Всего за 79.99 руб. Купить полную версию
Волкодав
На обратном пути ребята особенно не шумели, были задумчивые, но в темноте уже освоились, глаза привыкли, и страх прошел. Все устали, хотелось в мягкую постель, и дорога казалась слишком длинной. Один только Никита все никак не мог налюбоваться этой ночью. Купание освежило его и придало сил. Ему совсем не хотелось возвращаться и трудно было даже представить, как можно уснуть в такую ночь.
Вот и деревня, показался первый дом. Вдруг отчаянный собачий лай нарушил тишину ночи. Его подхватили соседские сторожевые псы.
Мы так всю деревню перебудим, пока по домам разойдемся.
Хорошо, что собаки все за заборами на цепи сидят, заметил кто-то.
Всю дорогу по деревне ребят сопровождал заливистый лай. Но по голосам было ясно, что это собаки просто так брешут, без злобы, за компанию и для порядка.
Вдруг Толик остановился.
Я только сейчас вспомнил, что наш сосед выпускает на ночь своего волкодава, такую огромную черную псину.
Да, я тоже про него слышал. Днем его никто никогда не видел. Говорят, дядя Коля держит его на цепи целыми днями и выпускает только ночью. Все это похоже на историю собаки Баскервилей.
Так как же я домой попаду? вконец расстроился Толик.
Бояться нечего. Собаки ведь только свою территорию охраняют. Твой-то дом сначала стоит, а уж потом тот, где волкодав живет, возразил Костя.
А как же Никита? Его-то дом после. Получается, надо мимо собаки пройти.
Просто надо спокойно идти, руками особенно не размахивать, тогда эта зверюга подумает, что свои, и вас не тронет. Ладно, я домой, надеюсь, провожать вас не надо, сами дойдете, сказал Костя и побежал к своему дому.
Остальные ребята не бросили Толика и дошли все вместе до самых его ворот.
Ну вот, нет никакой собаки, зря боялся, засмеялся кто-то.
Толик обрадовался и поспешил закрыть калитку.
Теперь и ты, Никита, иди, тебе уж тут близко, схитрил Васька.
Никита двинулся вперед, и вдруг все увидели, как огромный черный пес вышел из темноты и стоит на дороге в свете фонаря.
Мальчик шел медленно, стараясь смотреть прямо перед собой. Но проходя мимо пса, не выдержал и все-таки взглянул на волкодава. Немногое он успел приметить, лишь то, что пес действительно огромный и страшно худой. «А если худой, значит, голодный, такой проглотит и даже не подавится», мелькнуло в голове у Никиты.
Пес сдвинулся с места и подошел ближе. Никита почувствовал, как холодный собачий нос дотронулся до его голой лодыжки. Пес шел немного позади, как будто сопровождая мальчика, и остановился только у калитки.
Ребята увидели, что Никита вошел в дом, и перевели дух. Пора было расходиться по домам, но пес издалека наблюдал за ними.
Я читал, что к тигру нельзя поворачиваться спиной, иначе он набросится. Это, конечно, просто собака, но давайте назад потихоньку пойдем, не разворачиваясь, предложил Вася.
Ребята стали медленно пятиться назад и шли так, пока пес не скрылся из вида.
Секрет
Осторожно, чтобы никого не разбудить, Никита поднялся к себе в комнату под самой крышей. Пора было и спать ложиться. Стянул рубашку, а у него по животу линии да завитки мерцающим узором расходятся.
Чудеса! Теперь у меня пузо светится, как у светлячка, обрадовался он.
Мальчик дотронулся до рисунка и даже немного потер его. Да только линии не стирались и не пачкались, а светились все ярче.
Рисунок находится как раз там, где меня коснулись водоросли в реке. Наконец-то и со мной произошло нечто волшебное. Хотя вот бывают же рыбы светящиеся и моллюски всякие. Может, это объяснимо с точки зрения науки, думал мальчик, укладываясь в постель. Страшно было засыпать, вдруг проснется утром, а узора нет, как будто никогда и не было.
На следующий день Никита открыл глаза, когда солнце еще не взошло, и первым делом осмотрел свой живот. Рисунок был на месте, только светился бледно. Мальчик подскочил и стал танцевать и бегать по комнате, до того был рад, что вот оно, волшебство, и никуда не делось.
С первыми рассветными лучами рисунок становился все бледнее, и когда солнце поднялось выше, стал еле заметно отливать перламутром, а потом и совсем пропал. «Но ведь был же, был, и нельзя этого отрицать! твердил Никита. Светлячков днем тоже не сыщешь».
Вечером, когда бабушка подогрела ему молока, Никита спросил:
Бабушка, а вот ты мне часто истории всякие рассказываешь, это когда было? Давно?
Да не очень-то и давно Когда я маленькой была.
Представить не могу, что ты была ребенком. Представляю тебя такой, как ты сейчас, только маленького роста и в детской одежде. Вот смехота.
Ну уж нахмурилась бабушка.
Прости. Но и себя я тоже не могу представить дяденькой или дедушкой.
Бабуля засмеялась:
Погоди, подрастешь, отрастишь себе усы, а может, и бороду. Вот я тоже пытаюсь представить, и получаешься ты, мальчишка, только с усами и с бородой. Забавно выходит.
Фу, ну нет, я бриться буду, решительно заявил мальчик.
А ты знаешь, что в старину, продолжила бабушка, когда рисовали портреты, то детей изображали как маленьких взрослых, хотя у малышей совсем другие пропорции тела и тип лица. И даже детская одежда была копией взрослой, такая тяжелая, парадная и совсем неудобная, в ней не только не поиграть, а даже ходить неудобно, наверное, было.
Хорошо, что сейчас другие времена, обрадовался Никита.
Тайная почта
На следующий день тетя Марфа с дочерьми засобиралась по ягоды к оврагу, и Никита попросился с ними. Мальчик объяснил, что поищет грибов. А сам сломя голову побежал к тому самому заветному месту, где встретил маленьких человечков, в надежде снова их увидеть.
«Надо ориентироваться по мухоморам, это у них как указатели. А съедобные грибы, наоборот, наверное, растут подальше, чтобы отвадить непрошеных гостей. Умно придумано», рассуждал Никита. Тропинка из мухоморов вела в густые заросли шиповника. Мальчик подошел ближе и увидел у самой земли маленький лаз, похожий на арку из живых ветвей. Если бы он захотел пробраться туда, ему пришлось уменьшиться раз в десять, не меньше. Шиповник рос непроходимой стеной, а ветви его были покрыты множеством шипов, острыми, как иголки. Никита вздохнул, лег на траву и попытался заглянуть в манящий вход. Разглядеть что-либо никак не получалось. По всей вероятности, это был туннель из густых зарослей.
Ау! тихонько позвал мальчик. Вы здесь?
Никакого ответа.
«Конечно, зачем им отвечать, рассуждал мальчик, одно беспокойство».
Никита посидел еще немного и собрался уж было уходить, когда увидел караван улиток. Это было необычайно: пять крупных улиток ползли одна за другой и явно направлялись в тайный ход. Приблизившись, они остановились, вытянули свои рожки и стали водить ими в воздухе, выясняя что-то для себя о присутствии здесь человека. Мальчик встал на ноги и отошел. Еще некоторое время улитки находились в раздумье, но, наконец, продолжили свой путь и чинно проследовали в ту самую арку в кусте шиповника.
Мальчик стал напряженно вглядываться, пытаясь заметить в траве и листве нечто необычное. Но вскоре устал, растянулся на пригорке и закрыл глаза. Пели птицы, лес жил своей насыщенной, прекрасной и загадочной жизнью. И в этот момент Никита различил в пенье птиц повторяющиеся трели: одна говорила «чик-пик», а другая «курлык-курлык». Мальчик открыл глаза и огляделся. Маленькие неприметные птички стремительно ныряли в заросли и, не задерживаясь надолго, вылетали обратно. Малютки деловито сновали туда-сюда. Приглядевшись, мальчик понял, что шустрые птички приносили что-то в лапках, а улетали налегке. Их сигналом было звонкое «чик-пик». Но были и такие, которые, напротив, прилетали пустыми, а вылетали с белыми трубочками в лапках. Их сигналом было «курлык-курлык». Работа шла бойко. Да это же почта, догадался Никита. Трубочки это береста. Чудики пишут послания на бересте и отправляют с птичьей почтой.