Всего за 299 руб. Купить полную версию
Мам, ты телепат просто какой-то. Мне срочно нужно двенадцать тысяч рублей. Прямо сейчас. Можешь выручить? Я потом все объясню. На этот раз Владимир воспользовался протянутой соломинкой.
Возникла пауза, на том конце провода молчали минуту, две. Владимир не выдержал:
Мам, что ты молчишь? Если нет возможности, ничего страшного. Выкручусь. Мам, не молчи, пожалуйста. У тебя все нормально?
Знаешь, сын, как ни странно, а я рада, что у тебя проблемы. Не в том смысле, что мне хорошо, когда тебе плохо. Нет. Просто именно сейчас ты мне действительно необходим. Ты и твоя помощь.
Она старалась говорить без волнения, но дрожь и интонация в голосе выдавали ее состояние. Однако женщина взяла себя в руки и скороговоркой озвучила свое предложение:
Выручить, сынок, я тебя могу, но не хочу. А хочу тебя попросить приехать к нам в дом и подменить меня на два, может, три месяца. Я тебе сейчас переведу пятьдесят тысяч, а ты завтра вечером постарайся прилететь в Симферополь и вечером на маршрутке сразу езжай домой в Ялту. Будешь управлять нашим отелем, на днях намечается наплыв туристов.
Каких туристов? Еще же не сезон. И что значит «управлять отелем»? А ты? Что-то случилось? До Владимира стало доходить, что с мамой происходит неладное.
Случилось, не по телефону. Пятьдесят тысяч это мои последние деньги, смотри не подведи. Согласен? Зинаида Семеновна окончательно пришла в себя, и ее голос приобрел силу.
Разумеется, согласен, что за вопрос. Конечно, я прилечу и буду помогать сколько нужно. Ты, главное, себя береги и не волнуйся. Я в деле!
Теперь уже голос Владимира стал подрагивать. Он хотел еще извиниться перед матерью, но услышал, что таксист запустил двигатель и показал ему на часы.
Ну, так мы заплатим или будем лясы точить? Словарный запас водителя был явно не из этой эпохи.
Мам, а ты сможешь на карту по номеру телефона деньги перевести? Я слышал, вы же под санкциями и с переводами проблема? Владимир сказал то, что совсем не собирался.
Лови, чай не глупее Кудрина. Санкции проблема тунеядцев и либералов. Я живу с этими категориями людей в параллельных мирах. Зинаида Семеновна была настроена снисходительно и понимающе.
Через секунду на смартфоне Владимира раздался давно забытый сигнал, который он установил на пополнение счета.
Упс, это что-то новенькое.
Он вошел в приложение банка, где впервые за долгое время пришло сообщение о поступлении платежа на пятьдесят тысяч рублей.
Наш народ не победить, весело присвистнул он, почувствовав себя акционером «Газпрома».
Жду дома. Тебе предстоит много работы.
Зинаида Семеновна дала отбой. Ее сын наклонился к открытому окну:
Ника, выходите, а ты диктуй номер карты.
Та поспешно покинула машину, а Владимир перевел деньги разводчику, и через мгновение такси растаяло в потоке таких же безликих авто.
Ника стояла во дворе дома своего не очень счастливого детства. Точнее, оно было счастливым до ее лет десяти, а потом у родителей начались ежедневные ссоры и пришлось сначала болеть, чтобы хоть как-то обратить на себя внимание, а потом срочно убегать замуж за иностранца.
Владимир, вы уж меня извините, она обратилась к нему с неким чувством вины и неловкости. Я не хотела подслушивать, но так получилось, что слышала о вашей сделке. Сочувствую, теперь вам предстоит нелегкое лето! Ника попыталась его поддержать.
Знаешь, психологи говорят, что частица «не» не воспринимается мозгом. Так что будем считать: впереди у меня ЛЕГКОЕ лето, Владимир неожиданно перешел на ты. Если нам предстоит изображать влюбленную пару, то предлагаю перейти на ты. Для усиления конспирации.
Владимир снял шапку и задрал голову. В этот момент один отважный луч солнца обыграл облака и приземлился на его лице. Улыбка блаженства озарила лицо.
Почему вы начала Ника, но быстро исправилась: Чему ты радуешься? она приняла его правила игры. Ведь ты сейчас потерял одиннадцать тысяч.
Недолго радовался солнечный лучик, тучи его снова накрыли. Владимир опустил голову и посмотрел в глаза новой знакомой:
Как ни странно, мне в Москве понравилось.
Они зашли в подъезд после того, как Ника набрала код от входной двери.
Может, все, что произошло, обернется к лучшему, сказал он, когда она звонила в родительскую квартиру. Я чувствую, что во мне проснулась злость. Такая спортивная злость и азарт, он продолжал говорить то ли ей, то ли уже самому себе.
Родительская «сталинка» давно ждала современного ремонта, она помнила и книжный дефицит советского времени, и первые автобусные туры в Европу. Поэтому на кухне и в гостиной все углы и полки были заставлены «писающими мальчиками», пустыми фигурными бутылочками из-под ликеров и более крепких напитков.
Лимончелло, альбомы с русскими иконами и живописью Третьяковской галереи это были предметы гордости Натальи Михайловны, которые достались ей большой ценой. В том числе ценой отношений с мужем, который был вынужден хлопотать по дому, пока жена доставала дефицит и зарабатывала на заграничные поездки.
Что-то вы долго, встретила она молодых, накрывая стол новой шотландской скатертью, которую купила на Рождество. Мы все уже поели, пока вы ехали.
Наталья Михайловна начала разливать первое блюдо по тарелкам.
Мамины чинахи это шедевр, сказала Ника, приглашая Владимира к столу.
После первой же ложки гость признал ее правоту.
Вам нужно мишленовскую звезду вручить, искренне воскликнул он, продолжая жевать и не в силах остановить движения руки со столовым прибором. Причем звездой наградить навечно! закончил он с тарелкой, пока Ника только еще нарезала свежую зелень.
Подожди, ты уже все съел? Ведь для полноты вкуса нужно добавить кинзу и базилик!
Ничего, я много приготовила, Наталья Михайловна гостеприимно налила еще один половник в пустую тарелку потенциального зятя.
Вот теперь дегустируй, только не торопись. Давай с чувством, с толком, с расстановкой, Ника улыбнулась, добавив зелени себе и Владимиру.
Вы сильно первым не наедайтесь, сказала Инга, которая сидела в наушниках, откинувшись в кресле. Бабушка приготовила «Пищу Богов», добавила она интригующе.
Владимир вопросительно посмотрел на Нику.
Это мамин мега-хит. Мой самый любимый торт, ответила та на его беззвучный вопрос. Кстати, а где Раймонд? она только заметила, что сына нет в комнате.
Он вышел во двор, поиграть с мальчишками в футбол, но быстро вернулся заплаканный и закрылся в комнате, ответила Наталья Михайловна явно расстроенно.
Я видела, что он отцу звонил, но тот, как всегда, вне зоны, добавила Инга, не открывая глаз.
Удивительно, но она слушала не только музыку, но и разговор взрослых. Наушники ей совершенно не мешали, скорее, наоборот, помогали включиться в беседу, только когда она считала это необходимым.
Вне зоны Шенгена? сострил Владимир, посмотрев на девочку.
Нет, действия сети! огрызнулась Инга, помня, что последнее слово всегда должно остаться за ней.
Я к нему заходил, но он разговаривать со мной не стал, вступил в разговор Юрий Павлович, который до этого что-то чертил на планшете.
Ника поднялась и пошла в комнату, где закрылся Раймонд. Мальчик лежал, накрывшись подушкой, его плечи вздрагивали.
Сынок, что случилось? Она присела на край кровати и положила руку ему на плечо.
Ничего, заплаканным голосом ответил Раймонд.
Зачем ты меня сюда привезла? Я хочу домой, в Ригу. Я хочу к папе! он перешел на крик.
Ну подожди, сынок, может, ты расскажешь, что произошло? Ника пыталась успокоить его.
Уходи, не трогай меня, не хочу никого видеть.
Ребенок забился в угол и накрылся одеялом с головой. Ника на цыпочках вышла, бесшумно закрыв за собой дверь и оставив сына наедине со своими проблемами.