Анна Цой - Уютная голова стр 13.

Он заставил меня улыбнуться искренне. Только от его слов было тепло. Замёрзшая душа начинала отогреваться.

 Привет,  открыла мою дверь снаружи мама,  подвинься.

Она нагло залезла на моё сидение, обняла меня всеми конечностями и положила голову рядом с моей. Теперь точно стало совсем тепло. Ещё и дверью нас подперла, закрыв последнюю.

 Предлагаю мстить,  пробормотала мама.

 О, там без тебя уже управились,  хмыкнул папа,  нашу Аю защищают все! Я ещё удивился, почему вокруг дома этой Лямис было так мало желающего расправы народа.

Я прикрыла глаза. Хотелось расслабиться и не шевелиться несколько дней.

 У меня ещё и день лени,  обрадовала всех,  негативное комбо.

 Мороженое не дам,  сверкнул глазами папа,  тебя только вылечили после снежных походов по пещерам, а ты хочешь ещё сильнее заболеть?

Мне даже кожу восстановили от сухости! Видимо королева тогда и в самом деле отдала приказ сделать из меня самого здорового человека на планете, чтобы папа не повышал на неё голос на стадионе и после.

 Как вы познакомились?  добрела до мысли я,  только в этот раз честно.

Мама хрюкнула куда-то мне в шею.

 Ты же помнишь, что я был старшим сенатором, да?  папа улыбался, смотря куда-то вперед в свои мысли, буквально «показывающиеся» в лобовом стекле,  сенатором внешней политики. Чаще всего с Соголдой, но меня отправляли и в более дальние поездки по необходимости.

 Ты тогда встречался с королевой,  напомнила ему.

Мама хрюкнула ещё громче и протяжнее.

 Встречался?  её смешок,  они спали. Только и всего.

 Кими,  осуждающе вдохнул папа,  ей семнадцать. Да и открыто говорить о таком

 Она и без тебя знает, что если костниец не женился в первый год дружбы, то он тебя к-хм использует. А там было лет десять!

Хотелось присвистнуть.

 Кимиллия, почему ты такая вредная?  спросил папа,  твоя теория не всегда работает.

В ответ ему она угукнула, явно усомнившись в сказанном.

 Я не обещал ей ничего, Ая,  оправдывался мужчина,  с её стороны всё было по-другому, это стало очевидно только после того, как я объявил о свадьбе с твоей мамой.

Ох, как же это нравилось последней! Она тянула улыбку так, что я ощущала это спиной.

 А я в этот момент беспокойно жила в Соголде, курсируя от деспотичной матери до вполне сносного отца, ругаясь с ними по очереди и третируя себя и остальных вокруг,  мама говорила тише и мне на ухо, но папа тоже прислушивался,  я родилась в очень богатом роду, Ая. А так и не заставивший маму выйти за него отец всё время, что я помню, пытался заставить её хотя бы жить вместе. Но нет. Как бы она не любила его, у неё были и остаются принципы. Поэтому она продолжает делать вид, что железная, а отец всё ещё пытается подбить к ней клинья. Вечное противостояние.

В четырёхместке повисла тишина. Я разглядывала экран ремонта у капота своей двухместки, пока мама прижималась ко мне с силой. А она была сильной.

 Это была самая долгая командировка в моей жизни,  продолжил папа,  целых полгода. Я даже не смогу назвать того, что от меня требовалось, но именно тогда я сперва познакомился с Лернтом на званом вечере, а после и с твоей семнадцатилетней мамой,  он хмыкнул,  её настоящий возраст я узнал, только когда мы сели на поезд до Костны, зная, что там должна родиться ты через восемь месяцев.

 Спойлер я соврала,  маме было плевать, ей вообще было весело про это рассказывать,  и если говорить подробнее, то я в тот момент привыкла, что отказать мне никто не сможет под страхом мести. Обычный благотворительный вечер, на который утащил меня папа, потому что из дома бы я сбежала, а ему совсем не хотелось отпускать меня к матери. Ну и вот. На таких мероприятиях, если не знаешь, редко бывают иностранцы, да ещё и так хорошо разговаривающие на моём родном языке,  она хихикнула,  поэтому я липла к нему и заставляла рассказывать о его этой странной Костне!

Папа расплылся в улыбке.

 А ещё возмущалась по поводу того, что я говорю с ней не как с ровесницей,  скосил взгляд на женщину он,  я думал, что ей максимум двадцать пять. А она требовала от тридцати пятилетнего меня не учительского отношения.

 Отец оттаскивал меня от него раз пятнадцать за вечер, говоря, что я ему надоедаю,  закатила глаза мама.

 Так и было,  хмыкнул папа, за что получил возмущенный взгляд.

 Знаешь, ты мне тоже сперва не особо понравился!  призналась она,  я к тебе приставала чтобы позлить отца, а ещё потому, что ты вообще не смотрел на меня как на женщину.

Я не могла не подсмеиваться. Они были невероятно милыми.

 После первой встречи меня атаковали звонки, сообщения, письма и встречи,  папа что-то явно вспомнил, раз рассмеялся,  особенно было весело спокойно прийти в свой номер в гостинице после трудного дня в посольстве и наткнуться на сопящую своим носиком Кими в моей кровати,  смешок,  в позе звездочки, чтобы я совсем никак не смог проигнорировать её и лечь хоть куда-нибудь.

Мама махнула на него рукой.

 Я его преследовала,  хихикнула она,  а он целых два месяца не поддавался. Но у меня методы разные, ещё стоит учитывать, что мы были в моём родном городе, а там я могла купить всех и вся!

 Через ещё три месяца мне подсунули бумажку с подтверждением беременности,  папа поджал губы,  ту самую, ложную и бессовестную.

Мама закатила глаза:

 Напечатала на гостиничном принтере,  она была ехидна,  одурить костнийца оказалось легче лёгкого.

 Гордись этим и дальше, нехорошая,  пробурчал папа.

 Ты всё равно бы на мне женился,  пожала плечами она,  а так я ему рассказала, что мама дала одобрение на наш брак, мы его заключили и уехали в Костну на поезде,  она наклонилась к моему уху,  ещё несколько месяцев мама думала, что я у отца, а после рвала и метала, пока не поняла, что я где-то в закрытой стране и почти получила гражданство.

Папа кивнул.

 С этим было сложно, потому как Нифелия была рассержена, а брак в Соголде документально подтверждается в системе только спустя месяц, пока бумаги дойдут и информацию внесут.

 А моя не беременность вскрылась почти на второй день, когда мы приехали в столицу Костны,  дополнила мама,  как и то, что мне ещё слегка семнадцать, а значит брак эта страна признавать не станет. Поэтому мы подождали полгода, купили дом, женились по традициям Костны и через ещё десять месяцев получилась ты,  меня погладили по голове,  и ещё через два года мне наконец выдали гражданство.

 Поэтому у тебя шрам на месте чипа,  вспомнила я,  тебе сделали его в двадцать один, а не при рождении. Он и не затянулся как следует.

 Это потому что твоя мама вредная,  усмехнулся папа,  и потому что нашедший её через два года Лернт устроил мне показательную битву посреди Берлинга, подумав, что его кровиночку похитили.

 Только потом увидел тебя и успокоился, сказав, что не станет говорить маме где мы,  женщина покачала головой,  а она будет очень против того, что мы сейчас имеем, Ая. Она привыкла к своим правилам, поэтому чужие желания её не интересуют. Даже сейчас она будет говорить что-то про лишение меня наследства,  мама хмыкнула,  а я уехала сюда, заранее понимая, что того, что было у меня в Соголде, здесь не будет никогда,  она взглянула в глаза папе,  я люблю твоего отца, Ая. И я точно не стала бы обменивать счастье с ним на какие-то деньги.

Папа сиял!

 Пойдёмте в дом,  наклонился и чмокнул сперва маму, а после меня в щеку отец,  так уж и быть сегодня закажем доставку.

 Ура!  мама выскользнула из четырехместки первая,  солнышко, тебе легче?

Я кивнула, беря её за руку. Разговоры с ними придавали мне сил. Сегодня и всегда. Они двое были примером, к которому я стремилась. Да не таким безгрешным, какой стоял у меня перед глазами до этого дня, однако полным любви и понимания. Я хотела, чтобы у меня было так же.

Забавно, что больше подобных им я не знала. Словно идеальная семья выпадала только одному на миллион. И если пример был настолько близок, то я в следующий поток претендентов даже не попадала.