Всего за 169.9 руб. Купить полную версию
Но все хорошо, не бывает, что-то непременно выйдет нехорошо, это аксиома. Проблема влюбленных заключалась в месте для встреч. Первого «природного» опыта они, по понятным причинам, больше не повторяли стремно, да и неловко как-то, чай не подростки, чтобы по кустам сношаться. Отели для свиданий не подходили обоим. Игорь был слишком известной личностью для того, чтобы светить там свой паспорт, а Екатерину при мысли о том, что она может где-то оставить след, по которому ее муж, сыщик от Бога, распутает весь клубочек, начинала бить крупная дрожь. А без паспорта, хотя бы одного, если кто не в курсе, в отели не заселиться, такие вот дела. Попробовали, было, любиться в Игоревом «Хайлаксе», но даже в просторном салоне было тесновато стоит только забыться на секундочку, как треснешься головой о потолок или ногой о руль. Да и вообще невозможно заниматься любовью, постоянно думая о положении своего тела в пространстве. К тому же в этих «автопотрахушках», как называла их про себя Екатерина, было что-то унизительное, все равно что тайком ночью котлеты из холодильника таскать (ей это дело было очень знакомо, потому и котлеты делать перестала, чтобы искушения не испытывать). В какой-то момент показалось, что спасением могут стать номера в банях, которые можно было бронировать по номеру телефона, без каких-либо документов, если внести предоплату, но там не радовали условия. Да с милым и в шалаше рай, и на топчане праздник, но Екатерине хотелось, чтобы первая в ее жизни настоящая любовь жила в соответствующей обстановке. Игорь в этом плане особо не заморачивался ему хоть в машине, хоть в бане было замечательно (мужики они все, даже самые лучшие, такие примитивные), так что Екатерине пришлось брать инициативу в свои руки, которые Игорь так любил нацеловывать, впрочем, как и все остальное тоже.
Сначала она договорилась с двоюродной сестрой Вероникой насчет ее дачи, находившейся недалеко от Москвы в Мытищинском районе. Дача досталась кузине от рано умершего мужа, который был внуком адмирала Баруханова, заместителя министра морского флота СССР. Два этажа, десять комнат, все удобства и полгектара елового леса вокруг если это не рай, то что тогда можно считать раем? Вероника выделила Екатерине отдельную комнату, которую та переоборудовала по своему вкусу поснимала со стен шаблонные репродукции (ужас ужасный, пошла безвкусица!), загрузила в шкаф четыре комплекта шелкового белья, на котором так славно любиться, и заменила яркие пятидесятиваттные лампы, на тусклые матовые, создающие романтичный полумрак. Игорь был в таком восторге, что словами и не описать, это чувствовать надо. Вероника была своей в доску и надежной девчонкой, поэтому иногда Екатерине удавалось заночевать на даче с любимым под тем предлогом, что кузине вздумалось устроить очередную пижамную вечеринку. «Пижамы потеплее берите, чтобы сокровенные места не застудить», привычно шутил муж, но, в целом, вечеринки у него никаких подозрений не вызывали надо же женщинам иногда оттянуться в своем кругу.
«Вечеринки» были расчудесными сначала любовь, потом купание в протекавшей поблизости речушке, затем снова любовь, ночная жарка колбасок на мангале, сон в обнимочку с любимым (муж в объятьях засыпать не любил, говорил, что ему жарко), утренние эротические игры, неспешный завтрак Мысли были только об одном как бы не умереть от такого невероятного счастья. Екатерина однажды поймала себя на мысли о том, что, если бы не дети, то можно было бы и умереть в объятьях Игоря, потому что лучшего завершения жизни и вообразить невозможно (ничего себе мысли на пороге тридцатилетия!).
Но, как известно, долго хорошо не бывает. Соседом кузины по даче был мерзопакостнейший чел, московский городской депутат с бандитским прошлым. Этому паразиту очень хотелось добавить к своим владениям участок Вероники, чтобы чувствовать себя хозяином настоящего имения. Он неоднократно подкатывался к кузине с предложением о покупке, но та не соглашалась, поскольку в уютном месте для отдыха нуждалась гораздо больше, чем в деньгах и тогда сосед поджег дом. За руку его никто не поймал, но, по свидетельству очевидцев, дом, в котором на тот момент никого не было, загорелся внезапно, средь бела дня, причем с двух сторон. С чего бы ему загореться? Явно помогли. Вероника в ярости высказала соседу все, что о нем думала, и продала участок с пожарищем каким-то джигитам, собиравшимся строить здесь загородный клуб.
Этим орлам депутата сожрать что два пальца об асфальт стукнуть, сказала она, объясняя свое решение Екатерине. У них связи просто заоблачные. Антон-гондон меня хотел выжить, пускай теперь с ними пободается!
Оно бы и хорошо, что негодяй будет наказан, но перед влюбленными снова встала унылая перспектива автомобильной любви. Екатерина не понимала, почему Игорь, при его-то заработках, не снимает квартиру для встреч, где они могли бы чувствовать себя, как дома. Однажды не выдержала и спросила.
Ну это же будет как наполовину уход, ответил Игорь. Огромное искушение. А я не могу себе этого позволить. Светлана ужасно непрактичная, раньше о ней родители заботились, а сейчас я. Да, вдобавок, она теперь инвалид
Инвалидность супруга Игоря получила после не очень-то удачного удаления аденомы гипофиза резко «село» зрение и появился какой-то синдром, название которого Екатерина никак не могла запомнить. Выражался он в сильных приступах головных болей, которые сопровождались учащением сердцебиения и разными другими неприятностями. Короче говоря, даже худшему врагу не пожелаешь такого. Ну да, при таких обстоятельствах съем квартиры для свиданий может казаться подготовкой к бегству, а настоящие мужчины не бросают тех, кто нуждается в их помощи. Мы в ответе за тех, кого приручили, как-то так.
Да он тебе просто мозги пудрит! сказала подруга Марьяна, когда Екатерина поделилась с ней наболевшим. Ему просто денег на съем жалко или, может, не хочется тебе такие крупные авансы выдавать. А то сегодня вы просто встречаетесь, а завтра ты скажешь: «квартирка у нас есть, милый, давай жить вместе!».
Но ты же знаешь, что я так никогда не скажу! возмутилась Екатерина.
Я-то знаю, подруга многозначительно хмыкнула. А вот знает ли он?
Екатерина махнула рукой отстань, не нагнетай, и без тебя тошно!
А что бы тебе у меня с твоим хахалем не встречаться? вдруг предложила Марьяна. У нас по будням с восьми утра до семи вечера квартира пустая, пуркуа бы и не па? Я могу вам даже постель чистым бельем застелить заранее, чтобы не пришлось время терять понапрасну
А тебе нормально, что мы будем этим заниматься на твоем семейном ложе? спросила Екатерина, немного опешившая от предложения подруги.
А что тут ненормального? удивилась Марьяна. Простыню после вам простирнуть? Так не я стираю, а машина. Другое дело, если бы на нашем семейном ложе мой Юрка какую-нибудь чувырлу приходовал Тогда бы я расстроилась. А от того, что моя лучшая подруга немного порадуется на нашей кровати, мне только приятно. Катька, мы с тобой девять лет за одной партой просидели! Мне, может, обидно, что ты сразу ко мне не обратилась, а моталась куда-то за город со своим буратиной! Если мы, школьные подруги, друг другу не поможем, то кто нам поможет?
А вдруг Юра раньше придет
Не смеши! махнула рукой Марьяна. У него режимное предприятие. По звонку зашел по звонку вышел. Раньше положенного он только в день выхода на пенсию может прийти, а до этого еще далеко.
Марьянин муж Юра работал в каком-то научно-исследовательском институте, разрабатывавшем приборы для космоса и армии. Юра был копией мужа Екатерины хороший приземленный человек, надежный, но скучный. Но при этом Марьяна как-то обходилась без любовников или же заводила их так, что даже лучшей подруге ничего не было известно.