Влад Райбер - Я тебя вижу стр 2.

 Простите, не могу помочь. Дверь чужим не открываю.

Курносое лицо придвинулось почти вплотную глазку. Что-то изменилось в его чертах. Зрачки сузились, губы перестали дрожать и растянулись в надменной улыбке. Он перестал изображать жертву и, казалось, ему понравилось, что его обман раскрыли. Парень отступил на шаг от двери и склонил голову на бок. Этот взгляд словно проходил сквозь дверь и упирался мне в лоб.

«Правильно, что я не открыл, ему не нужна помощь. Он задумал что-то другое»,  у меня тряслись руки и в горле пересохло. Фигура парня странно искажалась. Мне мерещилось, что он вытянулся, как тень от яркого света. Особенно удлинились его пальцы. Теперь они почти доставали до коленей. Он повернулся к лестнице и тихо ушёл за стену.

 Да что это, мать его, было?!

Я испугался только сильнее, когда заметил, что замок всё это время был открыт! Этот обманщик мог просто войти, если бы дёрнул ручку и понял, что дверь не заперта. Внутренний голос сам по себе нарёк его «оборотнем». Было подозрение, что внешность безобидного парня всего лишь «овечья шкура», под которой скрывается что-то потустороннее. Теперь-то я закрылся на все замки. Вот досталась мне квартира с нечистой силой в довесок. Или это линза глазка кривая? Так исказила человека? Я вернулся в комнату и вспомнил про записку на столе.

 Ему нельзя верить, он всегда врёт,  я с трудом разобрал эти закорючки.

И про кого это тут сказано? А вдруг про того оборотня, что стучался ко мне в дверь? Ему точно нельзя верить! Теперь я думал: как могут быть связаны исчезновение моего отца и тот, кто ломился в квартиру. Отец что-то знал о нём и делал себе напоминания в записках? Ещё бы разобраться в этих детских каракулях. Не понимаю! Это что за буква? «А» или «Д»? Или это он рисовал голубя? Боже, зачем оно мне надо?

Время! Я взглянул на экран телефона. Почти девять вечера. Ещё не слишком поздно. Можно успеть на маршрутку. Но как теперь выйти в подъезд? Вдруг меня там ждут? Хорошо бы это как-то проверить. Я бесшумно подкрался к двери на мысках. Почти пролетел над полом. Не дыша, наклонился к глазку и увидел пустую лестничную площадку, залитую красным светом. Как странно! Только что лампа была желтоватая, а теперь ярко-алая. От такого света в глазах мелькала рябь. Я уже собирался оторваться от дверного глазка, но вдруг из-за стены высунулась белая голова. Гладкий череп, покрытый блестящей кожей, сверкающие рубиновые глаза. И рот, что был живым воплощением голода! Пасть с массой слюны и зубов, язык похожий на извивающегося червя.

 Ку-ку! Я тебя вижу!  сказал белый оборотень, вылезая из-за стены.

Он был такой длинный, что ему приходилось наклонять голову в бок, чтобы не скрести штукатурку макушкой. Я пригнулся к полу. Было такое чувство, что меня ударили палкой по голове. От шока соображалось туго. Хотелось только подальше спрятаться. За дверью послышалось сопение. Ноздри потустороннего гада со свистом втягивали воздух:

 Мне знаком запах твоей крови. Ты его сын! Ты получил в наследство жилище и меня Открой дверь, мальчик. Посмотри мне в глаза. Ты желаешь так много. Я могу дать тебе всё на свете. Ты получишь всё, как и твой отец. Просто открой дверь и загляни мне в глаза. Этот голос царапал мне уши, и я ползком вернулся в комнату, где остался мой телефон. Лёжа на отсыревшем ковре, я набрал трёхзначный номер.

 Алло!  слабо ответил кто-то, голос отдавал эхом. Не похоже на диспетчера спасательной службы.

 Кто со мной говорит?  прошептал я.  Мне нужна полиция.

 Здесь авария в тоннеле,  ответил человек на том конце.  Мне оторвало ногу. Помогите.

Я посмотрел на экран. Номер набран правильно, а попал не туда. Что с моим телефоном? Я сбросил звонок и набрал снова.

 Кто вы?..  ответил испуганный женский голос,  какой-то человек уже давно идёт за мной. Здесь везде темно и никого нет! Мне страшно. Скажите, что делать?

Сколько раз не звони телефон всегда перекидывал меня на незнакомых людей, которые сами попали в беду и просили помощи. Дьявольское наваждение! Поняв, что телефон бесполезен, я стал разбирать другие записки на полу. Там были не только буквы, но и какие-то странные знаки. Да чем вообще занимался мой отец? Вызывал демонов? Собирался выменять душу на Ладу Калину и три пахучки? Ужас! Какой ужас! Во что я вляпался? Я смог разобрать текст только на одном листе: «Нельзя смотреть ему в глаза!». Да я и так уже это понял. Мне надо было узнать, как выбраться из этой квартиры. Не прыгать же с пятого этажа?

Записки, записки как их много и ничего не понятно. Текст нечитаемый. Вдруг ещё и свет погас! Я остался в полной темноте и только сквозь стекло пробивались слабые отблески света далёкого уличного фонаря. Захотелось открыть окно и запустить в комнату свежий воздух. Но за стеклом появился он! Оборотень с рубиновыми глазами и голодной мерзкой пастью.

 Ку-ку! Я тебя вижу! И ты посмотри на меня!

Я невольно подчинился, посмотрел в эти сверкающие огоньки всего на секунду. Мне в глаза ударила боль, словно вонзились лезвия и показалось, что из тела вытянули половину силы. Я чуть не рухнул от резкого чувства усталости, но устоял оперевшись рукой о подоконник.

 Давай же! Смотри! Смотри на меня!  он стучал по стеклу, и оно трескалось.

Теперь он мог войти и без моего приглашения. Было ошибкой смотреть ему в глаза. Выбегая из комнаты, я закрыл дверь и повис на ручке. Из-под порога просочился красный луч. Там снова загорелся свет, но теперь он был алый, как в подъезде. Оборотень был уже совсем рядом. Ручка затряслась. Нас отделяла только дверь из фанеры, которую можно проткнуть и пальцем.

 Знакомая кровь! Сладкая кровь! Открой! Посмотри мне в глаза ещё разок!

Я с головы до пят дрожал от страха. С меня капали и пот, и слёзы. Господи Иисусе! Как мне выпутаться из этого ада? Казалось, оборотень играет со мной, как домашняя кошка с полумёртвой мышью. Не желает убивать сразу, а теребит лапами, чтобы удовлетворить свои охотничьи инстинкты, прежде чем перекусить шею зубами. Мне просто хотелось убежать домой и больше не возвращаться в эту квартиру. Гори она огнём преисподней!

Я отпустил ручку и побежал. И тут же за мной приоткрылась дверь. Прихожую озарил алый свет. Большой и указательный пальцы сдавили ключ, я с большим усилием повернул его в замке, схватился за ручку и собирался дёрнуть её И тут на мои плечи легли тёплые и мягкие пальцы. Теперь я не мог пошевелить ни одной мышцей и был слишком напуган, чтобы двигаться. Руки и ноги больше не принадлежали телу. Конечности перестали мне подчиняться и обмякли. Но я вовремя смог почувствовать направленное усилие. И когда меня развернули от двери, я зажмурил веки так сильно, как только мог.

 Тихо-тихо! Не плачь! Ты же у меня взрослый парень,  его голос изменился. Теперь он был похож на обычный, человеческий. Но я-то помнил, что ему не составляет труда менять голоса. Я чувствовал тёплое дыхание и в нём не было никакого демонического зловонья.

 Денис, всё нормально,  медленно и вкрадчиво произнёс он так говорил только мой отец. Готов поклясться, что это был его голос! Как хотелось поверить, что передо мной не зубастый оборотень с рубиновыми глазами, а простой человек. Но я стоял, зажмурившись и нервно трясся.

 Сын, успокойся. Бояться больше нечего. Ты справился! Он ушёл. Я знал, что ты когда-нибудь придёшь в мою квартиру и оставил тебе записки. Он пытался тебя обмануть, как и меня. Хорошо, что ты ему не поверил. Ты сделал всё правильно. Ты молодец.

Он легко держал меня за плечи, почти не давил. Казалось, что можно легко освободиться, и никто не будет меня удерживать. Я осмелился прошептать сквозь зубы:

 Где ты был?

 В ужасном месте! С трудом вырвался на минуту, чтобы посмотреть на тебя в последний раз. Надеюсь, мы больше никогда не увидимся. Не желаю тебе там оказаться!