Всего за 479 руб. Купить полную версию
Покачивание подо мной сразу же обрело смысл, едва я разглядела, где нахожусь: на старом рыбацком судне, которое болталось на волнах по идее, Берингова моря. Я встала и подошла к поручню, прислушиваясь к плеску воды о корпус и скрипу досок. Вода была темной, полной странных завихрений, словно в нее плеснули чернил кальмара. Темной казалась даже пена, венчавшая волны.
Говорившая только что женщина перегнулась через борт рядом, протянула к волнам руку, словно желая их коснуться.
Духи в бешенстве, произнесла она, стоя справа от меня, по-прежнему на тлинкитском.
Я поморщилась и ответила на нем же:
Знаю.
Но понимаешь ли ты почему, Искорка? Женщина повернула голову ко мне, и я наконец посмотрела на нее прямо.
Она была одного цвета кожи с народом моей матери, только выше, стройнее Эта женщина сошла бы за мою сестру, но глаза у нее были голубые. А еще тело мерцало, то и дело расплываясь.
В последнее время духи взяли за привычку говорить со мной на тлинкитском разными способами через радио, других фейри, а теперь
Вы не из живых?
Женщина кивнула.
Да. Однако тебе нужно куда больше помощи, чем способен оказать любой дух в одиночку. Ее улыбка была широкой. И, похоже, я должна тебе помочь.
Но кто вы? спросила я. Выглядите
Я не хотела говорить «прямо как я», чтобы случайно ее не обидеть, но женщина снова понимающе улыбнулась.
Потому что мы очень близкая родня, пусть я и мертва уже пять десятков лет, ответила она. Может, и дольше. Время здесь течет странно.
На палубе зашевелились спящие, которых я раньше не замечала, и силуэт женщины затрепетал.
Вы мне поможете? спросила я шепотом. Я должна найти Андерхилл.
И доказать, что я не убивала собственного отца.
Список небольшой, но охренительно невозможный. Ну что ж. Я бы первым делом решила проблему Андерхилл, а потом уже разобралась в истории с подозрениями в убийстве. С чего-то же надо начать.
Женщина кивнула.
Я направлю тебя и обучу, Искорка, и, быть может, ты сумеешь сделать то, чего не сумела я.
Нахмурившись еще сильней, я вцепилась в поручень.
О чем вы?
Стоя со мной плечом к плечу, женщина смотрела на завихрения воды, что вздымалась волнами там, где их не должно быть.
Потому что не ты первая, кто ищет истинную Андерхилл. Ты рождена не просто так. А с определенной целью. Женщина повернулась лицом и подняла руку, будто собиралась коснуться моих волос. И я тоже, но я умерла прежде, чем сумела вновь открыть Андерхилл, и потому мой дух мучается, я все плаваю туда-сюда по этим волнам, пока не найду способ исполнить предначертанное.
Чтоб Луга в левое яйцо, а Балора в правое, она серьезно?!
Вы вы тоже уничтожили фальшивую Андерхилл?
Это что, для таких, как я, есть клуб?
До меня донесся ее тихий смех.
Нет, но я родилась дворнягой, как и ты. Была изгоем. А потом получила причину разыскать Андерхилл. И, как ты, столкнулась с незримыми врагами, которые хотели любой ценой помешать мне вновь открыть холм. Ее образ стал меркнуть. Я буду с тобой, Искорка. Ты не одинока.
Я уставилась на место, где она стояла всего долю секунды назад.
Спящие зашевелились. Я услышала шаги позади себя и обернулась, ожидая увидеть Фаолана.
Дрейк? Я лишь успела заметить порезы на его лице, чернеющий фингал, темные круги под глазами от усталости, прежде чем он заключил меня в крепкие объятия одной рукой.
Думал, мы опоздали с помощью, пробормотал Дрейк. Алли, прости, что я бесился из-за Тысячелистника. Правда, прости.
Я спасла Дрейка от мудака, который стоил ему кисти. Нехилый удар по гордости, а в таком признаются не многие парни. Но Дрейк был простым и, после Цинт, самым открытым из всех, кого я знала.
Я обняла его в ответ, сначала неловко, но затем, вдохнув запах сосны, снега и кожи, вдруг поняла, что уткнулась носом ему в шею. От Дрейка пахло хорошо, безопасно, и это было мое первое «нормальное» прикосновение с тех пор, как все пошло кувырком, ведь между нами не искрила чертовая безумная магия.
Ты в порядке? тихо спросил Дрейк, отстраняясь.
Я посмотрела на него снизу вверх и кивнула, даже медленно растянула губы в улыбке для пущей убедительности.
Да, в порядке. Рада тебя видеть.
Я ощутила на себе тяжесть чужого взгляда. Фаолан был где-то рядом, он за мной наблюдал. Выполнял свою работу, связанный клятвой королеве. Вот почему он оставался рядом, и я не могла забыть, что на самом деле он верен правительнице Неблагих.
С Ланом было так: вот он меня целует, а вот уже предал. Снова предал. При всех чувствах к нему об этом следовало помнить.
Сиротка, окликнул сзади Лан.
Несмотря на новообретенную решимость, от звука его голоса у меня сжалось сердце. Пришлось выдохнуть, взять себя в руки, иначе Фаолан прочитал бы по лицу, что творится у меня в душе. Потому что по правде да, я злилась на Лана за предательство. Злилась, что он мог предать снова. Но жестокие последствия всякого нашего прикосновения друг к другу оставляли меня в полном раздрае.
Я сглотнула.
Слушай, Дрейк. Ты не знаешь, где Цинт?
С этой-то девчулей мне обо всем этом дерьме и надо было поговорить.
Дрейк побледнел.
Мое сердце бешено заколотилось.
Цинт с нами на корабле, так?
Если нет, то Лугом клянусь, прыгну за борт и поплыву обратно на Унимак.
У нас не хватило времени доставить ее к месту встречи, заговорил мне в спину Лан. Лодка прибыла через несколько минут, как ты отрубилась. Но Цинт в безопасности. Я узнавал у Рубезаля, чтобы ты не подняла шум.
Его безучастный тон заставил меня скрипнуть зубами. Сердечная боль сразу стихла, печаль уступила место раздражению. Гневу. И его мне нужно было побольше. Злиться на Лана много проще, чем разбираться в этой путанице.
Я развернулась.
Ты знал?
Лан вскинул бровь, ничуть не смущенный моей резкостью.
Да. И если ты закончила с болтовней, Сиротка, нам пора обдумать следующий шаг.
Голос Лана был холоден как ветер.
При всем моем нежелании находиться в его обществе, нам действительно нужно было определиться с дальнейшими действиями.
Приподнявшись на цыпочки, я поцеловала Дрейка в щеку.
Мне пора, но я правда очень рада тебя видеть.
Дрейк наклонился.
Иди, переговори. Но на всякий случай знай, моя каюта первая дверь справа от трапа если захочешь продолжить нашу беседу.
Я вскинула бровь.
Вот как?
Оставив Дрейка, я последовала за Фаоланом за угол рубки. Схватив меня за предплечье, Лан утянул меня прочь.
6
Не трогай! выдохнула я, в панике вырываясь.
Лан навалился, и я попятилась к стенке.
Вскинула на него снизу вверх гневный взгляд.
Я серьезно. Не смей. Сам знаешь, что будет.
Лан уперся ладонями в стену, поймав меня в ловушку своих рук.
Тебе было приятно, Сиротка?
Мой мозг завис и перезагрузился.
Чего?
Целовать изгоя.
У меня отвисла челюсть.
В смысле, целовать его в щеку?
Фаолан впился в меня пристальным взглядом.
Серьезно? Во мне стремительной, мощной волной вскинулся гнев.
Ага, Лан. Целовать Дрейка приятно. Очень.
Наши поцелуи ты описала бы как приятные?
Что? Нет. Они способны пошатнуть целые миры. В том-то и дело.
С Дрейком я не теряю рассудок.
Темные глаза Лана замерцали, как драгоценные камни.
Ясно. Он безопасен.
Я вспыхнула.
Не важно, что он. Я всего лишь чмокнула его в щеку. И вообще не твое дело. Ты всадил мне нож в спину. Даже если я закрою глаза на безумие или одержимость, с чего мне, черт возьми, опять целовать тебя-то?!
Лан глубоко вздохнул и наклонился ближе так, что мы чуть не соприкоснулись носами.
Понятия не имею, Сиротка. Вообще ни на грамм.
Глаза Фаолана стали темными, жесткими. Был ли еще где-то там тот мальчик, что отчаянно жаждал тренировками выбить из своей магии все Неблагое и угодить родителям? Нутро сжалось, когда перед глазами вспыхнули его воспоминания с распределения и недавняя порка, но я стиснула кулаки, не желая испытывать к нему жалость. Он бы причинил мне боль. Да и вообще, нам нельзя прикасаться друг к другу, иначе я превращусь в убийцу.