Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
развитие форм пространственной организации экономики на основе их согласованного и взаимодополняющего использования (основные зоны и коридоры развития, территориальные кластеры, территории опережающего развития, особые экономические зоны, районы нового (пионерного) освоения, мегапроекты инфраструктурного обустройства, новые промышленные районы и др.);
сохранение окружающей среды и обеспечение экологической безопасности пространственного развития;
интеграция пространственных структур в евразийское и мировое экономическое пространство на условиях усиления конкурентоспособности.
К приоритетам территориального развития, имеющим отношение к достаточно представительной группе субъектов РФ, могут быть отнесены следующие:
формирование новых кластеров (биомедицинских, образовательных, логистических, электронных, фармацевтических и др.);
размещение наукоемкой и новой (электронной, биотехнологической) промышленности в крупных городских агломерациях России;
формирование новых промышленных районов вблизи крупнейших городских агломераций, где в новых технопарках будут размещаться новые объекты «старой» промышленности;
формирование новых интеллектуальных территорий в формате интеллектуальных долин, в виде новых наукоградов, особых экономических зон, технологических платформ и др.;
формирование и развитие ассоциаций межмуниципального сотрудничества.
Состав приоритетов, установленных в Стратегии научно-технологического развития Российской Федерации, включает следующие:
переход к передовым цифровым, интеллектуальным производственным технологиям;
переход к экологически чистой и ресурсосберегающей энергетике;
переход к высокотехнологичному здравоохранению;
переход к высокопродуктивному и экологически чистому агро- и аквахозяйству; создание безопасных и качественных продуктов питания;
связанность территории Российской Федерации за счет создания интеллектуальных транспортных и телекоммуникационных систем.
По нашему мнению, предложенные в программных документах Федерального центра перечни стратегических приоритетов, позволяют зафиксировать ключевые для государства сферы его совместной деятельности с бизнесом. Их систематизация дана в Таблице В1 в Приложении В настоящей работы.
Анализ содержания Таблицы В1 позволяет сделать ряд выводов.
1. Перечни стратегических приоритетов (сфер) совместной деятельности государства и бизнеса, установленных государством, включают как уже осваиваемые, так и новые сферы его сотрудничества с бизнесом.
К первым, в которых уже существует практика стратегического партнерства названных субъектов, относятся, в том числе:
повышение конкурентоспособности экономики на основе ее инновационной модернизации;
развитие образования, здравоохранения, повышение качества и доступности их услуг;
модернизация дорожной сети.
Ко вторым относятся такие сферы совместной деятельности государства и бизнеса, как:
развитие цифровой экономики;
интеграция научных центров с системой образования, экономикой, высокотехнологичными компаниями;
интенсификация межрегиональных связей;
обеспечение конкурентоспособной интеграции экономики в систему мировых хозяйственных связей;
развитие межрегионального сотрудничества.
2. Ряд приоритетов определяет заметное расширение сферы реализации проектов государственно-частного партнерства. К ее наиболее значимым сегментам отнесены: интеграция научных центров с системой образования, экономикой, высокотехнологичными компаниями; освоение передовых цифровых, интеллектуальных производственных технологий; развитие сельского хозяйства и укрепление позиций на мировом рынке сельскохозяйственной продукции; создание и развитие высокопродуктивного и экологически чистого агро- и аквахозяйства; рациональное природопользование.
3. Ряд приоритетов устанавливает ключевые направления развития формы стратегического партнерства, связанной с пространственным развитием, повышением целостности экономики страны, ее регионов, задает новые требования к практике ее использования.
К ключевым направлениям относятся: формирование новых кластеров; создание новых территорий в формате интеллектуальных долин; размещение наукоемкой и новой промышленности в крупных городских агломерациях; формирование новых промышленных районов вблизи крупнейших городских агломераций.
В составе новых требований:
обеспечение высокого уровня разнообразия новых, преимущественно инновационных кластеров (биомедицинских, образовательных, логистических, электронных, фармацевтических и др.);
поддержание взаимодополняющего использования форм пространственной организации экономики;
обеспечение ориентации на развитие межрегионального сотрудничества, в том числе, на основе разработки и реализации долгосрочных мегапроектов.
Очевидно, что учет этих приоритетов становится необходимым и при использовании формы стратегического партнерства государства и бизнеса, связанной с разработкой и реализацией стратегий, государственной политики развития Российской Федерации, субъектов РФ, что будет обеспечиваться постановкой соответствующих целей и выбором адекватных им механизмов реализации.
Предварим характеристику такого компонента содержания стратегического партнерства государства и бизнеса, как реализуемые ими стратегические цели, обращением к положениям, обоснованным другими исследователями.
Одну из немногочисленных попыток разработки целевой функции публично-частного партнерства предпринял А.С. Греков. По его мнению, главной целью такого партнерства является обеспечение модернизации экономики и социальной сферы, повышающейся эффективности использования находящихся в публичной и частной собственности ресурсов в процессах производства общественных благ. Эта цель декомпозируется им на ряд подцелей:
мобилизация ресурсов, находящихся в публичной и частной собственности, направляемых в новые для бизнеса сферы и виды деятельности, необходимых для увеличения объема и повышения качества общественных благ;
производство общественных благ, удовлетворяющее требованиям повышающегося уровня инновационности, конкурентоспособности, коммерческой и социальной эффективности;
использование эффектов, полученных от реализации проектов партнерства [69].
Оценивая эту позицию, отметим, что она адресована стратегическому партнерству, ориентированному только на производство общественных благ, следовательно, имеет отношение только к одной из форм партнерства, к тому же рассматриваемой применительно к начальной фазе ее практического использования в России.
Предложенная названным автором декомпозиция главной цели на подцели, на наш взгляд, не лишена недостатков.
Во-первых, мобилизация ресурсов не может быть целью партнерства, поскольку они только необходимое условие его деятельности. Цель же всегда должна фиксировать ожидаемый результат деятельности партнерства.
Во-вторых, состав подцелей не конкретизирует представление о том, каким образом будет обеспечиваться достижение ключевых характеристик основной цели модернизации экономики и социальной сферы и повышающейся эффективности использования ресурсов партнеров.