– Доброе утро, – сказал он, отряхивая веником от снега валенки. «Нет, не похож он на вдовца. Разве что на вдовца с двадцатилетним стажем…» – Чувствую запах кофе… – «Уж не он ли грохнул свою жену? Жизнелюб несчастный!» – Вы прекрасно выглядите…
Она провела его на кухню и сказала, что
* * *
– У тебя, кажется, давление, – сказала Наталия, встретив Люсю по дороге в кладовку, куда та направилась, чтобы проверить запасы еды. – Ты здорова?
– Да, абсолютно, – пробормотала Люся и поспешила скрыться за дверью ванной комнаты.
Запершись в ней и пустив воду, она повернулась к зеркалу и попыталась найти хотя бы чисто внешние признаки того, что произошло с ней сегодня ночью, а именно: она стала женщиной. И это в двадцать пять лет.
Лицо как лицо, плечи как плечи… И только глаза как будто стали больше, возможно, они удивлялись каким-то внутренним переменам, происшедшим в ней несколько часов назад…
Как жаль, что рядом нет Валентина, что они теперь просто вынуждены будут прятаться и делать вид, что их ничего не связывает…
Вспоминая его объятия, она содрогалась только при одной мысли о том, что это может повториться и на следующую ночь… И еще, еще… Хоть бы Вязовку и вовсе завалило снегом… Чтобы их никогда не нашли.
– Люся? Ау! Сколько можно занимать ванную? Завтрак давно на столе… – услышала она спокойный и как будто далекий голос Наталии и усмехнулась: «Завтрак готов… Она еще и завтраком покормит… Райская жизнь, ничего не скажешь…»
Выходя из ванной, больше всего она боялась столкнуться с Валентином. От того, как он посмотрит на нее, зависит, возможно, и вся ее дальнейшая жизнь…
Она распахнула дверь и действительно налетела на Валентина.
Он успел подхватить ее и как-то быстро приобнять, чтобы приблизить к себе и спросить шепотом, дыша в самое ее ухо: «Ты как?» Она почувствовала, как кровь вновь прилила к лицу, и, вздрогнув от той нежности, которую только что ощутила, прикоснувшись к нему, ответила: «Все хорошо… Доброе утро…»