Всего за 490 руб. Купить полную версию
И в третьих, перенося систему в иную среду, в другие условия мы соответственно изменяем внутреннее состояние системы, а, предполагая, что любое психическое изменение в системе связано с биохимическими процессами17, то, следовательно, в vita-системе имеют место и биохимические изменения. Именно это свойство vita-системы делает возможным ее адаптацию к внешней среде и ее развитие. Среда обитания животного ограничена его толерантностью (устойчивостью). На изменение пределов толерантности, называемое повышением сопротивляемости, сильно влияют длительность воздействия, степень изменения факторов среды и состояние системы, зависящей от качества прожитой жизни.
Естественно этот процесс смоделировать на компьютере возможно, но это будет лишь программная модель, не воплощаемая в реальности, ибо, для того чтобы реально воплотить подобную систему надо будет связать процессы, происходящие в ней с ее структурой. То есть работа и обучение компьютера должны изменять сам компьютер. Сделать это, вероятно возможно только прибегнув к такому эластичному и гибкому материалу, которым и воспользовалась природа, то есть к органическому.
Как мы увидим далее, все рассмотренные выводы сильнейшим образом повлияют на дальнейшее развитие системы.
И, наконец, вопрос вопросов мутации и естественный отбор или же передача по наследству части приобретенных навыков определяет столь бурное, стремительное и многообразное развитие форм жизни. Факт мутации доказан, а процесс естественного отбора очевиден, что является огромным козырем в руках сторонников Дарвина. Сторонники же второй точки зрения за неимением строгих аргументов зачастую впадают в крайности, тем самым, вызывая еще большее недоверие к своей точке зрения. Однако отсутствие опытных, подтверждающих справедливость точки зрения данных, тем не менее, не умоляет ее. Может быть, мы просто не докопались до сути! Будем же, избрав роль творца, последовательны. Во-первых, если какие-либо процессы вызывают биохимические изменения в системе в течение ее развития, не могут ли они в какой-то степени передаться и по наследству? Во-вторых, неужели возможно мутированием клеток получить столь совершенную и многочисленную их специализацию в многоклеточных, сложных организмах? В третьих, мутированный организм, даже если он более удачно вписывается в окружающую среду, все-таки единичен и, следовательно, больше вероятность того, что он может погибнуть до того, как это, случайно обретенное удачное новшество будет передано по наследству. В четвертых, существуют такие явления, которые никак не укладываются в мутационную теорию. Нам кажется, что имеют место одновременно оба процесса и мы постараемся это доказать в дальнейших исследованиях.
Что касается пресловутой Воли к власти, которую Ницше приписывает всей природе, то обратим внимание на тот факт, что основное свойство описанной нами воли живых организмов это воспроизведение самих себя. С ходу, лишь с очень большой натяжкой это ее проявление можно считать стремлением к власти. Скорее всего, это проявление чего-то более таинственного и непонятного, что мы назвали Волей к жизни. Сразу бросается в глаза то, что воля эта стремится распространяться, причем как во времени, так и в пространстве. Она, подобна сжатому газу, вырывающемуся из узкого пространства, стремится занять максимально возможный объем. Она будет стремиться расти, усиливаться, присваивать, будет стараться достигнуть преобладания, и все это не в силу каких-нибудь нравственных или безнравственных принципов, а в силу того, что она живет, и что жизнь и есть воля к власти.18 И лишь тогда, когда внутренние силы организма приходят в равновесие с внешними силами, стремительное расширение (или развитие) прекращается. И эта граница равновесия внутренних и внешних сил является началом борьбы за существование. Создается впечатление, что вид заполняет существующую в биологическом пространстве пустую нишу, и, что ниша эта предполагает конкретный образ вида. Что же это за стремление к распространению? основное, характеризующее живую систему качество или же производная чего-то иного? Проследим теперь за словами Ницше из недописанной книги Воля к власти:
Невозможно вывести низшую и первоначальнейшую форму деятельности протоплазмы из воли к самосохранению, ибо протоплазма без всякого смысла усвояет больше, чем это было бы нужно для сохранения; и, самое главное, она благодаря этому не сохраняет себя, а, напротив, распадается Здесь должен действовать инстинкт, который мог бы объяснить нам именно этот факт отсутствия стремления к сохранению: голод представляет уже некоторого рода истолкование по аналогии с несравненно более сложными организмами(голод есть специализированная и более поздняя форма инстинкта, продукт разделения труда, на службе у стоящего над ним высшего влечения).
Положение Спинозы относительно самосохранения должно было бы собственно положить предел изменению; но это положение ложно, истинно противоположное положение. Именно на всем живом можно было бы яснее ясного показать, что оно делает все, чтобы не сохранить себя, а чтобы стать больше
Жизнь не есть приспособление внутренних условий к внешним, а воля к власти, которая, действуя изнутри, все больше подчиняет себя и усваивает себе внешнее.
Влияние внешних обстоятельств переоценено у Дарвина до нелепости: существенным в процессе жизни представляется именно та огромная созидающая изнутри формы сила, которая обращает себе на пользу, эксплуатирует внешние обстоятельства. Новые формы, созданные изнутри, образованы не для определенной цели; но в борьбе частей форма не может долго оставаться вне отношения к полезности, а затем, по мере упражнения, она будет вырабатываться в все более совершенную форму.
Утверждают, что развитие существ идет вперед, но для утверждения этого нет никаких оснований. У каждого типа есть своя граница: за ее пределами нет развития. А до тех пор абсолютная правильность, Все конкурирует, стремясь сохранить свой тип.
Но подумаем, могло ли быть иначе? Выжить, безусловно, могла система, размножение которой обеспечивало бы постоянство или увеличение общего количества вида. Таким образом, у всего живого совершенно естественно рождаемость должна превалировать над смертностью. Кроме того, на своем жизненном пути система эта должна одерживать постоянные победы, ибо проигравшие платят за поражение в основном своей жизнью. И, если мы не забыли принцип запоминания и обработки информации vita-системой, мы легко представим себе, что каждое влечение и каждое ее удовлетворение будут обрабатываться и запоминаться так же и в своей абстракции, т.е. как просто влечение и ее удовлетворение. Поскольку влечения в основном связаны с внешней средой, то каждое из соответствующих удовлетворений будет представлять собой овладение каким-либо внешним объектом. Не становятся ли эти стремления к новым овладениям стремлением одержать вверх, превозобладать, господствовать, т.е. Волей к власти. Таким образом, пресловутая ницшеанская Воля к власти есть всего лишь одна из абстракций живой системы! хотя и основная.
Удивительная, поражающая разумность системы не должна вводить в заблуждение. Из миллиардов возникающих разнообразных систем сохраняться могла лишь та, которая полностью вписывалась в реалии мира, то есть обладала бы вписывающейся в реальность «разумностью».