Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
В богословии первых христиан пророчество о разрушении Храма тесно связано со Вторым Пришествием. Осада Иерусалима это начало тех бедствий, которые приведут к оскудению любви на земле и последним испытаниям перед Вторым Пришествием Спасителя.
Для первых христиан особенно острым был вопрос эсхатологических чаяний, эсхатологических ожиданий. И важен тот факт, что о последних временах говорят сами апостолы. Вот, например, апостол Петр, описывая Христа как непорочного и чистого Агнца, предназначенного еще прежде создания мира, указывает на то, что Он явился в последние времена для нас. Апостол Иоанн Богослов заявляет решительно и однозначно: «Дети! последнее время» (1 Ин. 2:18).
Серафим, епископ Истринский, председатель Синодального отдела по делам молодежиКонечно, эти слова следует понимать в широком смысле. Пришествие в мир Спасителя само по себе стало концом ветхого времени и началом времени нового, последнего, предшествующего Второму Пришествию, в котором мы и живем сейчас.
Конец времени переживался уже как наступивший. Например, крещение многими понималось как вводящее в единый праздник, в вечную Пасху, в восьмой день творения. При этом восьмой день творения воспринимался как день вне времени, вне семи других дней. Этот восьмой день есть невечерний день Царствия Божия, Церкви Христовой.
Серафим, епископ Истринский, председатель Синодального отдела по делам молодежиХристос в своих пророчествах предрекал миру тяжкие испытания в последние дни, и первые христиане, ощущавшие их уже наступившими, ждали этих страданий, готовились к ним.
Эфес
Но жизнь тем временем продолжалась, и все больше евреев, в том числе и христиан, бежали из разоренной Иудеи в Малую Азию. Именно туда перемещается центр духовной жизни во второй половине I века.
По морю, если будет хорошая погода, навигация займет три-четыре дня, и пожалуйста, вы уже находитесь на территории современной Антальи, Аланьи или Мир Ликийских. Чем интересен был этот регион для христиан? Ну прежде всего тем, что там было много самых разных иудейских общин, и поэтому переселенцев или беглецов принимали. И центром этого малоазийского региона был Эфес.
Протоиерей Георгий Урбанович, кандидат богословияС Эфесом связывалось служение апостола Павла, он провел там два с половиной или три даже года и затем поставил в Эфесе преемником своего ближайшего верного ученика Тимофея. И, конечно же, с Эфесом связан великий деятель христианского мира, который, можно сказать, самым последним из апостолов сопровождал христианскую Церковь весь I век, это апостол Иоанн Богослов.
Вероника Андросова, кандидат богословияО биографии апостола Иоанна Богослова из канонических текстов известно очень и очень мало. Даже в его собственных произведениях в Евангелии, в Апокалипсисе, в Посланиях очень скромно представлен его образ, поэтому все, что мы знаем о его жизни в Эфесе, происходит из апокрифов.
Понятно, что у апокрифов есть определенный «привкус», понятно, что есть вопрос насколько мы можем или не можем доверять им. Во-первых, апокрифы хотя и надписаны именами Иоанна, Павла, Андрея, Петра, чаще всего датируются II-м, а то и III веком. Это уже вызывает долю сомнения. Во-вторых, это вопрос географии. Они могли быть написаны совершенно не в том месте, в котором происходили описываемые в них события.
Протоиерей Георгий Урбанович, кандидат богословияНо вместе с тем эти тексты, видимо, зачастую передают те устные предания, рассказы о жизни апостолов, которые были распространены среди христиан в самые первые века, поэтому совсем сбрасывать их со счетов не стоит.
Самое интересное в этих апокрифах, которые посвящены Иоанну Богослову, это то, как они описывают начало его миссии. Это совершенно отличается от того, что мы представляем, говоря о миссии апостола Павла. Павел приходил в какой-то новый город, у него была совершенно четкая схема, он заходил в синагогу, начинал там проповедовать или проповедовал на каких-то площадях, торжищах, форумах. Иоанн поступил иначе. Когда он зашел в Эфес, то первое, что он сделал устроился на работу. Вот как текст апокрифа «Деяния Иоанна» описывает первый визит апостола в Эфес. «Он вошел во врата Эфеса, и взглянул направо, и увидел там баню одну, выстроенную для омовения тел, и повернул туда». Сегодня, заходя в Эфес, мы также проходим через главные ворота, и с правой стороны можем видеть ту самую баню, которую видел Иоанн в свое время.
В различных версиях апокрифа начальниками Иоанна в термах были разные люди. В одном случае «мужеподобная женщина», в которую временами вселялся дьявол и которая жестоко избивала апостола; в другом вполне благожелательный к нему хозяин. Так или иначе, Иоанн работал в бане, и проповедь его поначалу заключалась лишь в том, что он являл собой пример праведной жизни, а об Иисусе Христе рассказывал лишь тем, кто спрашивал, совсем не как Павел. Но не надо забывать, что бани или термы это не просто сауна в современном смысле это культурно-развлекательный центр того времени. Сюда приходили не только помыться, но и поговорить, послушать интересные беседы. Так что место, вполне вероятно, было выбрано апостолом не случайно.
У эпарха Эфеса, или местного губернатора, был очень непослушный сын, который любил по ночам прибегать в эти бани с шумной компанией и устраивать тут всякие безобразия. Поскольку управляющим был Иоанн, он делал им замечания, а они в ответ над ним издевались или даже избивали его. После очередного такого хамства юноша падает мертвым. Естественно, прибегает отец, начинается разбирательство, но Иоанн говорит, что может его воскресить, и через какое-то время возвращает юношу к жизни.
Апокриф «Деяния Иоанна» дошел до нас в нескольких вариантах, на греческом, латинском и сирийском языках. В сирийском варианте он звучит как «Деяния Иоханнана». В нем во всех подробностях описана миссия Иоанна Богослова в Эфесе и его очень успешная проповедь в Эфесском театре, руины которого сохранились. Это совершенно грандиозное место примерно на 2627 тысяч зрителей.
Протоиерей Георгий Урбанович, кандидат богословияСразу после этого всколыхнувшего весь город события воскрешения сына губернатора огромная толпа людей, возглавляемая самим губернатором, приходит сюда в амфитеатр. Иоанн Богослов произносит тут первую свою публичную проповедь, после которой эпарх просит крестить его. Иоанн крестит губернатора прямо на сцене театра, и в тот день крестилось 39 205 человек, вот такая точная цифра приводится в этом апокрифическом описании. Естественно, такой грандиозный успех порождает большую зависть, и начинается довольно серьезный конфликт между Иоанном и язычниками.
Дело в том, что в Эфесе находился тогда один из самых известных храмов всего античного мира Артемисион, храм Артемиды Эфесской. Он был одним из семи чудес света, и толпы паломников приходили сюда, чтобы принести ей жертвы. Археологи находят следы настоящей туристической индустрии античной эпохи множество сувениров, производство которых в городе было поставлено на поток. Было бы удивительно, если бы у апостола Иоанна не возникло противоречий со жрецами.
Возможно, дело было даже не в религиозном факторе, а в том, что эпарх, видимо, увидел возможность не то чтобы свести счеты с храмом Артемиды, но как-то показать этому храму, что он не является религиозной или финансовой доминантой Эфеса. Есть подтверждение тому. Ровно такая же непростая история была в Египте, в Александрии, где александрийские жрецы были также очень самостоятельны и политически, и финансово. Это даже вынудило римскую администрацию ввести специальную должность чиновника, который подчинялся напрямую императору.
Протоиерей Георгий Урбанович, кандидат богословия