна.  Наверное, слишком много спал.

 Или наоборот мало.

Неожиданно для себя я говорю эту фразу вслух, что заставляет Матвея остановиться и взглянуть на меня. И этот взгляд мне совсем не нравится. Как будто я вслух назвала его всеми, имеющими к нему прямое отношение, словами, которые крутились в моей голове последние дни.

 С чего ты взяла, что я мало спал?  осторожно интересуется Матвей, подходя ко мне ближе.

 Не знаю.  Я пожимаю плечами, но не могу сдержать на губах улыбку.

Жаль, что мой папа и Татьяна заняты своим разговором, не обращая никакого внимания на нас. Матвей наклоняется ко мне так, чтобы то, что он скажет было слышно только мне.

 Следишь за мной?

 С чего бы?

 Вчера я весь день был дома и лег рано спать,  говорит Матвей уже громче, чтобы его слова были слышны всем в этой комнате.

 Правда?  У меня уже на кончике языка нетерпеливо вертятся слова про вечеринку, но почему-то я их так и не произношу.

 Конечно! Если ты действительно,  Матвей намеренно выделяет последнее слово интонацией,  хочешь поехать, то пора заканчивать с завтраком и начинать собираться.

 Спасибо за совет,  отвечаю я ему, медленно отпивая из своей чашки чай. Торопиться я и не собираюсь.

 А детки подружились,  радостно заключает Татьяна, глядя на нас.

 Как можно не подружиться с таким чудесным человеком, как ваш сын,  говорю я и одариваю ее милейшей улыбкой.

Где-то в дверях слышу, как Матвей издает короткий смешок, но я никак не реагирую на это. Просто возвращаюсь к своему завтраку, который уже расхотелось доедать. Конечно, я не поеду с Матвеем в город. Не хочу слушать его колкости всю дорогу. Не хочу и не буду!

Когда Татьяна уходит спать, папа спрашивает меня:

 Матвей тебя не обижает?

 Нет. С чего ты взял?

 Он хороший парень, но все-таки ему двадцать один, а тебе семнадцать. Скажи мне, если что.

Я киваю, а папа целует меня в щеку и торопливо берет свой чемодан. Такси уже ждет его у ворот. А я остаюсь наедине с посудомоечной машиной, с которой ещё нужно разобраться, как она работает. Я наблюдаю, как такси увозит единственного человека, которого люблю, и с тоской осознаю, что теперь остаюсь в этом чужом доме совсем одна.

Посудомоечная машина никак не включается. Я уже готова стукнуть по ней изо всех сил, когда чья-то рука нажимает несколько кнопок, и, о чудо, все начинает работать.

 С техникой такие же проблемы, как и с музыкой? Не разбираешься?

Я разворачиваюсь и встречаюсь с насмешливым взглядом Матвея. Он стоит, облокотившись на кухонный шкаф, так и не переодевшись в нормальную одежду.

 Очень смешно!

 Вообще-то грустно.

 Да? А у тебя какие-то проблемы с принятием себя? То ты ботан, сидящий дома и мучающий виолончель, то мажор, сбегающие на вечеринки, когда мама не видит?

 Ты что правда следила за мной?  возмущается Матвей, а в глазах смешинки пляшут.  Тебя можно сталкершей называть?

 А тебя? Кем называть мне тебя?

Я настолько зла, что срываю с головы Матвея ободок, и его челка падает на лоб, почти закрывая глаза.

 Давай будем честными.  Он выхватывает свой ободок из моих рук, но не возвращает на прежнее место.  Мажорка в этом доме ты. Только и делаешь, что ничего не делаешь! А меня ты совсем не знаешь и не узнаешь никогда.

 С чего ты взял, что я такая?

Матвей вдруг оказывается совсем близко со мной. Я чувствую его дыхание на своем лице. Он проводит пальцем по моей щеке и хватает за подбородок, приподнимая его. Это не больно, но совсем не приятно. Приходится смотреть на Матвея, не отводя взгляд.

 Ты такая же, как и все золотые девочки, не знающие никаких проблем,  говорит он, думая, что этими словами ранит меня.  Все, что у вас есть это красивая внешность и деньги родителей. Ты соришь деньгами не раздумывая. Ты попусту тратишь свое время на никому ненужные танцульки

 Сказал тот, кто вернулся под утро с вечеринки,  перебиваю я Матвея.

 Тебе не понять!  резко отвечает он.

 Куда уж мне

Я убираю его руку с подбородка и пытаюсь пройти мимо него, но Матвей заслоняет проход.

 Почему ты здесь?  спрашивает он, сжимая в руке ободок. Я слышу, как трещит хрупкая пластмасса.

 Я задаю себе тот же вопрос.

 Почему ты не могла отговорить своего отца не подписывать этот дурацкий контракт?

 Потому что его популярность дороже мнения его дочери,  признаюсь я и в гневе продолжаю:  Твоя мама тоже согласилась на эту авантюру.

Я прохожу мимо Матвея, который уже этому не препятствует. Он словно уменьшается в росте, хотя до этого казался мне намного выше.

 У тебя полчаса. Ждать тебя не буду,  бросает он мне в спину.

 А я успею,  надменным тоном говорю я и стараюсь как можно медленнее подниматься по лестнице.

Я, может, и ехать в город уже не хотела. Но теперь назло этому придурку приду вовремя и сяду в его идиотскую машину.

Глава 6. Матвей

Лиза, к моему огромному огорчению, всё-таки успевает к назначенному мной времени. Более того, когда я подходил к своей машине, эта взбалмошная девчонка уже сидела на капоте и делала селфи.

 Слезь с моей машины,  приказываю я, но Лиза будто не замечает меня. Она продолжает фотографироваться, меняя ракурсы.

Я сажусь в машину и завожу ее. Девушка нехотя спрыгивает с капота и садится рядом со мной. Играет в молчанку Что ж, мне очень даже подходит эта игра.

Когда мы выезжаем на шоссе, я включаю радио, по которому играют рок. Громкие басы и хрипящий вокал солиста вполне подходят мне под настроение.

 Я думала, ты слушаешь только классическую музыку,  нарушает молчание Лиза.

 Нет. С чего ты взяла?

 Это был сарказм.

Я оставляю ее сарказм без комментария.

 Переоделся, чтобы не выглядеть в городе полным придурком?  спрашивает Лиза, глядя на мою футболку с известным логотипом на плече.

 Дома одеваюсь как хочу. Тебя это не должно волновать.

 Но меня волнует. Сделай одолжение, выброси ту ужасную зелёную футболку.

 Тебя забыл спросить, что мне делать.

 И всё-таки, кем бы ты не прикидывался, а машина у тебя пижонская. Зачем парню, играющему на виолончели, такая крутая спортивная машина?