Всего за 399 руб. Купить полную версию
Э-э, начал он, здрасьте. Софи велела вам передать, что мы на сегодня все и что она вам хочет еще одну штуку показать.
Они уже убрали метки и оставили жертвенник, так что сейчас территория раскопок обезлюдела: репортеры давно разъехались, а археологи разошлись по домам все, кроме Ханта, но и тот как раз садился в красный форд-фиеста. Когда мы вышли из-за вагончиков, я заметил, как между деревьями мелькнуло что-то белое.
Привычная процедура сбора показаний меня в немалой степени успокоила (Кэсси называет такие предварительные беседы стадией ничё: никто ничё не видел, ничё не слышал и ничё особенного не делал), но когда мы вошли в лес, по спине снова пробежал холодок. Не страх, а внезапная настороженность, так бывает, когда тебя неожиданно окликают или когда над головой беззвучно и стремительно проносится летучая мышь. Почва в леске была мягкой и плотной, ноги утопали в многолетнем ковре из листвы, а свет за кронами сплоченных деревьев сиял негасимым зеленым пламенем.
Софи и Хелен ждали нас на небольшой полянке ярдах в ста от опушки.
Я специально оставила, чтобы вы взглянули, сказала Софи, но хочу собрать тут все еще до заката. Устанавливать освещение я не собираюсь.
На этой полянке явно кто-то ночевал. В одном месте, размером с лежанку, опавшая листва была примята. Чуть поодаль, в нескольких ярдах, на расчищенной земле темнело кострище. Кэсси присвистнула.
Это место убийства? спросил я впрочем, без особой надежды.
Будь это так, Софи сообщила бы нам во время опросов.
Нет, исключено, ответила она. Мы тут все прочесали ни следов борьбы, ни крови. Возле кострища что-то пролили, пятно там большое, но не кровь. Если судить по запаху, скорее всего, красное вино.
Какой изысканный походник, сказал я, приподняв бровь.
Я уже успел представить себе живописного забулдыгу, но рыночные законы убедительно указывают на то, что ирландские забулдыги предпочитают крепкий сидр или дешевую водку.
Я подумал было, что место, возможно, стало пристанищем какой-нибудь романтической парочки, которой захотелось приключений или просто некуда было податься, однако лежанка явно предназначалась для одного.
Еще что-нибудь нашли?
Мы возьмем на анализ пепел вдруг тут сожгли окровавленную одежду, например, но по виду похоже на обычную древесину. Нашли следы ботинок, пять окурков и вот еще что. Софи протянула мне полиэтиленовый пакетик с этикеткой.
Я поднял его, чтобы посмотреть на свет, Кэсси, приподнявшись на цыпочках, заглянула мне через плечо.
Светлый вьющийся волос.
Рядом с кострищем нашли, вон там, Софи указала большим пальцем на пластмассовый указатель.
Есть соображения, когда здесь побывали в последний раз? спросила Кэсси.
Пепел не прибило дождем. Я уточню, какая погода стояла тут в последние дни, но там, где я живу, дождь шел в понедельник с утра, а это всего в двух милях отсюда. Похоже, тут ночевали либо этой ночью, либо предыдущей.
Можно на окурки взглянуть? спросил я.
Да сколько влезет, великодушно разрешила Софи.
Я нацепил медицинскую маску, вооружился пинцетом и присел на корточки возле одной из маленьких пластмассовых этикеток рядом с кострищем. Окурок был от самокрутки, тоненький, докуренный почти до основания. Кто-то явно берег табак.
Марк Хэнли курит самокрутки, я выпрямился, и у него длинные светлые волосы.
Мы с Кэсси переглянулись. Шел уже седьмой час, с минуты на минуту позвонит ОКелли и потребует отчета. Беседа с Марком, вероятнее всего, затянется, даже если мы не заблудимся в путанице местных дорог и отыщем жилище археологов.
Забудь, завтра с ним поговорим, сказала Кэсси, а сейчас я хотела еще к учительнице балета по дороге заскочить, если с голода не умру.
Она прямо как щенок, сказал я Софи.
Ее помощница Хелен изумленно посмотрела на меня.
Ага, зато породистый, весело огрызнулась Кэсси.
Мы зашагали через раскопки к машине (как Марк и предупреждал, обувка моя совсем потеряла вид, в каждый шов забилась буро-рыжая грязь, а ведь отличные были ботинки! Я успокаивал себя тем, что ботинки убийцы теперь тоже наверняка ни с какими другими не спутаешь), и по пути я оглянулся на лес и снова заметил белое пятно. Софи, Хелен и парень-криминалист медленно двигались между деревьями, тягуче и плавно, словно призраки.
4
Школа танцев Кэмерон в Стиллоргане располагалась над видеосалоном. Возле здания трое детей в мешковатых штанах, вопя, съезжали на скейтах с невысокой стены. Нас встретила учительница-практикантка, очень милая молодая женщина по имени Луиза в черном леотарде, черных пуантах и пышной юбке до середины икры когда мы поднимались за ней по лестнице, Кэсси выразительно глянула на меня, и сказала, что Симона Кэмерон заканчивает занятие, поэтому нам придется немного подождать.
Кэсси подошла к доске для заметок, а я огляделся. Здесь располагались два танцевальных зала, каждый с маленьким круглым окошком на двери. В одном из залов Луиза показывала совсем малышам, как изображать бабочек, или птичек, или кого-то в этом роде, а в другом дюжина молоденьких девушек в белых леотардах и розовых лосинах, объединившись в пары, прыгали и кружились под Вальс цветов из старенького магнитофона. Насколько я понимал, по способностям девочки, мягко говоря, разнились. Учила их женщина с седыми волосами, собранными в тугой пучок, тело у нее было поджарое и худое, как у молодой спортсменки. Одета она была так же, как Луиза, в руках держала указку, которой показывала на плечи и локти девушек, и командовала.
Ты глянь-ка, тихо позвала меня Кэсси.
В девочке на плакате я, хоть и не сразу, узнал Кэти Девлин. Облаченная в белое прозрачное одеяние, она стояла, с показной непринужденностью вскинув назад ногу в совершенно немыслимой позиции. Надпись внизу гласила: Отправим Кэти в Королевское балетное училище! Поможем ей стать нашей гордостью! следом подробности сбора пожертвований: Дом культуры при церкви Сент-Олбанс, 20 июня, 19:00. Танцевальный вечер, подготовленный учениками Школы танцев Кэмерон. Стоимость билетов: взрослый 10 евро, детский 7 евро. Собранные средства будут потрачены на обучение Кэти.
Интересно, куда теперь пойдут собранные деньги?
Под плакатом висела вырезка из газеты претендующий на художественность снимок Кэти возле балетного станка. Ее отражающиеся в зеркале глаза смотрят на фотографа с внимательной серьезностью. Юная дублинка готовится к взлету. Айриш таймс от 23 июня. Наверное, я буду скучать по родным, но все равно я очень этого жду, говорит Кэти, я хотела танцевать с шестилетнего возраста. Мне не верится, что я и правда туда поеду. Иногда я просыпаюсь и думаю, что это мне приснилось. Статья, несомненно, помогла собрать средства на обучение Кэти и этот момент нам тоже придется прояснить и столь же очевидно усложнила нашу задачу: педофилы тоже читают утренние газеты, фотография запоминающаяся, а список потенциальных подозреваемых расширился до масштабов всей страны. Я пробежал глазами остальные объявления: продается балетная пачка, размер 78; не хочет ли кто-нибудь из родителей учеников второго уровня, живущих в Блэкроке, объединиться и возить детей на занятия по очереди?
Дверь зала открылась, и мимо нас устремился поток девочек. Все они одновременно говорили, толкались и визжали.
Вам помочь? спросила, остановившись на пороге, Симона Кэмерон.
Голос у нее оказался чудесный, низкий, хрипловатый и вместе с тем очень женственный, она была старше, чем я решил поначалу, худощавое лицо в глубоких морщинах. Я догадался, что она, скорее всего, приняла нас за родителей, которые приехали узнать о занятиях для их дочери, и на миг мне пришла в голову безумная идея подыграть ей спросить про стоимость и расписание и распрощаться, чтобы ее звездная ученица хотя бы для нее еще ненадолго осталась живой.