Всего за 479 руб. Купить полную версию
Она опустила клинок, и я всмотрелся туда, где могли быть ее глаза если они вообще у нее были, но увидел только кромешную тьму.
Даже рядом с королем я не смог сдержать единственное, едва слышное слово, сорвавшееся с губ:
Пожалуйста
Жрица отпустила мою руку и щелкнула пальцами. Я видел, как такое случалось с остальными, а теперь ощутил и сам: словно удар в живот без предупреждения. Я согнулся пополам, и моя магия выплеснулась на всеобщее обозрение.
Такое всегда вызывало шепотки настолько темная магия редкость для Благого, но все же она синего цвета, холодного оттенка Благой магии.
Нет.
Кинжал исчез, Жрица сплела мою магию в струнку и направила к свету, чтобы все увидели постыдную правду.
Рубиновый оттенок, лишь капельку светлее чернил, как кровь отродья тьмы.
Жрица растянула над головой тонкую пленку магии, и благоговейный гул голосов сменился аханьем. Жестоким смехом. Шипящими шепотками.
Я не стал смотреть на мать.
Потому что она уж точно не глянет в ответ. Даже рядом не встанет. Я знал это наверняка, поскольку она сама мне об этом сказала на прошлой неделе.
Я остался один. Семье нужно поддерживать репутацию. Благие верили в мою мать в силу Луга.
А в меня они никогда не поверят.
Наконец Жрица развеяла мою магию ленивым взмахом. Но ущерб уже был нанесен, и я мог лишь корить себя, что на долю секунды посмел надеяться.
Король Александр посуровел, но отступил назад, и его место заняла королева Елисавана, когда сгорбленная старуха-Жрица прогудела слово, которое скует меня по рукам и ногам кандалами:
Неблагой.
Меня вытолкнуло из чужой памяти с такой силой, что я отчаянно замахала руками, уверенная, что вот-вот упаду с кровати, хотя мое тело даже не двинулось. Я по-прежнему лежала возле Лана, соприкасаясь с ним.
Прерывистое дыхание болезненно напомнило, что я наполовину человек, но я не смогла не поддаться ненужному инстинкту, когда уставилась на тихо лежащего рядом.
Лан прохрипела я.
Ох, богиня. Какое ужасное воспоминание.
Лан открыл было рот, но издал лишь сдавленное ворчание. Его магия нахлынула бурным потоком, и я вскрикнула, когда рубиновая тьма обрушилась на мой разум, скрывая под собой мое индиго, воспламеняя кровь.
И я к нему потянулась.
Взяв его лицо в ладони, я прижалась к Лану настолько, насколько могла. Тихий голосок в голове нашептывал, что это запретный плод, но его заглушала сама мощь того, что притянуло меня к Фаолану.
Нам с самого детства твердили, что, если кто-то из Благих предастся страсти с Неблагим, один погибнет. Их магия схлестнется дуэлью, и тот, кто слабее, не выживет. Не знаю, поэтому ли я так бурно реагировала на прикосновения к Лану в прошлом или кто-то завладел моим телом?
Но вердикт оставался прежним.
Я хотела, чтобы меня поглотили.
Закрыть глаза и принять все, чем бы это ни было.
Оно
Губы Лана крепко прижались к моим, и я оттолкнула его с такой силой, что у обоих останутся синяки. И все же недостаточно.
Даже не близко.
Между нами повисло нечто неизведанное, более глубокая связь и сила, и я почти поняла, что это. Просто нужно слиться еще сильнее.
В дверь заколотили, и пусть Лан не отстранился, он все же вздрогнул и застонал от боли в ранах.
А мне было плевать. Вообще безразлично. Лишь бы оказаться еще ближе.
И еще.
Стук раздался снова. Вместе с ним и крики.
Вот же с трудом выговорил Лан.
Со злым рычанием он оторвался от меня и перекатился в сидячее положение.
Меня же до предела наполнила ярость такой мощи, которую я испытала лишь однажды.
Лан бросил взгляд в мою сторону, встал и скованной походкой направился к двери, на ходу доставая кинжал.
Мой разум застлала алая пелена, и я очутилась на корточках прежде, чем осознала, что вообще пошевелилась. Подобно тайному убийце, я соскользнула с кровати во мрак.
Готовая убивать.
Кто-то разорвал магию между нами и должен за это умереть.
С лихорадочной бурей в мыслях я вытащила единственное доступное мне оружие. Мужчина, которого я только что целовала, говорил с другим, принимал из его рук одежду. Убить первого я не могла, но уничтожила бы того, кто остановил наш поцелуй. Разорвала бы на части. Обглодала бы кости и выбросила их на съедение падальщикам.
Я занесла вилку повыше и бесшумно двинулась вперед.
Ближе.
Еще ближе.
Улыбнулась и собралась распахнуть дверь. И напасть.
Но Лан ее закрыл, повернулся с одеждой в руках и отшатнулся, столкнувшись со мной.
Каллик? осторожно позвал он, загораживая дверь.
Прочь с пути, муж-фейри! приказала я, и в голосе зазвенела сила.
Лан пристально всмотрелся в мои глаза.
Я не знаю этого языка.
Я выругалась, смачно и жестко.
С кем я говорю? тихо спросил Фаолан. Если Каллик нужна тебе живой, предлагаю отступить и вернуться позже. На нас напали.
Алая пелена, душившая все мои мысли и чувства, дрогнула.
Напали?
Лан покачал головой.
Я не понимаю твоего языка. Нет времени разбираться. Если тебе дорога жизнь Каллик, уходи.
Я ощерилась, рванулась прочь от Лана, но алая пелена уже отступала. Рассеивалась. Сжималась.
Пока не исчезла полностью.
Задыхаясь, я схватилась за грудь и рухнула на колени. Уперлась ладонями в каменный пол. Своими ладонями. Ох, богиня всего сущего, всего мгновение назад они не были моими. Они
Лан, что это было? Голос дрогнул.
Он обошел меня, наклонился помочь мне встать.
Не тронь! вскрикнула я, отшатываясь, шлепнулась на задницу и спешно отползла прочь.
Когда мы прикасались друг к другу, случалось плохое. И не только потому, что мы теряли самих себя. Что-то мной овладело.
Что это было? повторила я.
Фаолан окинул меня взглядом и сжал зубы.
Не уверен, но кажется, мы уже сталкивались.
Когда я убила всех тех фейри, прошептала я то, о чем мы оба думали. Со мной что-то не так.
Странное дело, но я без колебаний выразила страх, что тут же сковал мое тело льдом. После того, как увидела воспоминания Лана.
Нет, Сиротка, произнес он твердо. Нет. Но выяснять подробности некогда. Я не лгал, на нас напали.
Я вздернула подбородок, думая о том, как много лет назад Лан сделал то же самое в ожидании приговора Жрицы.
Теперь он выносил приговор мне.
Благие здесь. Твое время вышло. Нам нужно покинуть Унимак.
4
Долбанутым нет покоя, прорычала я, хватая сверток одежды, которым бросил в меня Фаолан.
На мне была его рубашка, но я не могла в ней драться. Я быстро натянула кожаные штаны, свободную рубашку и жилет из вываренной кожи поверх. Затем влезла в ботинки. Хвала богине, они были не новенькие и хорошо сидели.
Поверх всего этого пришлось накинуть плотный шерстяной плащ глубокого бордового цвета, который в этом проклятущем замке был буквально повсюду. Лан проворно обмотал торс льняной тканью, после чего надел то же самое рубашку, жилет и плащ.
Шагнул к двери и протянул руку, и пусть мне отчасти хотелось за него схватиться, я покачала головой.
Нет. Что бы там ни было, оно мной овладело, когда я поддалась магии между нами. Так больше нельзя, Лан. Я снова могла кого-то убить.
Фаолан сжал зубы и опустил руку.
Тогда держись поближе.
Я встала у него за спиной так близко, что если бы подалась вперед, то прижалась бы всем телом. Сразу вспомнилось упражнение, которое Брес заставлял нас выполнять несколько раз: повторять движения партнера, стоя почти вплотную, но не прикасаясь к нему. Это помогало учиться читать стиль боя противника. В бою зачастую остается лишь наблюдать, но ощутить движение самой энергии это просто золотой стандарт.
Ты когда-нибудь играл в «кролика»? пробормотала я.
Ага, даже не спрашивайте, почему такое название в нем не было никакого смысла.
Лан оглянулся, и в его глазах вспыхнули искорки, которые я, до этого мгновения сама того не осознавая, отчаянно желала увидеть.