Всего за 169 руб. Купить полную версию
Доброе утро, Даша. Уже искупалась? надо мной нависло идеальное мужское лицо в темных очках. Как вода?
А у своей подружки спросить не хочешь, жеребец Марк? Какого лешего стоять надо мной и рассматривать мои вылезающие из купальника телеса?
Я резко села и задрала к нему лицо:
Не знаю. Вот как раз собираюсь пойти и проверить как там вода.
Сгреблась с покрывала, выпятила грудь и, задрав подбородок, понеслась вперед, слыша за спиной манерный голосок:
Маркуша, ну что ты у нее спрашиваешь? Ты же видишь, женщина лежит, как тюлень на песке. А вот я уже искупалась и могу тебе все рассказать.
Однозначно, сучка.
Я с разбега залетела в воду и, размеренно работая руками и ногами, поплыла прочь от берега.
Метров через двести остановилась и, раскинувшись морской звездой, легла спиной на воду, вяло подгребая ладонями и бездумно глядя в идеальное голубое небо.
Ты хорошо плаваешь, Даша. Но это опасно, голос над ухом прозвучал настолько неожиданно, что я испуганно дернулась и ушла с головой под воду, изрядно хлебнув морской горечи.
Марк, ты меня напугал, прохрипела, отплевываясь.
Извини. Опасно в одиночку заплывать так далеко от берега, Даша, он держался в паре метров от меня, загребая воду сильными движениями.
Темные мокрые волосы, бусины воды на ресницах, широкие плечи над водой Я опять засмотрелась на него.
Ты сам сказал, что я хорошо плаваю.
На такой глубине опасно быть одной. Давай возвращаться.
Быть одной вообще опасно, даже не на глубине, отшутилась я. Давай наперегонки до первого буйка? И если я выиграю, ты больше не будешь приплывать за мной, как бы далеко я ни заплыла.
Нет, Марк покачал головой. Это опасно, поэтому такое условие не подходит. Если ты выиграешь, то
Он задумался, потом неожиданно широко и белозубо улыбнулся:
Если ты приплывешь первой, я свожу тебя в одно красивое место, где ты не бывала раньше.
А если выиграешь ты? меня охватил азарт и какое-то волнующее предвкушение.
Тогда ты выполнишь одно мое желание, Даша, Марк больше не улыбался, просто смотрел мне в лицо.
Надеюсь, желание будет исполнимым и приличным? уточнила на всякий случай. А то мало ли
Исполнимым будет обязательно. Насчет приличного гарантировать не могу. Но точно не буду требовать от тебя станцевать голышом на столе в баре или пройтись по улице в одном нижнем белье.
Я фыркнула:
Ну и фантазия у тебя.
Ты даже не представляешь какая. Ну что, по рукам, или страшно? Марк протянул мне ладонь, и я хлопнула по ней, закрепляя сделку:
Да легко!
Ну, раз, два, три!
Я рванула вперед к подпрыгивающему на волнах оранжевому бочонку. Летела к нему, гребла изо всех сил, даже не отвлекаясь посмотреть, где там мой соперник.
В крови забурлил адреналин, заставляя двигаться все быстрее. Сто метров, сто пятьдесят, надо еще немного.
Дыхание начало сбиваться на первой сотне. Мышцы заныли, и последние метры я плыла на чистом упрямстве, стараясь не снижать скорость.
Оп! я выскочила из воды и вцепилась в буек.
Отлично плаваешь, Даша, серьезный голос и загорелая рука на буйке заставили меня зарычать от досады.
И давно ты здесь?
Приплыл секунд на тридцать раньше тебя.
Вцепившись в буек, я старалась отдышаться и не замечать, что Марк откровенно, ничуть не стесняясь, рассматривает меня.
Марк!
Что, Даша?
Тебе говорили, что смотреть на девушек в упор неприлично? Особенно если они не в лучшей форме и без макияжа.
Уголки губ опять дернулись:
Не поверишь, но никогда. Ты первая.
Марк! Маркуша, донесся с берега крик. Грудастая стояла у воды и призывно махала руками.
Тебя зовет твоя девушка, кивнула я мрачно. По какой-то причине эта девица раздражала меня.
Особенно своим «Маркушей». Как он это терпит? Это даже хуже, чем моя «Дуся».
Я слышал, Марк продолжал рассматривать мое лицо, вызывая смущение, вперемежку с удовольствием.
Пусть фигура у меня сейчас не очень, но лицо я всегда считала симпатичным. Может, и ему тоже нравится
Ты пойдешь с нами в бар?
Я отрицательно качнула головой:
Вряд ли.
Я так и думал. Ты трусишка, Даша.
Что?! от возмущения я чуть не выпрыгнула из воды. С чего ты взял?
Ты боишься получать удовольствие от жизни.
Я принялась хлопать глазами, молча открывать и закрывать рот.
Почему-то стало ужасно обидно, будто эти слова ударили в очень больное место, о существовании которого до этого момента я даже не подозревала.
А ты А ты Жеребец! Только и умеешь без остановки трахаться, выпалила, когда вернулась способность говорить.
Марк снова широко и ярко улыбнулся, сразу став моложе на несколько лет. Наклонился к моему лицу и проговорил:
Хочешь присоединиться к нам третьей, Даша? У меня хватит сил
Чтобы за это твоя любовница подлила мне яду в стакан? Нет уж, спасибо! выпалила я прежде, чем сообразила, что говорю.
Да пошел ты, Марк Бахтин! зашипела и, оттолкнувшись от буйка, поплыла к берегу, слыша за спиной негромкий мужской смех.
Под полным ненависти взглядом грудастой стервы вышла из воды. Собрала вещи, пытаясь сохранить независимый вид, и пошла в гостиницу.
Зайдя в номер, я кинула сумку на пол, села рядом и принялась смеяться никогда за почти двадцать пять лет жизни мне даже в шутку не предлагали поучаствовать в групповушке.
Повернула голову в сторону соседского номера и прокричала, зная, что все равно никто не услышит:
Интересно, что ты будешь делать, Марк Бахтин, если я возьму и соглашусь на твое предложение?
Глава 9
Теперь ты смотришь на ночное небо. Это тоже часть твоей программы по изменению жизни, Даша?
Я лежала на потертом одеяле, разложенном на песке, и рассматривала густое, темно-синее южное небо.
Я жду луну. Видишь, она где-то потерялась, и звезды пока не могут ее найти.
Мужские ноги остановились рядом с моей головой:
Наверное, это интересно ждать луну.
Рядом на одеяло опустилось крупное тело. Повозилось, сдвигая меня плечом:
Подвинься, а то половина меня лежит в песке.
Легкий запах табака и красного вина примешивались к уже знакомому странному аромату его туалетной воды, добавляя тревожащих оттенков.
Как называется твой парфюм? Откуда он? я сдвинулась на край одеяла, уступая ему место.
Не помню. Купил в дьюти-фри, потому что понравился запах. А что?
Просто. Тебе идет.
Мы замолчали и лежали, глядя на мерцающие звезды, слушая всплески мелких волн, царапающих песок. Мужское плечо слегка касалось моего, и в этом месте было горячо, будто кожу покалывали раскаленной иглой.
Как сходили в бар? спросила, чтобы разогнать сгустившуюся тишину.
Нормально. У них даже нашлось вполне приличное вино. И не по безумной цене.
Наверное, на него нет большого спроса, вот и продают почти по себестоимости, предположила рассудительная я.
Марк не ответил, продолжая спокойно лежать.
Я слегка повернула к нему голову: идеальное лицо расслаблено, глаза прикрыты, руки с длинными пальцами скрещены на груди.
В перекликающемся свете звезд и лучей фонаря у двери гостиницы мужчина казался каким-то особенно нездешним, почти чужеродным этому месту.
Кто ты, Марк? Почему приехал именно сюда? не выдержала и все-таки спросила.
Почему я не могу сюда приехать? он удивленно приподнял брови.
Ты не сочетаешься с этим местом. Совсем. Даже твоя красивая подружка ему подходит. Но ты нет.
Марк улыбнулся и насмешливо протянул:
Только не говори это Анжелике. Она огорчится.
Уверена, что не огорчится, а придет в бешенство. Но можешь не переживать, у меня нет желания с ней общаться.
А ты, Даша. Почему сюда приехала?
Я тебе уже говорила менять фигуру.
Что в ней не так? И для чего ты это делаешь?
Ты не ответил на мой вопрос, но задал два своих. Нечестно, фыркнула я.
Тогда оставим все вопросы висеть в воздухе.
Южная ночь все плотнее укутывала нас своим покрывалом, донося ароматы цветущих розовых кустов, которые любовно разводила Ольга.